Перед вами - первозданный хаос, бескрайняя бездна, абсолютная пустота страниц тысяч ненаписанных историй - страниц, на которых строки выводятся только вашей рукой, пока вы создаете целые миры. Каждое решение способно изменить реальность до неузнаваемости, и куда приведет вас выбранный путь, не знает никто. Хаос непредсказуем.

chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » межфандомные отыгрыши » beware the monster


beware the monster

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Beware the Monster

http://funkyimg.com/i/2sZek.gif  http://funkyimg.com/i/2sZem.gif
http://funkyimg.com/i/2sZen.gif  http://funkyimg.com/i/2sZeo.gif

◄ yet even that enemy of god and man had friends and associates in his desolation ►

участники:rumpelstiltskin & dr. snow.

время и место:один из филиалов с.т.а.р. лабс, сан-франциско; июнь 2017.

СЮЖЕТ
В надежде вернуть себе доброе имя Кейтлин Сноу, пройдя собеседование в С.Т.А.Р. лабс, вновь начинает карьеру учёного. К несчастью, в городе происходит событие, которое на какой-то миг практически возвращает её к прежней жизни.
Румпельштильцхен едва ли предполагал, что, оказавшись в Сан-Франциско, угодит в ловкие сети, расставленные доктором Сноу, и станет заложником её пытливого ума. Полагаете, что Франкенштейн был безумен? Как бы не так.

+2

2

У него было странное ощущение - словно кто-то выталкивал его из тьмы. Уютной, окутывающей как одеяло тьмы. Постепенно сознание прояснялось всё больше; ещё не открывая глаз, Румпельштильцхен пытался вяло вспомнить, что же случилось и почему он лишился чувств.
Последним, что хранила его память, был портал.
---
Это было как удар в неприкрытое, незащищённое толстой чешуйчатой кожей место.
- Я не стану накладывать Проклятье, - Реджина смотрела в одну точку, равнодушная, что и было страшнее всего. Пока в ней пылал огонь, Румпельштильцхен мог быть уверенным - она в его руках. Лучшая марионетка.
- Постой, дорогуша, как же так? Я выбрал тебя для этого, как самую талантливую свою ученицу, у которой всё должно получиться. Ты должна исполнить своё предназначение! А Белоснежка? Разве не ты твердила, что не дашь ей получить свой счастливый конец? Она ведь вот-вот выйдет замуж за Прекрасного Принца и станет королевой вместо тебя!
Он нетерпеливо ходил вокруг неё, жестикулируя, словно заключая в некий магический круг, говорил, говорил без конца, а Реджина едва ли слышала и едва ли ей вовсе было дело до учителя. Один раз, остановившись, чтобы передохнуть, Румпельштильцхен поймал взгляд Реджины и увидел себя её глазами: суетливый человечек, разодетый в шёлк и кожу, до смешного возмущённый и таращивший на неё свои выпуклые золотисто-карие глаза.
Он больше не внушал ей страха и почтения.
Эта игра была проиграна.
Осознание этого заставило Румпельштильцхена с криком вскинуть когтистую руку, и все зеркала в королевской зале полетели осколками. Реджина даже не пыталась защищаться, когда он набросился на неё, как ястреб, и вырвал её сердце... а потом, опомнившись, отступив назад, глядя на сердце в своей ладони, всё же не стал давить.
- Румпель, оставь меня в покое, - тихо попросила Реджина.
И он сделал это.
---
Были другие способы. Было много других растреклятых способов, ни один из которых не подходил Тёмному. Время шло, катастрофически быстро летело, как будто чья-то воля его подгоняла; Румпельштильцхен начинал чувствовать, что теряет рассудок.
Его планы так давно не рассыпались прахом, что он уже и забыл, каково это.
Когда у него появился новый, он немного успокоился. Всего-то и надо было, что найти Звезду Желаний и невинную душу, которая загадает для него, Румпельштильцхена, желание. Но во всём мире не могло найтись кого-то, кто пожелал бы добра Тёмному, пока он, обуреваемый отчаянием, преодолевая ворчавшую внутри тьму, - пока он не совершил несколько поступков, совершенно Тёмному не приличествующих.
И цветок благодарности всё-таки расцвёл в чьей-то юной душе.
Однако в последний момент Румпельштильцхен остановил мальчишку, которому помог воссоединиться с родителями. Страх был слишком силён - страх, что Звезды Желаний окажется недостаточно, чтобы перевернуть миры и пространства. Но именно тогда возникло видение палочки, чёрной палочки в протянутой руке - его собственной руке; возникло видение того, как разверзнется земля и он, Румпельштильцхен, шагнёт в портал. Навстречу судьбе. Навстречу...
...да, конечно же, навстречу сыну! Румпельштильцхен сразу уверился в том, что именно так сумеет попасть к Бэю. Мир, в котором Бэй пропал, не был начисто лишён магии, а значит, если в нужном месте открыть портал, почуяв скопление этой, пусть и не слишком огромной, силы, то можно будет выйти в том мире, не потеряв большей части своего собственного могущества.
Мысли опережали одна другую. Румпельштильцхен попросил мальчишку пожелать для него чёрную палочку - и тут же ощутил её приятную небольшую тяжесть у себя на ладони.
Всё было готово. И его трясло от нетерпения.
---
Стоя у назначенного места, затаив дыхание, Румпельштильцхен ощутил нечто странное. Как будто грань между мирами истончилась, словно не только он занимался магией, а некто ещё пытался с другой стороны что-то подобное осуществить. Значит, всё правильно - скопление магии именно там! Направляя палочку, направляя всю свою силу, Тёмный не задумывался о том, каково это будет - появление столь странного существа, как он сам, в том месте, куда он жаждал попасть. Всё, о чём он был в состоянии думать - это Белфайр. Любимый первенец, ради которого Румпельштильцхен был способен на всё. И если даже его, Бэя, не окажется в том мире, он наверняка будет в каком-нибудь другом; он не уйдёт, он не может, не должен уйти от отца, который его так ищет...
Глубоко вдохнув, Румпельштильцхен спрятал палочку и буквально нырнул в крутящийся тёмный вихрь.
---
Воспоминания были как яркая вспышка - и, зачем-то зажмурившись, Румпельштильцхен подождал пару мгновений. Затем он распахнул глаза.

+2

3

— Лора, уже слышала новость? — темноволосая девушка оторвалась от микроскопа, отвлечённая коллегой. Здесь никто не знал её настоящего имени — пришлось похоронить его в прошлом, как и истинный облик. Нынче Кейтлин Сноу обживалась в шкурке Лоры Вуд, девочки-провинциалки из маленького городка в Техасе, добившейся немалых высот на научном поприще исключительно благодаря своим недюжинным интеллектуальным способностям. Подавшись вперёд, она заинтересованно вздёрнула бровь и качнула головой.

— Джон Константин практиковался у Аллегейни, но что-то пошло не так, и он открыл портал. Об этом все новостные каналы ещё с утра гудят. — Кейтлин ранее доводилось слышать о Джоне Константине, он был не то оккультистом, не то экзорцистом, а может, и тем, и тем сразу. Новости она, тем не менее, не придала особого значения и только лишь пожала плечиками, возвратившись к работе.

Она закончила достаточно поздно, так как исследование, которым она занималась последние пару месяцев, требовало повышенного внимания с её стороны и точных расчётов. Проверяя последние формулы, Кейтлин устало потёрла веки и, взглянув на часы, решила, что на сей раз утро вечера действительно мудренее. На сбор у неё ушло порядка получаса, а затем она, не забыв прихватить с собой пропуск, покинула здание С.Т.А.Р. лабс. По иронии судьбы, путь к её дому лежал через мост Форт-Дюкесн, на котором и практиковался горе-оккультист. Кейтлин вспомнила об этом лишь тогда, когда прошла мост уже наполовину и то только потому, что в конце своего путешествия услышала характерного кряхтение. Здесь часто ночевали бездомные и нищие, некоторые из них свободно подходили к прохожим и просили денег, но сегодняшняя ночь вовсе не располагала для сна под мостом, так как, несмотря на тёплое время года, температура установилась довольно низкая. Прибавьте к этому пронизывающий до костей ветер и едва ли вы увидите сегодня хоть одного человека, изъявившего желание ночевать под звёздами.

Итак, Кейтлин, как человек науки, заинтересовалась источником звука. Никакие обидчики ей были не страшны — в случае чего ей требовалось всего лишь сорвать с себя металлические браслеты, а дальше уже сила льда всё сделает за неё. Любопытство – куда более опасный враг человека, что только недавно начал жить жизнью порядочного гражданина.

Кряхтение прекратилось, поэтому Кейтлин пришлось ориентироваться в темноте наобум. Она обошла мост с правой стороны и увидела некое существо, прислонившееся к кирпичной кладке. Чем-то отдалённо он напоминал человека, однако кожа его была чешуйчатой, а ногти больше напоминали звериные когти. Было совершенно ясно, что несчастный либо подвергся какой-то мутации, как Король Акул, например, которого Кейтлин знала по прошлой жизни, либо вовсе не принадлежал этому миру. Впрочем, тогда назревал вполне логичный вопрос: как он здесь оказался? Неужто Константин настолько напортачил?

Времени разбираться, что к чему, у Кейтлин было не так много. Первым делом она присела рядом с телом существа и нащупала его пульс — слабый, но он всё-таки имелся. Чтобы осмотреть его получше, ей требовалось хорошее освещение, оборудование и приборы, которыми она располагала только в С.Т.А.Р. лабс. Взглянув на часы, она убедилась, что её коллеги придут самое раннее через пять часов, а значит, у неё есть всего час для транспортировки объекта.

Со своей задачей она справилась довольно быстро — позвонила штатному водителю и попросила его выехать к мосту Форт-Дюкесн, требуя помощи в перевозке важного объекта её нового исследования. Мужчина, приехавший по адресу, не стал устраивать доктору Вуд допрос, слишком уж уставший от необычных причуд своих коллег по цеху. До С.Т.А.Р. лабс они добрались в два счёта, и у Кейтлин всё ещё хватало времени на то, чтобы провести разбор полётов.

Водитель помог ей перенести существо на верхний этаж и даже уложил его на кушетку. Дальнейшее его присутствие не требовалось, так что Кейтлин поблагодарила его и отпустила с миром. Существо она пристегнула ремнями — так, на всякий случай. А затем смогла лучше его рассмотреть.

Да, он определённо чем-то напоминал человекоподобную ящерицу, только вот одеяние его было несколько необычным. Кроме того, существо было похоже на человека, которого в прошлом она уже встречала. Уж не тот ли это мистер, который предложил ей сделку, впоследствии сорвавшуюся по её вине? В облике монстра слабо проступали знакомые черты лица, но не более того. Кейтлин списала всё на усталость.

В ящичке стола она отыскала нужную сыворотку — одного укола хватило бы, чтобы парализовать человека на несколько часов, однако она имела дело с необычным существом. На всякий пожарный Кейтлин увеличила дозу вдвое и ввела её в предплечье «пациента». Спустя пару мгновений его веки затрепетали.

— А, вот вы и проснулись! Славно, славно. — убаюкивающим тоном промурлыкала Кейт, готовя шприц. Первым делом ей хотелось взять пробу крови испытуемого, и она надеялась, что сыворотка к этому моменту уже сработала. — Сейчас вас укусит комарик. — с этими словами она воткнула иглу в чешуйчатую кожу. Аномалия наблюдалась уже в самом цвете крови. — Видите? Совсем не больно. — с улыбкой произнесла Кейтлин, держа в руке шприц.
— Простите за бестактность, я не представилась. Меня зовут Лора… тьфу, то есть Кейтлин Сноу. Могу я узнать ваше имя?

+2

4

Сноу. Снежка... Белоснежка... Как забавно.
Румпельштильцхен оторвал прояснившийся взгляд от её лица. Сначала он смотрел на девушку, безуспешно пытаясь понять, знакома ли она ему; но нет, в этом мире нет никого ему знакомого. По крайней мере, он не помнит. Затем перевёл взгляд на потолок, на стены и на ту обстановку помещения, которую мог разглядеть из своей лежачей позиции; чтобы получше всё увидеть, Румпельштильцхен попытался приподняться и сесть. Не смог шевельнуть ни рукой, ни ногой и ощутил здравое недоумение. В чём дело? Здесь явно есть магия, Тёмный оставался Тёмным, судя по тому, как он себя ощущал, судя по собственным рукам, которые, как он видел, лежали вдоль тела и были всё так же покрыты крошечными блестящими чешуйками, как и в Зачарованном Лесу... как и в некоторых других мирах. Тогда почему он настолько обессилен, что даже пошевелиться не в состоянии? Что-то случилось при переходе в этот мир?
- Меня зовут, - он прочистил горло, - Румпель... Румпель фон Штильцхен.
Порыв представиться именно так появился недаром - помещение чем-то напомнило лабораторию доктора Франкенштейна. Именно там, небрежно развалясь в кресле, Румпельштильцхен назвал своё имя, а как заключил сделку, встал и рассыпал по полу огромное количество золота из не слишком-то огромного кошелька, который был в тон его красному одеянию в стиле того мира. Ведь нельзя являться неподготовленным, верно? Всё должно выглядеть эффектно.
Сейчас ситуация была несколько иной. И ничего красного на Румпельштильцхене не было, только обычный тёмный кожаный костюм со светлой шёлковой рубашкой.
И эта девушка - не Виктор. Вот только во взгляде её мелькнуло что-то похожее, когда она брала у Тёмного кровь. Исследовательский интерес. Как-то раз Румпельштильцхен наблюдал за опытами Виктора Франкенштейна, и от этих воспоминаний, выливавшихся теперь в чёткие ассоциации, ему стало не по себе.
Румпельштильцхен окончательно пришёл в себя и осознал, насколько он чуждый элемент в этом мире. Если бы ему самому попался кто-то необычный для Зачарованного Леса... он бы заинтересовался... возможно, принялся бы это существо... изучать? И то, что он не может пошевелиться... объяснимо не какими-либо происшествиями при переходе через портал, а попросту к этому приложили руку те, кто работает в этой лаборатории?
Проклятье! Только не это! Он попытался вспомнить, что случилось после портала, и не смог. Должно быть, его магия с чем-то столкнулась... отчего-то же он потерял сознание... Тёмного не так просто свалить в обморок... Или лишить сил.
- Что происходит? - он снова шевельнул губами, начиная ощущать поднимавшуюся изнутри тревогу. Отсюда нужно выбраться как можно скорее, ведь он должен искать Бэя, а не валяться на чьей-то кушетке в чьей-то растреклятой лаборатории! В конце концов, он же не подопытный кролик!
"У меня есть кое-какие дела, которыми я собирался заняться. Зачем вы притащили меня сюда, дорогуша? Вы должны немедленно меня отпустить", - примерно такая реплика вертелась в его мозгу, но Румпельштильцхен не озвучил её - он ждал, что ещё скажет эта Кейтлин Сноу.
Насколько далеко простирается её исследовательский интерес? Что, если он зря так встревожился, с него всего-то снимут пробу крови, посмотрят ещё что-нибудь и выпустят отсюда? Однако нехорошее чувство подсказывало Румпельштильцхену, что не всё так просто. Он бы никогда не пожелал попасться в руки тому же Франкенштейну как объект для исследований, а голосок и улыбка этой девушки могли обмануть кого угодно, но не его, Тёмного - она была сродни Виктору. Сейчас Румпельштильцхен был в этом уже уверен.

+1

5

— Вы из Германии? — Кейтлин озвучила первую мысль, что пришла ей в голову, пока сливала кровь из шприца в небольшую мензурку. Во время этого действия она также тихо напевала песенку из старого детского мультика, который пересматривала с отцом каждое Рождество. Тогда все беды казались ей такими далёкими, а жизнь представлялась чем-то лёгким и радостным, сплошь состоящим из белых полос. В первый раз Кейтлин столкнулась с суровой реальностью, когда умер её брат. Сейчас она уже потеряла счёт собственным личным трагедиям. — По акценту и не скажешь. — говорил испытуемый довольно странно, но уж точно без характерного немецкого выговора. Словом, всё в этой ситуации было какое-то несуразное, будто обе стороны намеренно гадко врали друг другу. Да и могло быть иначе? Стал ли бы кто-то на месте этого несчастного сохранять предельную искренность?

— Дело в том, мистер фон Штильцхен, что я учёный-биоинженер. Пускай никогда не проводила эксперименты на живых… людях, но данная область мне интересна. Вам просто не повезло оказаться не в то время не в том месте, только и всего. — произнеся последнюю фразу так, будто Кейтлин только что утешала ребёнка, у которого отобрали конфету, та беспечно пожала плечиками и отвернулась от своего пациента. Кровь, собранную в мензурку, она отставила на середину стола и проверила, работает ли микроскоп. На предметное стёклышко она брызнула пару капель и подставила его под микроскоп — через пару секунд рутинной возни, настроив микроскоп на нужное для неё увеличение, она смогла чётко рассмотреть клетки собранного образца, которые, впрочем, её только огорчили. Ничего особенно выдающегося она не нашла, но, впрочем, её исследование только начиналось.

— Что ж, с кровью порядок. Небольшие отклонения есть, но они незначительны. — Кейтлин привыкла рассуждать вслух о результатах своего исследования, поэтому не придала особого значения тому факту, что зритель сегодня у неё был только один, да к тому же по совместительству являлся и её подопытным. Она не стала использовать диктофон для своих пометок, потому что не знала, будут ли иметь смысл проводимые опыты. Быть может, она и дальше не найдёт в существе ничего выдающегося, да отпустит его подобру-поздорову: вряд ли ящероподобный мутант станет на каждом углу кричать о том, что его нагло использовала молодая и перспективная учёная из С.Т.А.Р. лабс. — И пока я беру образец ваших тканей, мне хочется услышать от вас, кто же вы такой на самом деле. Мутировавший человек? Попали под облучение? Неудачный эксперимент? — подмигнув Румпелю, Кейтлин вновь надела стерильные медицинские перчатки и, взяв небольшой скальпель, отрезала им кусочек кожи существа.

Все эти действия пробуждали в ней ностальгию по прошлой жизни, в которой она добилась немалого успеха за счёт природного ума, но в большей степени смекалки. А ещё она могла уже тогда пройтись по чужим головам, лишь бы только добиться желаемого. Порой ей казалось, что новая сущность — вовсе не антипод её прежней. Она просто обострила до максимума все негативные качества, которыми Кейтлин Сноу изначально обладала. Путь к исправлению, таким образом, обращался, по сути, в принятие самой себя, но никак не в перевоспитание.

С кусочком кожи Кейт поступила так же, как прежде с кровью. Поместила его на стёклышко и подставила под микроскоп. Тут уже интереса появилось больше, и Кейтлин едва удержалась от того, чтобы не подпрыгнуть на месте; не то чтобы она когда-то была слишком эмоциональной, но успехи в открытиях по-прежнему радовали её куда больше сытного ужина. Тем более, что справляться с голодом в последнее время становилось всё сложнее и сложнее: приходилось вообще не снимать браслеты, чтобы не распугивать окружающих, а заодно и не привлекать внимание любопытных коллег.

+2

6

В его мире определённо всё было иначе.
Там бы никто не посмел брать кровь Тёмного и отрезать кусочек его кожи. Неудачный эксперимент? Да как она смеет так разговаривать и обращаться с ним?! За несколько веков бытия Тёмным Румпельштильцхен привык, чтобы перед ним трепетали, а не бояться самому - и, когда её скальпель коснулся его, мгновенно издал полный возмущения возглас. Однако наглая девица не обратила на него ни малейшего внимания и продолжила своё занятие. Внезапная мысль заставила Румпельштильцхена похолодеть - она так и будет отрезать от него что-нибудь, исследуя?..
Невыносимо ярко вспомнилась фея, которой он отрывал хрупкие нежные крылышки для своего последнего ритуала; бедняжка таращила глаза, задыхалась от боли, тряслась, как в лихорадке, и жалобно - безуспешно - просила отпустить её. До тех пор, пока её безжизненное тельце не обмякло на столе среди бесчисленных колбочек, баночек и фиалов. Румпельштильцхену совсем не хотелось ощутить себя на её месте.
Да нет же. Не может всё так закончиться! Ты не знаешь, кто я, глупая девчонка!
Усилием воли Тёмный вернул себе самообладание и, пока что игнорируя вопросы Кейтлин, напрягся, обратил на пользу подступающее желание с хрустом свернуть ей шею - представил, что одним махом уничтожает невидимые путы и вырывается на волю. Сумасшедшая учёная не сможет удерживать его долго! «Наука сильнее магии», - и снова Виктор со своим сосредоточенным взглядом фанатика, опять его слова зазвучали в ушах. Румпельштильцхен невольно сглотнул, чувствуя, что у него ничего не получается, а гнев оттесняется очередным приливом страха. Неправда! Нет ничего сильнее магии... кроме, быть может, любви. «Любви к науке», - ехидно подсказал всё тот же невидимый Франкенштейн.
Румпельштильцхен оставил попытки преодолеть действие неизвестного лекарства, посмотрел на Кейтлин как мог спокойно - и, наконец, заговорил:
- Послушайте, дорогуша. Вам не следует удерживать меня здесь - это может обернуться для вас большими неприятностями. Я Тёмный, и тот дар, благодаря которому я имею такую... странную для вашего мира внешность, у вас, - и в мире всё того же Виктора, будь он неладен, - назвали бы сверхъестественными способностями.
Румпельштильцхен замолчал лишь на пару мгновений - чтобы перевести дух. Он старался подбирать слова и звучать поубедительнее:
- Но мы могли бы расстаться куда более приятным образом. Вы любите золото? Хотели бы оборудовать вашу лабораторию наилучшим образом? Если вы отпустите меня, то получите предостаточно, ибо я ценю свою свободу и время - а его у меня не так много. Я прибыл в ваш мир с одним очень важным делом - и должен приступить к нему, не откладывая. Понимаете? Я не обманываю... при себе у меня есть пара-тройка длинных, толстых нитей золота, - Румпельштильцхен помнил, что вроде как брал на всякий случай и положил в карман штанов. - Вы получите целый клубок или даже два... три за мою свободу.
Хвала всем высшим силам, он ещё умудрялся говорить ровным голосом. В конце концов, она пока не причинила ему явного вреда - чешуйчатая кожа была потолще человеческой и быстро зарастёт, учитывая кое-какие способности к регенерации, - а взмахом руки и вовсе можно вмиг избавиться от этого следа опытов. Только бы вырваться отсюда!

Отредактировано Rumplestiltskin (2017-06-04 13:10:12)

+2

7

— Вам неудобно? Ремни слишком жмут? — будничным тоном поинтересовалась Кейт, продолжая суетиться рядом с микроскопами. Действия сыворотки должно было хватить на несколько часов… во всяком случае для обычного человека. Существо же перед ней хоть и было отдалённо похоже на представителя славного рода Homo Sapiens, но всё-таки генетика его оставалась никем не изученной. Ремни были вспомогательным средством защиты. Кейтлин, конечно, могла использовать свои силы, но громить лабораторию, а затем торопливо придумывать удобоваримую причину для коллег и начальства ей вовсе не хотелось. Да она и не собиралась ослаблять хватку: ей просто показалось, что она обязана заполнить своим вопросом повисшую в воздухе тишину. Ей лучше работалось, когда на фоне кто-то переговаривался.

— Пускай вы этого не понимаете, мистер фон Штильцхен, но вы для меня — настоящая находка! — с восторгом ребёнка, впервые испробовавшего леденец на вкус, проворковала Кейтлин. Она переместила кусочек кожи своего подопытного в герметичный контейнер, наклеила на него цветной стикер и положила к себе в сумку рядом с образцом его крови. Ей вовсе не хотелось делить лавры с кем-то из её коллег; это она нашла Румпеля под мостом, она и никто другой! С самого начала карьеры Кейт ревностно относилась к тем, кто пытался каким-то образом отнять у неё работу; сейчас же её эгоизм был обострён до предела. На самом же деле он диктовался исключительно желанием поскорее влиться в привычную для неё среду и отмыть своё настоящее имя. Кейтлин всё ещё наивно верила, что однажды сможет избавиться от личины Лоры Вуд.

Она как раз хотела продолжить своё восхищение необычной физиологией и удивительным генетическим материалом испытуемого, но тот решил поступить так, как в этой ситуации поступил бы любой другой человек. Он начал перечислять то, что получит Кейтлин в том случае, если отпустит его подобру-поздорову. Во время всего рассказа она молчала, не смея перебивать пациента, поджав губы и скрестив руки на груди. На лбу у неё пролегла одинокая складка, выражавшая глубокую степень задумчивости. Когда мистер фон Штильцхен, явно обеспокоенный неважным положением своих дел, закончил, Кейтлин медленно покачала головой. Какое ей дело до всех богатств мира, если ни одно из них не сможет вернуть ей доброе имя? Разве так уж важны деньги, когда каждый прохожий знает тебя отнюдь не как блестящего учёного, одного из лучших в своём роде, а безжалостную убийцу, питающуюся чужим теплом? Нет, никакие сокровища Кейтлин были не нужны. Единственное, чего она так страстно желала, было признание, и отчасти она надеялась добиться его с помощью своего нового объекта исследования.

— Сверъестественными способностями меня не удивить. — отмахнулась Кейт. Как раз в это время браслет на её руке единожды пикнул, будто напоминая о том, что и сама она — тот ещё уродец. Простые люди боялись мета-людей, людей со способностями. Они считали, что те — проклятие, посланное им с небес. Кейтлин придерживалась иного мнения, будучи человеком нерелигиозным и крайне скептичным, но это, впрочем, никого не интересовало. — Стоит мне только снять эти браслеты, мистер фон Штильцхен, как всё здание превратится в ледяной дворец. Но, думаю, вы бы этого не хотели. Богатства и деньги меня не интересуют, и вы никогда не сможете дать мне то, чего я желаю. — Кейт слабо улыбнулась. Одновременно с этим она взяла в руки фонарик и стетоскоп. — Хочу проверить ваши рефлексы, вы не против?

+2

8

Румпельштильцхен стиснул челюсти. Девчонка была увлечена своим делом настолько, что её ничто не волновало больше. Действительно, чего стоят деньги рядом с ценным научным открытием? Но ведь не может она держать его тут постоянно, вряд ли ей захочется делиться с кем-то своей находкой. Пытаться заговорить ей зубы в надежде, что кто-то придёт и выручит? А если этот кто-то не выручит, а присоединится к Кейтлин? Так было бы даже... лучше? На двоих воздействовать проще, чем на одного – в конце концов, в них можно поселить недоверие друг к другу, желание заполучить объект для исследований в свои руки. Сыграть на их низменных инстинктах или возвышенных устремлениях…
Нервный смешок вырвался у Румпельштильцхена. Объект для исследований! Он уже думал о себе в том же ключе, что и эта мерзкая девица!
Однако её слова о том, что и у неё есть сверхспособности, и то, что она не удивилась его речам и не посчитала их бредом – всё это не внушало оптимизма. Любопытство и изумление могли бы её отвлечь, но увы. Перчатки… ледяной дворец… Знал Румпельштильцхен о некоей Эльзе из царства Аренделл – с похожими способностями. Теперь ему показалось, что Кейтлин даже лицом похожа на эту Эльзу, хотя та была совсем юной.
К чёрту воспоминания! Они всё равно ему ничем не помогут в этом бедственном положении.
- Послушайте, - он оставил без внимания её вопросы. Ремни не причиняли таких уж больших неудобств, а отвечать, против ли он, чтобы ему в глаза – или ещё куда? – светили фонариком, было совершенно бессмысленно. Кейтлин наверняка спросила это для проформы. Вежливость, граничащая с издёвкой – внутри Румпельштильцхена снова поднялась бессильная злоба.
- Если ваша цель – получить славу и признание, я могу помочь в этом. Зачем обязательно изучать… именно меня? Давайте заключим сделку. Я притащу вам какое-нибудь… существо, во многом, как и я, отличающееся от людей вашего мира, вместо себя. Я не нарушаю своих сделок, вы можете быть спокойны на этот счёт, - Румпельштильцхен замолчал, думая о том, что Кейтлин попросту ему не поверит. Но ведь чёрная палочка должна быть при нём, если только не выпала, а если потерялась - он её отыщет; он сможет опять открыть портал в свой мир и сдержать слово. – Я подпишу кровью.
Проклятье, для женщины из чужого мира и эти его слова могут ничего не значить! Тогда что же делать?
Он всё ещё старался пробудить в себе магию, её живительный жар, который словно распространялся по всему телу. Тогда и никаких сделок не понадобится, он успеет убить Кейтлин Сноу раньше, чем она стащит свои браслеты. Огонь всегда растопит лёд, мрачно подумал Тёмный. Но в его ладонях по-прежнему не могло расцвести ни одного огненного цветка.
Только бы она не пресекла всех его попыток раньше… Мурашки побежали по спине Румпельштильцхена при мысли о том, что она с ним сделает, завершив опыты – заморозит и… нет, разбить его на кусочки она не сможет, ведь он бессмертен. А если он уже и не настолько бессмертен? Ведь это совсем другой мир, здесь всё иначе. Проклятье, как он мог очертя голову ринуться сюда! Всё чувство вины перед сыном и отчаянное стремление побыстрей отыскать его! А теперь может статься так, что он никогда не увидит Бэя.
Румпельштильцхену показалось, что он может чуть-чуть пошевелиться. Или только показалось? Нет, он должен быть неподвижным. Не возбуждать подозрений. Лучше всего сделать очередную попытку, когда Кейтлин отвернётся, позабыв о нём на несколько минут. Собрать, поднакопить силы – и нанести удар.

Отредактировано Rumplestiltskin (2017-06-13 18:06:37)

+2

9

Объект исследований отчаянно противился пыткам. Но, впрочем, можно ли было назвать рядовые измерения, вроде взятия крови или проверки рефлексов, таким жестоким словом? Будучи врачом по профессии, Кейтлин была хорошо осведомлена о вопросах морали и нравственности, но она никогда не переходила черту, пока холод не поселился в ней. Может быть, в прежней жизни она бы и не решилась пленить живое существо, преследуя свои корыстные цели, но сейчас ситуация сильно изменилась. Сейчас не Кейтлин Сноу решала, как ей жить, а новая сущность диктовала ей, каким должен быть каждый следующий шаг. И хотя ей успешно удавалось с некоторых пор себя сдерживать, она не могла больше жить праведной жизнью. Ничто не могло удержать её бесконечный голод, ничто не могло утолить его.

Румпель фон Штильцхен этого, конечно, не понимал, ведь он понятия не имел, кто перед ним такая. А Кейтлин и не собиралась пересказывать малознакомому человеку — существу? — печальную историю своей недолгой жизни. Она вообще не была той, кто изливает душу перед первым встречным; сейчас же она и вовсе была увлечена совершенно другим занятием. А её новоиспечённый пациент по-прежнему пытался воззвать к ней, предлагая всё новые и новые альтернативные варианты развития событий. Всё, ради того, чтобы спасти собственную шкуру. И Кейтлин его прекрасно понимала, ведь раньше она бы продала кого угодно, лишь бы только улизнуть из цепких лап самой смерти.

— Мистер фон Штильцхен, вы правда считаете меня полной идиоткой? — безэмоционально спросила Кейт, наклоняясь к подопытному и прикладывая один конец стетоскопа к его груди. — Сделайте один глубокий вдох, затем задержите дыхание, пожалуйста. — она обращалась с ним, как с маленьким ребёнком, впервые пришедшим на рядовой осмотр к терапевту. Сердцебиение прослеживалось нечёткое, но учащённое. Если бы Румпель был человеком, то Кейт без труда определила бы его диагноз. Тахикардия, от которой в последнее время страдает множество людей. Но, видимо, для существа его расы она было делом обычным, и Кейтлин запомнила сей факт в своей голове, чтобы затем перенести его на бумагу.

— Каковы гарантии того, что вы не улизнёте? Каковы гарантии того, что вы принесёте мне на блюдечке существо столь же уникальное, сколь вы сами? Я, знаете ли, в своё время успела заключить достаточно договоров, чтобы понять их невыгодность для одной из сторон. Сами догадаетесь, кто будет в пролёте? — с другой стороны, сладкие речи манили Кейтлин. Как любой другой честолюбивый человек, жаждущий славы и признания на научном поприще, она бы всё отдала за то, чтобы добиться возвращения себе доброго имени, так почему бы не воспользоваться представившимся шансом? Сомнения вызывала личность того, кто предлагал ей сделку, а также собственная мнительность. Кейт сама могла кого угодно вокруг пальца обвести, но чтобы кто-то наврал ей…

— Вот что, мистер фон Штильцхен. Расскажите мне поподробнее о вашем мире, пока я возьму ещё парочку ваших анализов. И если я не найду в вашем рассказе ничего для себя интересного… Что ж, придётся мне перейти к основной части исследований. — с этими словами Кейтлин любовно откинула со лба существа парочку спутанных прядей и задержалась взглядом на его затылке. Ей прежде никогда не приходилось проводить нечто сродни лоботомии, но ради такого случая она готова попробовать. В том, что ей придётся прибегнуть к последней мере, она даже не сомневалась. Рассказом своего подопытного она просто надеялась развеять подступавший сон, да слегка развлечься. Слишком уж тяжело ей работалось в тишине ночной лаборатории.

+2

10

Румпельштильцхен едва не передёрнулся от её прикосновения. Так он сам поглаживал крылышко феи, прежде чем оторвать его. Взгляд задержался на шее Кейтлин. Если бы девчонка наклонилась чуть пониже, а он, Румпельштильцхен, мог резко рвануться вверх, он бы впился зубами в её горло, разорвал бы его, как дикий зверь. Это внешне зубы Румпельштильцхена выглядели плохо - потемневшие (что, впрочем, случилось одновременно с тем, как темнела и покрывалась чешуйками кожа), местами даже устрашающе чёрные, - однако в дело они отлично годились. Чувствуя от злости жар в груди и голове, Румпельштильцхен попробовал слегка шевельнуть ногой, на которую Кейтлин не смотрела - пока не получалось.
Ничего. Она сама же ему невольно помогла, потребовав информацию о его мире. Уж рассказать-то найдётся что, а пока он будет рассказывать, действие её лекарства будет постепенно и неуклонно проходить. В том, что удастся сойтись на сделке, Румпельштильцхен сильно сомневался - вряд ли эта особа настолько... доверчива, он читал по её глазам, что нет. Возможно, была, но что-то научило её жизни. Не попробовать ли развести её на откровенность? Уверенная в том, что подопытный от неё никуда не денется, девица может проговорить вслух что-то важное, что ему поможет. Ладно, сперва всё же попытаемся договориться.
- Мой мир, дорогуша, полон существ, которых вы бы назвали сказочными. Явлений и вещей, которые, как посчитали бы здесь, существуют только в воображении, - Румпельштильцхен помолчал и продолжил, следя глазами за действиями Кейтлин, - иными словами, мой мир полон магии. Полагаю, вас это не слишком смущает, вас же не удивили мои слова о сверхъестественных способностях. Поверьте мне, уникальных существ в моём мире хватает, взять хотя бы огров или фей, что же касается гарантий... Я уже сказал, что я в вашем мире с очень важной целью. Мне проще сдержать слово и тут же заняться своими делами, чем разбираться с осложнениями, которые могут возникнуть, если я его не сдержу. Магия, которой обладаю я, очень специфична. Если я лишний раз прибегну к ней, чтобы избежать сделки, мне придётся за это заплатить, - Румпельштильцхен остановился и перевёл дыхание. Снова попробовал шевельнуться под ремнями - как можно незаметнее. Кажется, получилось. Надежда, затопившая сознание Румпельштильцхена, побудила его продолжить:
- Я бы мог притащить к вам фею. Они, знаете ли, могут увеличиваться до человеческих размеров, так что вы могли бы изучить её как маленькой, так и большой. Кроме того, это весьма занятная раса. Они летают, так как у них есть крылья, они исполняют желания, они устроены несколько иначе, нежели мы с вами... Что скажете, дорогуша? Неужели не хотите рискнуть? Мы бы могли с вами и дальше сотрудничать, - вкрадчиво прибавил Тёмный, призывая на помощь всю свою силу убеждения, - одно исследование, одно открытие не принесёт вам столько славы, как несколько! Я помогу вам в одном, а вы могли бы помочь мне в чём-то другом - так и складываются деловые отношения, верно?

+2

11

Отвернувшись от существа, Кейтлин повернулась к столу, чтобы взять с него пинцет и маленький герметичный контейнер. Она намеревалась взять образец волос и ногтей подопытного, хотя сама сильно сомневалась в том, что сможет найти в них нечто для себя занятное. Раз уж в его крови не было ничего необычного, то вряд ли эти образцы смогут показать что-то новое, однако исследовательский интерес всегда состоит в том, чтобы пробовать и пытаться. А Кейтлин уже не раз доказывала и себе, и коллегам, и даже широкой общественности то, что уж она-то — отличный исследователь. Поэтому та без раздумий приступила к следующей серии опытов, присев на стул рядом с кушеткой, на которой возлежал связанный по рукам и ногам Румпель, и склонилась над ним.

В это время он рассказывал ей о своём мире, полном якобы магических существ разных сортов. Будучи человеком скептичным, раньше Кейтлин не верила ни в фейри, ни в гномов, ни в вампиров, считая их всех частью народного фольклора, сказочной выдумкой, которую принято рассказывать на ночь детям. После преображения её мнение на этот счёт кардинально изменилось, но даже сейчас, когда Румпель повествовал ей о магии, она невольно задумывалась о том, может ли в действительности существовать такой мир. Не исключено, что он просто на ходу придумывал детали своего рассказа, намереваясь ввести учёную в заблуждение и спастись любой ценой; в таком случае, лжец он просто искусный. С другой стороны, едва ли можно каждый день встретить существо, подобное ему, на улицах большого города. Кейтлин внимала рассказу своего пациента, но не спешила принимать каждое его слово на веру.

— Магия, говорите? То есть, вы заключаете сделки, верно? Попахивает чертовщиной, уж простите за прямоту. — верующие люди провозгласили бы Румпеля дьяволом во плоти, ведь во многих религиях принято, что демоны-искусители заставляют идти на ужасные вещи, в том числе жертвовать чем-то дорогим ради достижения заветной цели. Кейтлин во всю эту чушь, конечно, не верила, но Румпеля легко можно было сравнить с прислужником Сатаны. — И каким же образом вы эти сделки заключаете? Подписываетесь кровью? — в этот момент она как раз поддела пинцетом волос на его теле и легонько дёрнула его на себя. В свете ламп она рассмотрела его повнимательнее, а затем упаковала в герметичный контейнер, плотно прикрыв крышку. Что уж греха таить: слушала его Кейтлин вполуха, и многие детали просто упустила.

— Стоп. Вы просите меня помочь вам? — Кейтлин изумилась. Она так и замерла на месте с пинцетом, который не успела донести до лабораторного стола. Мало того, что существо хотело спасти собственную шкуру, так оно ещё и призывало её, Кейтлин, оказать ему услугу! Ну не дерзость ли это?! — И что же я должна буду сделать? — иронично выгнув бровь, девушка сложила руки на груди, привстав со стула. Ей действительно было интересно услышать его ответ, хотя она ожидала нечто абсурдное. Перспектива иметь в своём личном распоряжении нескольких уродцев её, впрочем, соблазняла, но назревала проблема: в этой лаборатории не было места, где она могла бы заниматься своими исследованиями без огласки. Следовательно, предложения Румпеля теряли свою силу.

+2

12

Румпельштильцхен бледно усмехнулся, услышав о чертовщине. Нечто подобное ему доводилось слышать и в мире Виктора Франкенштейна (будь тот и все учёные вместе тысячу раз неладны со своими исследованиями, если это касается его, Тёмного).
- Подписываться кровью я никого не заставлял, однако некоторые делали и так. Сам я… на особо важных контрактах… могу поставить такую подпись, поскольку она обеспечивает надёжность договора. Если он заключён на словах, ему меньше веры, чем подписанному на бумаге – полагаю, в этом вы со мной согласитесь, - её действия заставили его слегка напрячься. Румпельштильцхен искренне надеялся, что раздевать его не начнут, но если дело дойдёт до настоящих исследований, если не удастся преодолеть действие треклятой науки, а его волшебство так и не вернётся, если…
Погоди. Мысль эта чуть не вогнала его в панику – что, если волшебства в этом мире хватает лишь на то, чтобы поддерживать облик Тёмного, но во всём остальном нет и половины того могущества… либо его нет вовсе?
Нет, не думать об этом. Не может быть. Не должно. Он не должен поддаваться паническим мыслям, ещё только этого не хватало! Между тем, Кейтлин всё же как-то заинтересовалась его предложениями.
- Стоп. Вы просите меня помочь вам? И что же я должна буду сделать?
Здесь наступил переломный момент. Можно ли как-то… убедить её, сказав ей об истинной цели своего появления в этом мире? Кейтлин достаточно молода, но, возможно, у неё тоже есть ребёнок? Румпельштильцхен отчего-то в этом сомневался. Ему казалось, что единственные дети для этой особы – её собственные опыты и эксперименты; достаточно было вглядеться в её лицо, когда она обозревала его, Тёмного, с тошнотворным энтузиазмом. Словно ей не терпелось порезать его на мелкие кусочки и каждый кусочек рассмотреть под своим… как он там назывался? – микроскопом. У Франкенштейна тоже такой был.
- Как я уже говорил… в вашем мире у меня есть цель. Найти одного человека, если быть откровеннее… И тому, кто поможет мне достигнуть моей цели, я могу привести не одну фею, а двух-трёх, - благо что эта моль превосходно поймалась бы в руки Тёмного, если б он только того хотел. Доверчивые, глупые, наивные фейки – если он, скажем, составит план мнимого раскаяния в своих многочисленных грехах и позовёт несколько феек для закрепления договора, они легко полетят на огонь, а если не сразу – Румпельштильцхен найдёт способ их побудить.
- Я понимаю, что мои слова звучат… невероятно. Но всё это правда – сказочный мир, феи, великаны… да и я сам, как вы думаете? – Он изобразил улыбочку, которая тут же потухла. Как только Кейтлин опять отвернётся, он попробует пошевелиться энергичнее.
- Мы могли бы сделать так, что вам не пришлось бы делиться открытиями с коллегами – вы же не одна тут работаете, верно? – попытался он зайти с другой стороны. – Где-нибудь… в отдельном месте… и все ваши аппараты просто перетащить по воздуху, я это умею. Все трудности разрешимы! Если только мы заключим сделку…
Румпельштильцхен впился в неё своими ящеричьими глазами, стараясь уловить малейшие перемены настроения.

+1

13

Была доля правды в словах этого Румпеля фон Штильцхена насчёт договоров, подписанных кровью, однако у Кейтлин неизменно всплывали ассоциации на тему всякого рода дьявольщины. Будучи человеком не только нерелигиозным, но ещё и твёрдо уверенным в том, что уж бесы точно существуют исключительно на страницах детских книг, она скептически отнеслась к предложению своего испытуемого. С другой стороны, если бы оно не распалило в ней нездоровый интерес, то едва ли она дала бы ему слово: скорее всего, его голова уже раскололась бы, как орех, и вся эта пустая болтовня мигом прекратилась. Кейтлин не знала, почему позволяет себя уговаривать: то ли это был тот самый пресловутый интерес, то ли дело было в изучении не только физиологическом, но и психологическом.

— У меня нет связей в полиции, и я не располагаю контактными данными хакеров. — парировала Кейтлин, по-птичьи склонив голову набок. Она откровенно врала, прикидываясь плохой ищейкой, но на самом деле не для Румпеля вовсе, а для самой себя. Какая-то часть её сознания вовсе не хотела расставаться с прежней жизнью; та, что отвечала за голод, мучавший Кейтлин денно и нощно. Каких-то пару месяцев назад она не чуралась любой, даже самой грязной работы, выполняя заказы отпетых негодяев и богатеньких папочек, которым в своё время перешли дорогу другие люди. И уж, разумеется, навыки слежки Кейтлин растерять ещё не успела. Слишком уж живучей была Киллер Фрост. — Но мы можем справиться вдвоём, если я соглашусь. Кого же вы так сильно хотите найти, мистер фон Штильцхен, если не побоялись рискнуть жизнью, отправившись, как вы выразились, «в другой мир»?

Тёмные глаза Кейтлин хищно сверкнули. В отражении стеклянной двери напротив ей померещились белые зрачки. Это, конечно, было невозможно, потому что металлические браслеты на её руках прочно сдерживали внутреннюю зиму, но… Одна мысль о том, что она может вновь пробудиться и взять контроль над её сознанием, пугала Кейтлин намного больше разоблачения или даже того, что она может потерять объект своих исследований.

Её скептичные учёные взгляды разбивались волной не о доводы Румпеля, а об него самого. Если выяснится, что он — обычный мета-человек, исследовательский интерес Кейтлин, конечно, поугаснет. Но к главной части испытаний она ещё даже не перешла, а делать преждевременные выводы в её работе было смерти подобно.

А между тем, Румпель фон Штильцхен нащупал больную мозоль своей мучительницы и начал медленно, но верно на неё надавливать. Самолюбие Кейтлин Сноу с самого детства было её самым страшным пороком наряду с непомерными амбициями и жаждой добиться большего, чем оба её родителя вместе взятых. Она судорожно сглотнула и отвернулась от объекта исследований, делая вид, что раскладывает инструменты на столе, но на самом деле всё её естество поглотили мысли о том, что будет, когда вернутся её коллеги. Нервный взгляд на наручные часы дал понять, что случится это в ближайший час.

— Извините, мистер фон Штильцхен, но ваши доводы неубедительны. Я отказываюсь от вашего предложения и предпочту завершить начатое. — с этими словами Кейтлин схватила со стола скальпель и медленно приблизилась к кушетке. — Расслабьтесь. Больно будет только первые несколько минут.

+2

14

Первые слова, которыми ответила Кейтлин, были Румпельштильцхену отчасти непонятны. Он не знал, что такое полиция и кто такие хакеры, если и мог догадаться о значении словосочетания «контактные данные». Но всё это было неважным - последовала реплика:
- Но мы можем справиться вдвоём, если я соглашусь. Кого же вы так сильно хотите найти, мистер фон Штильцхен, если не побоялись рискнуть жизнью, отправившись, как вы выразились, «в другой мир»?
Сердце Румпельштильцхена забилось сильнее - ему показалось, что появилась кое-какая надежда. Облизав губы, он уже собирался отвечать - возможно, пока всё ещё уклончиво, пусть сперва она его освободит, - но тут же заметил беспокойство в поведении Кейтлин...
Похоже, его слова о коллегах не прошли мимо её ушей. Она посмотрела на своё запястье, где красовалась какая-то штуковина, похожая на браслет, и следующие её слова заставили Румпельштильцхена оцепенеть, так ничего и не сказав:
- Извините, мистер фон Штильцхен, но ваши доводы неубедительны. Я отказываюсь от вашего предложения и предпочту завершить начатое...
Что?! Паника начала медленно, но верно просачиваться в сознание. Он не успевает, не успевает, не успевает!..
- Расслабьтесь. Больно будет только первые несколько минут.
Разумеется. А потом его сознание улетит в чёрную дыру, пока его будут торопливо резать на куски.
Румпельштильцхен рванулся изо всех сил. Если бы не растреклятые ремни, он бы смог, смог выбить у неё из рук скальпель, схватить девчонку за горло и задушить. Нет!.. ...только в своём воображении Румпельштильцхен разрывал путы, которые держали его на расстоянии от ненавистного белого горла Кейтлин. А на деле это была лишь отчаянная попытка - и, обмякнув обратно, Румпельштильцхен бессильно выдохнул:
- Стойте! - Слова полились из него быстро и безудержно:
- Вы не успеете всё равно! Вас застанут! Кто-нибудь... - Он снова пытался забиться в ремнях, но руки и ноги повиновались с большим трудом, словно деревянные. Беспомощные, жалкие движения, продиктованные страхом, который теперь целиком овладел некогда всесильным Тёмным. - Вы не можете! Я должен найти сына! Я ищу его несколько столетий, я... Я потерял его и должен искупить свою вину! Я сделаю для вас, что угодно!
Он почти кричал - совсем как та несчастная фейка, предлагавшая ему «что угодно», лишь бы избежать страшной участи, пока Тёмный с усмешкой слушал её и даже не думал останавливаться. Только предотвратил её вялую попытку сбежать - одним лишь щелчком пальцев. А потом... она погибла.
То же самое ждёт его самого. Румпельштильцхен был уже почти уверен, что он вовсе не бессмертен и ему приходит конец.
Что угодно... что угодно...

+1

15

Она тысячу раз видела, как искусные лекари — настоящие мастера своего дела! — проделывают это на кадрах документальных хроник. Аккуратные, почти филигранные движения — почему медицину нельзя называть одной из побочных ветвей искусства? В любом взмахе скальпеля, в том, как игла причудливо проходит в самый мозг пациента, была своя, ни на что не похожая прелесть. В бытность свою простым учёным Кейтлин Сноу и не заметила бы, сколь прекрасной может быть настолько простая процедура; сейчас же, подпитываемая изнутри невиданным доселе желанием, она мечтала как можно скорее привести в действие инструмент, который крепко сжимала в побелевших пальцах. Лоботомия давно уже была запрещена во всех цивилизованных странах, но с поправкой на то, что делать её не следовало людям. Существо же перед ней, как она уже успела в том убедиться, было не человеком вовсе, а следовательно, никаких ограничений Кейтлин перед собой не видела. Кроме…

Её подопытный снова постарался уйти на попятную, слегка сдвинувшись в кресле. Было очевидно, что он совершал тщетные попытки освободиться, и со стороны было довольно забавно наблюдать за его беспомощными потугами. Тем не менее фон Штильцхену удалось слегка повернуться — Кейтлин этот факт нисколько не разочаровал. Напротив, она отложила в сторону орудия пытки, чтобы сделать пометку в рабочем блокноте. Сыворотка действовала на существо данной расы — Кейтлин пока что не придумала ей названия — ровно час, после чего потихоньку сходила на нет. Хищно сверкнув глазами, доктор Сноу снова взялась за скальпель, но на сей раз решимость её была практически непоколебимой. Мистер фон Штильцхен продолжал умолять её, рассказывая какие-то небылицы о своём сыне и пытаясь запугать её тем, что в скором времени её обнаружат. Кейтлин только усмехнулась — чего только не сделает утопающий в попытках найти последнюю спасительную соломинку!

Изящным жестом она вскинула вверх руку, в которой сжимала иглу, и… Завершить начатое она не успела, потому что краем уха услышала чьи-то неразборчивые голоса, доносящиеся со стороны лифта. Вороватого взгляда на часы хватило, чтобы понять: ещё не время. Слишком рано! Коллеги должны были вернуться через час, но, видимо, какое-то срочное обстоятельство вынудило их покинуть тёплые дома именно сейчас. Кейтлин громко чертыхнулась, в спешке складывая инструменты обратно и пряча результаты исследований, а также все собранные образцы в свою объёмную сумку. Она с мольбой посмотрела на своего пациента, прикованного по рукам и ногам к кушетке.

— Хорошо, чёрт возьми, я согласна на ваши условия! Только перенесите нас отсюда в безопасное место, и поживее! — голоса коллег раздавались всё ближе и ближе, и вот уже Кейтлин могла расслышать каждое их слово. «А, Лора? Да, безусловно, талантливая, но больно уж самолюбивая и претенциозная, вам не кажется?». Сноу стиснула зубы.

+1

16

Магия - это жажда крови.
Именно эти слова произнесла Кора, когда Румпельштильцхен - Тёмный - живописал ей, что всякий раз, когда он превращает солому в золото, его мысли возвращаются к расправе с человеком, унизившим его, Румпельштильцхена, перед сыном. Румпельштильцхен говорил Коре и видел, как блестят пониманием её глаза; а потом удивительная женщина подытожила: «Значит, магия - это жажда крови».
Именно жажда крови должна была и сейчас помочь Румпельштильцхену освободиться из ремней Кейтлин. Но он не мог, он был настолько захвачен осознанием собственной беспомощности, что ничего другого пробиться не могло.
Румпельштильцхен видел иглу в руке Кейтлин, и у него было несколько мгновений, чтобы прикинуть, куда она её воткнёт, но он не желал терять на это время и даже допускать мысль, что игла вонзится в него. Он отчаянно старался призвать волшебство, высвободиться, но всё было тщетно.
Девица занесла руку, и Румпельштильцхен замер, обречённо закрыв глаза и теряя всякую надежду; он не успевал ничего сделать, его руки и ноги обрели относительную подвижность, но и только. Магия не бежала по жилам, не придавала уверенности, не давала возможности спастись.
Он проиграл и погиб.
- Не надо, - всё же вырвалось у него - последний жалкий протест, прежде чем...
...чем...
...время вдруг растянулось, как патока, бесконечное, но вовсе не такое сладкое; кажется, он ещё и сходил с ума, слыша то, чего нет, чего не может быть, ведь для него всё уже кончено...
...время замерло.
Это были самые настоящие, взаправдашние голоса.
Румпельштильцхен, ещё не осознавая до конца, открыл глаза и смотрел, как Кейтлин прячет свои инструменты, слышал, как коллеги - безусловно, такие же сумасшедшие, как и она, - подходят и говорят о своём всё ближе.
- Хорошо, чёрт возьми, я согласна на ваши условия! Только перенесите нас отсюда в безопасное место, и поживее!
Румпельштильцхен ясно представил себе, что будет, если он не уберётся отсюда поживее - его буквально расхватают на части; он уже почти видел мерзких людишек, деловито раскладывающих по склянкам, наполненным жидкостью, части его тела. Как муравьи, бегающие с крошечными веточками.
О да, теперь она была согласна. И он бы с удовольствием перетащил её вместе с собой, если б только мог - чтобы потом иметь удовольствие превратить в кучку пепла одним огненным шаром. Руки машинально сжались в кулаки, долгожданная жажда крови была мощной - и прекрасной.
Ремни не были разорваны на части, будто ленточки со шляпы какой-нибудь дамы при дворе короля Леопольда; ничего не сталось и с Кейтлин, никакой огонь не коснулся её лица и волос. Нет - она и Румпельштильцхен всего лишь испарились со своих мест, исчезли в серой дымке, слабо рассеявшейся в воздухе.

***

Румпельштильцхен не знал тут никаких безопасных мест. Он перетащил себя и Кейтлин наугад - в первое попавшееся место, где не было, по его мысленному желанию, ни одного человека. А затем перевернул руку ладонью вверх, нетерпеливо воображая на ней огненный шар. Какое-то время бессмысленно смотрел на собственные, давно знакомые пальцы - тёмно-золотистые, покрытые мелкими чешуйками, но совсем мягкими; пальцы мелко подрагивали от пережитого волнения, а он ничего не понимал. Огонь так и оставался воображаемым.
Но магия вернулась, иначе бы он не сумел перетащить себя и Кейтлин сюда. Значит... всё-таки вернулась не целиком. И сейчас Румпельштильцхен её совсем не ощущал. Радость, поднявшаяся было в груди, схлынула, сменяясь растерянностью. Насколько же непредсказуем этот мир?
Румпельштильцхен заставил себя развернуться лицом к Кейтлин - сузив глаза, смотрел на неё.
«Тебе повезло, дорогуша».
Пока, разумеется. Только пока.

Отредактировано Rumplestiltskin (2017-07-09 23:31:39)

+1

17

Да что они вообще понимали! Все эти напыщенные индюки, у которых самая большая потеря в жизни была связана с утратой счастливого билета или «сбежавшим» молоком. Никто из нынешних коллег Кейтлин понятия не имел, что такое настоящее несчастье; никто из них не догадывался и о том, что ей пришлось пережить, прежде чем вернуться на уже знакомую, проторенную дорожку. Они никогда не узнают. Пускай вся её личность будет подёрнута флёром загадочности — в каждой женщине должна быть своя тайна, ведь так? А у Лоры Вуд тайн было полно. Например, никто не знал её точного адреса, никто не спрашивал, какой у неё любимый напиток, а также, какую школу она закончила. Лора Вуд была для своих коллег чистым листом, но она работала так усердно и с таким напором, что фактически никому из них не приходило в голову интересоваться её личной жизнью или домашними питомцами. В ином же случае «Лора Вуд» подобные разговоры на корню пресекала.

Голоса звучали уже достаточно громко — теперь Кейтлин могла определить, кому они принадлежат. Жадный Ларри Кинг и доктор Глория Марпл, в которую этот недоумок Ларри был страстно влюблён. Есть свои плюсы в том, чтобы быть хорошим слушателем, а не собеседником — можно без потерь для себя подслушивать чужие разговоры и быть в курсе всех новостей. Кто, с кем, где и когда. Парочка продолжала перемывать косточки своей коллеге Лоре, отпуская в её сторону в основном нелестные комментарии. Ну, когда ещё узнаешь, что о тебе думает широкая общественность, верно? Кейтлин пыталась искать положительные стороны даже в таком событии, как сейчас, когда весь её образ, строившийся на протяжении нескольких месяцев, мог дать трещину. Она уже была на грани фола и, по иронии судьбы, единственный, кто мог её спасти, являлся и её подопытным в том числе.

— Сейчас! — прошипела Кейтлин как раз в тот момент, когда Ларри дёрнул на себя ручку двери, ведущей в один из кабинетов лаборатории. Следующие несколько мгновений прошли, как в забытье: у Кейтлин от подобного перемещения что-то покалывало в затылке. Какое странное ощущение! С её новой сущностью она уже и забыла, что такое настоящая боль. Её рука самопроизвольно потянулась к вискам; она зажала голову указательными пальцами и тщательно помассировала больные места. Перед глазами всё слегка покачивалось, она неуверенно стояла на ногах, но в целом ещё могла ясно и трезво соображать. Её неудавшийся пациент никуда от неё не делся — пока что он честно исполнял свою часть впопыхах заключённой ими сделки. Кейтлин стиснула зубы: похоже, ей придётся выполнить и свою. Она ведь нынче выступает за другую команду, придётся на время позабыть о предательствах.

— Спасибо. — неохотно буркнула Кейтлин, снова чувствуя себя должником. Ей это ощущение никогда не нравилось, а в нынешней ситуации ей и вовсе хотелось поскорее от него избавиться. Похоже, что Румпелю фон Штильцхену — теперь уже Кейт сомневалась в том, что это его настоящее имя — удалось каким-то образом ослабить действие сыворотки. Возможно, в том ему помогла удачно подвернувшаяся возможность использовать магию — кто знает? Все те недолгие изыскания, которые Кейтлин успела провести прежде, чем их потревожили, теперь летели коту под хвост. Нужно было приниматься за новые исследования, а это должно занять некоторое время. Впрочем, большего прогресса её подопытный достичь не смог: если бы он полностью вернулся к своему привычному состоянию, то наверняка захотел бы ответить обидчице. Вместо этого он просто смотрел на неё, излучая явное недовольство.

Зато у Кейтлин появилось время осмотреться по сторонам. Заброшенный склад, очень умно!
— Ну, раз уж у нас есть время… Можете поведать мне, как это работает? — и, на всякий случай, добавила, — Я не стану больше вас пленить, можете мне довериться.

+1

18

«Спасибо»? Будь на то воля Румпельштильцхена, это стали бы последние слова Кейтлин Сноу. Он стиснул челюсти, изучая её взглядом, в котором не было ни малейшего дружелюбия. Он даже не кивнул в ответ на эту благодарность, явно вымученную.
- Что работает? Перемещения? - Румпельштильцхен оглядел помещение, в котором они оказались, не спеша и сцепив руки перед собой. Он жаждал снова уловить биение магии в своей крови - но пока всё было тихо. Наконец, Румпельштильцхен перевёл взгляд на Кейтлин - и усмехнулся. - Боюсь, при помощи экспериментов ты бы этого не узнала... Волшебство, дорогуша! Ответ чрезвычайно прост. Если ты Тёмный, задача упрощается ещё больше! Твоя сила, как я подозреваю, из другого источника.
Если только она сказала правду. Румпельштильцхен опять ощутил себя неуютно - видя, как он смотрит на неё, не захочет ли девчонка себя обезопасить, - и тут же отмахнулся от этой мысли. Кейтлин ведь хочет продолжить эксперименты, пусть уже и не на нём? Его гнев по отношению к ней медленно, но верно остывал, добиваемый голосом разума. Убить её с толком и расстановкой Румпельштильцхен всё равно сейчас бы не сумел, а помочь ему она могла. Бэй. Самое важное - найти и вернуть своего дорогого мальчика, и если для этого понадобится заключить союз хоть с самим Аидом - Тёмный согласится и на это. А пока всего-то требовалось обуздать желание уничтожить особу, которая видела его в жалком и отчаянном состоянии - но всё же не успела натворить ничего страшного. Судьба оказалась благосклоннее к Румпельштильцхену, чем он думал.
- Вот что, дорогуша, - Румпельштильцхен склонил голову набок, пристально глядя на местный вариант Эльзы, - я сказал истинную правду о том, что ищу сына. Мой сын - человек, такой же, как все, он родился у меня несколько столетий тому назад, а четырнадцать лет спустя упал в некий зелёный портал. С тех пор он скитается по мирам, а я ищу его.
Ничего в размеренных интонациях и чуть прищуренных глазах Румпельштильцхена не выдавало той боли, которая скрывалась за этими краткими сведениями. По крайней мере, сам он был в этом уверен. Почти.
- Как я уже говорил, я могу доставить тебе фею или даже двух, смотря сколько поймаю, - отвернувшись от Кейтлин, Румпельштильцхен пошарил у себя за пазухой, залез во внутренний карман чешуйчатого «крокодильего» сюртука - и, к большому своему облегчению, между жилетом и рубашкой обнаружил искомую чёрную палочку. - Ты же поможешь мне найти моего сына. Он должен быть в городе, возможно, что где-то недалеко от того места, где ты меня нашла... но необязательно. Если тебе понадобится золото, оно у меня есть, - Румпельштильцхен вынул из другого кармана нити и продемонстрировал Кейтлин. - Так что же? Будешь выполнять условия сделки или мне заниматься поисками самому, а ты, дорогуша, - ухмылка раздвинула его губы, - так и не сумеешь в должной мере утереть нос своим коллегам? О, я слышал, как они обсуждали некую Лору, а ты сначала чуть было не назвалась мне именно этим именем. Я помню... Так как же тебя на самом деле зовут? Ты тоже можешь мне доверять, раз я пока не попытался придушить тебя с помощью своей магии!
Пусть считает, что он способен на это так же, как и на перемещение. У неё нет реальных доказательств того, что это не так - ведь если на одно волшебство Румпель фон Штильцхен оказался способен, почему бы ему вдруг не справиться и со вторым? Выглядел он достаточно уверенно. Пусть думает, что его удержали только соображения сделки - так будет безопаснее.

+1

19

В голосе её «пациента» сквозило ничем не прикрытое презрение. Кейтлин фыркнула и отвернулась, делая вид, что рассматривает горы коробок, которыми был набит этот склад. Похоже, что помещением уже давно не пользовались: штукатурка кое-где обвалилась, краска облупилась, а на уголках карниза виднелась паутина. Но всё это не могло отвлечь Кейтлин от тяжёлых мыслей, связанных с её недавним провалом, как бы она этого не хотела. Ведь она снова была в шаге от своей победы! И снова неудача постигла её начинание. Злой рок будто преследовал Кейтлин всю её жизнь, всё обрывал на половине, не давая завершить начатое. Но, впрочем, она была не из тех, кто верит в превратности судьбы, и предпочитала опровергать пустые суеверия.

— Но ведь я же этого не сделала. Можешь сказать спасибо моим остолопам-коллегам. — усмехнулась Кейт, скрещивая руки на груди. Зрачки её сузились в узкую полоску, как у хищника, готовящегося к решительному прыжку, а губы стали тонкой ниточкой. Здесь не только спасшийся монстр излучал презрение.

Её ни капли не тронули слова своего неудавшегося эксперимента о его сыне, хотя и пробудили некоторые воспоминания о её собственном брате. Чарли тоже погиб, и спасти его не смог никто, хотя Кейтлин винила в произошедшем только себя. Именно поэтому она встала на путь науки, именно поэтому прошла курсы медицинской подготовки: просто, будучи ещё наивной маленькой девочкой, она верила, что таким образом сможет загладить вину перед безвременно почившим братом и всё исправить. Глупая, глупая мышка Кейтлин.

Но предложение Румпеля фон Штильцхена — она была уверена на все сто процентов, что тот солгал ей, и это имя ему не принадлежало — было соблазнительно тем, что подразумевало под собой взаимную выгоду. Кейтлин Сноу могла бы выполнить его просьбу безвозмездно, Киллер Фрост не пошевелила бы ради другого человека и пальцем, если бы для этого пришлось приложить некоторые усилия с её стороны. То, кем стала эта девушка сейчас, могло подумать насчёт условий сделки и посчитать их для себя весьма привлекательными. Тяжело вздохнув, она мысленно расставила все точки над и и приготовила ответ для своего будущего партнёра.

— По рукам. — согласилась она. В это же самое время Румпель извлёк из внутреннего кармана своего потёртого сюртука какой-то предмет, внешним видом напоминавший волшебную палочку, как у героев Гарри Поттера или любого другого произведения про волшебников. Инстинктивно Кейтлин отшатнулась от него и нащупала на запястье браслет, готовая в любую секунду сбросить его и продемонстрировать Румпелю свои силы. Это не понадобилось: вслед за палочкой он достал золотые нити, и они причудливо сверкнули при свете луны, просочившемся через маленькие оконца склада.

— Не пытайся меня оскорбить, твои колкие фразочки тебе ни капли не помогут. — огрызнулась Кейтлин, когда Румпель надавил на её больную мозоль. Теперь карьера уж точно летела к чертям собачьим, и на сей раз ничего уже нельзя было обернуть вспять. Похоже, что прежней Кейтлин уже никогда не станет; оставалось лишь смириться со своей судьбой и плыть по течению. — Говорю же, я помогу тебе найти сына в обмен на твоих чудо-фей. Но мне нужны сведения о нём. Хоть какая-то наводка. Да и каковы гарантии, что сейчас он находится именно в нашем мире?

Киллер Фрост была отменной ищейкой, но и ей требовались хоть какие-то зацепки. Обычно информацию она искала сама, но сейчас дела обстояли совершенно иначе. Это задание не было похоже ни на одно предыдущее.
— И да… Чтобы получить гарантии того, что ты меня не бросишь, мне нужна часть суммы вперёд. Золота вполне хватит. — расплывшись в блаженной улыбке, Кейтлин склонила голову набок. Игра началась.

+1

20

Золота у Румпельштильцхена было как грязи в его родном мире, поэтому перспектива расстаться с золотыми нитями, которые сейчас свисали с его руки, нисколько его не огорчила. Он передёрнул плечами – дескать, получишь ты свои гарантии, – и, сунув чёрную палочку в карман штанов, снова пошарил за пазухой. На сей раз на свет появился портрет Бэя тех времён, когда мальчику было четырнадцать. Румпельштильцхен никогда не считал себя гениальным художником, но рисовал очень старательно – а для верности ещё в Зачарованном Лесу придал портрету полное сходство с оригиналом.
Шагнув к Кейтлин поближе, Румпельштильцхен продемонстрировал ей портрет:
- Его зовут Белфайр, но в этом мире он, безусловно, мог сменить имя, - помимо воли, голос Румпельштильцхена смягчился лишь при одном взгляде на нарисованное лицо сына. – Ему четырнадцать лет, у него тёмные вьющиеся волосы, как ты видишь, и карие глаза. И я совершенно определённо знаю, что он здесь, иначе бы не появился в этом мире и, - Румпельштильцхен скрипнул зубами, - не очутился в твоей лаборатории в качестве подопытного кролика, дорогуша!
Он протянул Кейтлин портрет, как бы тот ни был дорог сердцу, и золотые нити.
- Надеюсь, что к тому времени, как я притащу фей, ты найдёшь моего сына. Учти – феи только в обмен на живого и невредимого Бэя. Договорились?
Именно в этот момент магия вновь забурлила в жилах. Похоже, её явления были здесь временными, однако и теперь Румпельштильцхен не был намерен упускать ни одного мгновения. Кейтлин заманчиво маячила прямо перед глазами в качестве мишени, но сделка заключена – никаких расправ.
- Бэй живёт здесь, в вашем городе, я в этом уверен. Причём, возможно, недалеко от того места, где я появился! – С этими словами он переместил себя и Кейтлин к тому месту – просто отдал приказ своей внутренней силе, а уж та повела – понесла – их верным путём. По счастью, людей поблизости не наблюдалось – и Румпельштильцхен, вытащив чёрную палочку, успел открыть портал прежде, чем магия вновь иссякла. Выдохнув, ощущая, как увлажнились его ладони от волнения, Румпельштильцхен вновь обернулся к своей спутнице:
- Помни, дорогуша – наша сделка нерушима. Не пытайся меня обмануть, иначе тебе не поздоровится, - Тёмный, недобро усмехающийся, излучающий угрозу, являл собой абсолютное несходство с тем испуганным существом, которое билось в ремнях на кушетке и отчаянно просило Кейтлин не трогать его. Он видел, как ранее сузились её зрачки, чутьём понимал, что она не обманула его насчёт своей силы. Но если она попытается обмануть его – он хоть зубами вырвет ей горло, пусть не хватит магии. – С моим сыном всё должно быть хорошо, и тогда… тогда всё будет хорошо и у тебя.
От портала дунуло лёгким прохладным ветерком, который колыхнул волосы на головах Румпельштильцхена и Кейтлин. Тёмный шагнул к порталу, ещё шаг – бросил прощальный взгляд на девушку, так и не раскрывшую ему своего истинного имени, и со словами: «Встретимся на этом месте!» исчез в воронке, которая словно засосала его внутрь… и исчезла.
Наступила звенящая тишина.

+1


Вы здесь » chaos theory » межфандомные отыгрыши » beware the monster


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC