chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » О правых и виноватых


О правых и виноватых

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

О правых и виноватых

https://78.media.tumblr.com/2b8716bf5fe67690bb3f577b195a963b/tumblr_ouqbh60oF11upw7vzo3_1280.jpg

https://78.media.tumblr.com/1f0130f4a076328b36ae7d5e40e773f8/tumblr_ouqbh60oF11upw7vzo1_1280.jpg

◄ Are those stars already dying?
And yet even as they face their deaths they continue to shine?
Before the extraordinary scale known as "lightyears"
Human lives seem like mere fleeting illusions ►

участники:Assassin of Red, Kotomine Shirou

время и место:804 г до н.э., Ассирия, спустя где-то день после прибытия в это время Широ.

СЮЖЕТ
Ненависть людей к ведьме, занявшей трон, крепнет. Гость, на которого возлагались надежды, пользуется её гостеприимством, заговоры всё плетутся и плетутся, раздражая и вызывая сомнения.
Я просто хочу построить лучшее царство, как вы не поймёте?
Невольно начнёшь задаваться вопросом, а так ли правильно твоё существование?

0

2

Удивительно, как много может поменяться за чуть более чем двадцать четыре часа.

Например, душевному спокойствию Семирамиды можно было позавидовать раньше, но сейчас ей с трудом удавалось сдерживать свои порывы, вонзая в кожу ладоней собственные же ногти. Потому что можно сколько угодно утверждать, что ради цели сделаешь всё, вплоть до маленького геноцида, но на деле в голове у неё билась только одна мысль: "Я же делаю так, чтобы всем лучше стало", а это уже был первый звонок, возвещающий о том, что Ассасин сомневается.

Вдобавок Широ-кто-он-такой-вообще так и не покинул пределов её владений, но и не совершил ничего, что можно было расценить как угрозу. Он разделял с ней пищу, делил одну крышу над головой, и, похоже, сдался в попытках заполучить Грааль. Ну или оставил эту мысль на время. Ассасин считала, что второе, иначе бы он оказался глупцом — но вот им Семи его никогда не считала.

А люди её сына (впрочем, это могли быть и верные той Шамирам подданные, которым была противна новая царица) никак не могли успокоиться, ранним утром решив взять на себя ответственность и заколоть Семирамиду в постели. Они не учли двух вещей — Слуги не спят и поранить Слугу человеку крайне сложно. Но вот на публичную казнь для устрашения у Семи попросту не было сил, поэтому она прикончила их на месте и тут же пожалела о сделанном. Устрашение — просто прекрасно, но скоро ей некого будет устрашать. Если они сбегут прочь, предпочтя жизни в её царстве жизнь раба в другом, не будет ли это всё зря?

Грааль, как назло, внушал ей только мысли о величайшем царстве, никак не помогая советом в более очевидной проблеме, из-за чего Семи показалось, что его заело. Советоваться ей было не с кем.

Кроме гостя, конечно же.

Семи приказала убрать трупы из её покоев и исчезла, прежде чем кто-то стал бы возражать. То есть, не исчезла. Просто перешла в нематериальную форму, которую последнее время ненавидела — слушать чужие разговоры в ней было крайне удобно, но вот их-то Семирамида слушать хотела меньше всего. Хотя бы потому, что слышала она то, что её не радовало.

Широ она нашла в саду, крошечном зелёном островке среди прямоугольных форм архитектуры — довольно забавно, что спустя годы ей будут приписывать великолепие куда большее. И хорошо, что Фантазм, которым она завладела обманом, почти готов, несмотря на ежедневные попытки его постройку саботировать. Потому что потом, ей казалось, будет гораздо легче.

Широ, на удивление, просто спал на каменной лежанке. Это выглядело настолько странным, что Ассасин неслышно подкралась, наклонилась так, чтобы прислушаться к чужому дыханию, удивлённо заморгала и опешила. Если её терзало столько сомнений, когда цель намечена, а Грааль в её руках, то его — решившего отнять у неё Грааль во имя какого-то там спасения мира — сон должен был не брать вообще. Но он спал и, похоже, ничем не мучился.

Ассасин никогда ещё не использовала свои способности для того, чтобы усесться на ту же скамеку так, чтобы чужая голова оказалась у неё на коленях. Никогда до сегодняшнего дня.

И страха она, что удивительно, не ощущала вовсе. То есть, теперь не была уверена, что то, что она почувствовала ночью на террасе, было именно страхом. Может, она испугалась того, что ощутила, может... Много чего может быть. Сейчас она чувствовала подобие веселья от того, что творила.

И завидовала Широ. Так спать, когда нет уверенности ни в чём, может только самый счастливый человек на свете.

Семи дотянулась до травинки, сорвала её и пощекотала чужое ухо тонкой зелёной полоской. Потом стала примеряться к носу, думая, как бы поудобнее запихать туда эту травинку, чтобы объект её издевательств не проснулся раньше времени. Ей было даже весело, потому что за всем этим желанием построить идеальное царство скрывалась не пустая оболочка, покорная воле Грааля, нет. У Семи определённо был характер, и он указывал ей щекотать травинкой лицо гостя, примеряясь, как бы ещё поиздеваться над спящим.

+1

3

Проснулся он рано и думал явиться к Ассасин после того, как тот приведет в себя порядок, однако местные снова пытались что-то предпринять против Семи, и она тогда занималсь соответствующими делами, что следуют после выше описанных случаев. Поэтому Широ решил первое время прогуляться  по дворцу и ближайшей округе, ибо все же лишний раз изучить эти места никогда не будет лишним. Его прогулка окончилась как раз в том с самом саду, где он задержался на какое-то время, ну а потом вообще задремал.

Пока  Котомине мирно спал на каменной лежанке, сложив руки на груди, ему снился сон и одновременно воспоминания из давних времен о затишье пред последней битвой. Он начинается с небольшой кельи, в которой не было ничего, кроме недавно угаснувшей лампадки. В ней находился юный паренек, на чьем лице имелось парочка ссадин, с длинными черными волосами, убранными в хвост.  Одежда юноши сочетала в себе японский и европейский стиль. То есть под потрепанным черным кимоно была надета белая рубашка с длинными рукавом, сверху кимоно надето такое же потрепанное, запятнанное кровью хаори с высокий воротником.

Юноша взял свою катану и вышел из кельи, и через коридор прошел во двор занятой его последователями крепости. Погода в тот день была не самой лучшей: дул довольно прохладный ветер, небо заволокли тучи и лил дождь, хоть и не такой сильный. Остановившись у самого выхода, он осмотрелся вокруг: все во всю готовили к грядущей битве, кто-то готовил стрелы, кто-то упражнялся своим оружием, что было не удивительно, ведь до восстания оружие в руках держало от силы около трети участников, так что, чтобы выжить, остальным  хоть как-то приходилось тренироваться.

Через пару минут к юноше подбежало три человека, один был вооружен луком с стрелами, двое остальных вооружены копьями. Подошедший к нему лучник сообщил, что все собрались. На что юноша кивнул и вместе с ними вошел в главное здание крепости, где проводилось совещание, где решались дальнейшие вопросы.

И вот тогда, когда совещание было в самом разгаре, как гром среди ясного неба начали раздаваться пушечная канонада, которая подняло на уши всю крепость. С этого момента начался обратный отчет до самого момента. В конечном итоге, осада, длившаяся десять месяцев, окончилась массовыми казнями, что происходили прямо у него на глазах. Ни один из выживших не избежал этой участи. Каждый был обезглавлен. Он смотрел на их лица полные ужаса и молил Бога о прощении их душ в полном бессилии.

И вот настал его черед…

Удар под колени заставил его упасть на них. Грубая рука взяла его за черные волосы и приложила голову к колодке. Неужели, последнее, что он увидел  - ухмыляющаяся красная маска на лице самурая? Нет, тогда юноша все решил для себя. Сталь со свистом рассекла воздух и послышался глухой звук.

На этом все прервалось, ибо Широ в кое-то веки пробудился ото сна, сначала яркий свет ослепил на время, но как только его глаза привыкли к дневному свету, он увидел ее — Семирамиду, он лежал на ее коленях, ну а она сама с помощью травинки пыталась, кажется его защекотать.
— И… давно ты тут со мной сидишь ? — немного с смущением поинтересовался Котомине, все же это было для него неожиданностью, возможно даже приятной.

Отредактировано Kotomine Shirou (2017-10-05 22:30:19)

0

4

Пальцы дрогнули, зажатая в них травинка согнулась пополам, чуть не оказавшись в чужой глазнице с последствиями, малоприятными для гостя. Семирамида тут же выронила травинку, даже не пытаясь её стряхнуть с чужого лица и очень плохо притворяясь, что она не делала ничего. Совсем ничего. Не подкралась к этому юнцу, не положила его голову на свои колени и, конечно же, ни разу не попыталась набить его нос травой. Впрочем, притворялась она настолько плохо, что догадаться, что она дурачится, не смог бы только полный глупец.

Семирамида действительно дурачилась, но полностью отдаться этой глупой игре ей мешало слишком многое. Мешали сегодняшние жертвы, павшие ни за что, мешала проступившая за секунду до пробуждения тревога на чужом лице, мешал Грааль и поселившиеся внутри сомнения. Подобие веселья было, увы, лишь подобием.

— Ты счастлив? — спросила она совершенно невпопад, прежде чем щелчком пальцев, пришедшимся больше по щеке, чем по травинке, стряхнуть последнюю куда-то вниз. — Страдальцы так не спят. Или ты спокоен, потому что безумен?

Умозаключения были почти оскорбительными, и в этот раз Семи не пыталась облечь их в покров лести, медового голоса и прочих уловок, которые позволяли любую колкость подать почти как комплимент, от которого будет тошно, но говорящий его останется невинной овечкой. Широ раздражал её, но был ли он самой большой её проблемой?

Возможно, её проблемой был Грааль. С самого начала.

— Может быть давно, может быть — нет. — ускользнула от прямого ответа Ассасин, так и не убрав пальцы с чужой щеки после не слишком удачного щелчка. Чтобы не сделать лишней дырки в смуглой коже, ладонь приходилось изгибать так, чтобы длины шипа не хватало, а потому пальцы просто упирались в чужую щёку, — Боишься, что я что-то сделала?

"Что-то" может варьироваться от завоевания всего мира во время послеобеденного сна или натирания внутренней поверхности одежды ядом до посягательств на чужую неприкосновенность более прозаичным образом. История запомнила её блудницей, например, ожидать можно было чего угодно. Тон Семирамиды тоже ничего не прояснял.

— Не нравится? — Ассасин скользнула пальцами по подбородку гостя, всё ещё бережно избегая контакта металлического шипа с кожей, и, вспомнив, зачем здесь все собрались, помрачнела, утратив даже тень веселья. — Ах да. Грааль. Грааль, смерть твоего мира и гибель человечества. Я всё верно помню?

0

5

Когда Широ поинтересовался насчет того, как долго та находилась рядом с ним, он взял выроненную на его полусонную гримасу травинку и на пару секунд заострил на ней свой взгляд.

— Я ?  — спокойно переспросил Котомине, лежа на ее коленях, и даже не торопился подниматься. Широ был тем человеком, который  был предан своей идее, что попросту мало уделял времени другим каким-нибудь вещам, но даже будучи таким человеком, Широ не видел ничего плохого в наслаждении столь приятными моментами. Юноша по неволе сделал небольшую паузу, когда Ассасин попыталась стряхнуть с лица паренька последние травинки, но предназначенные для этого щелчки пальцев скорее угодили по щеке, от чего он прикрыл один глаз. Он это сделал не потому, что это могло быть неприятно, а скорее всего для того, чтобы шальная, подловленная легким ветром травинка, как минимум, не угодила ему в глаз.

— Как и многие, я не всегда могу спокойно наслаждаться сновидения, так что назвать меня безумцем, смотря с этого ракурса, будет довольно трудно, — спокойно ответил Широ, пусть даже умозаключения могут быть и слегка оскорбительными, поскольку, как было сказано ранее, его много кто называл безумцем. А был счастлив юноша, ответить на этот вопрос ему крайней трудно. Несчастным себя в настоящее время он не может назвать, как и счастливым  одновременно. Возможно, когда он достигнет цели, тогда он и сможет обрести так называемое счастье. Но до этого момента еще слишком далеко, чтобы об этом рассуждать.

— Нет, я не боюсь, — на этот вопрос беловолосый юноша ответил крайне просто, посмотрев ей в глаза, ведь если бы Ассасин бы сделала с ним что-то, то он, как минимум, не проснулся вовсе.  И только он собирался ответить на дальнейшие вопрос, как имеющая доля веселья в Ассасин исчезла и она вспомнила то, зачем Котомине явился сюда.

— Моего мира, — Широ поднялся с ее колен и сел рядом с ней, положив ногу на ногу, после чего с усмешкой продолжил, — мой и твой мир является одним и тем же, разница только в том, что мы из разных точек во времени.

0

6

Шип в ладони явно не предназначен для того, чтобы кого-то мягко касаться, скорее, предостерегает не делать этого ни в коем случае. Вопрос "зачем?", который должен был прийти ей в голову, названную потомками мудрой, почему-то появился только сейчас, когда такая надобность возникла. Потому что, дай ей волю, одной щекой она бы не ограничилась, но шип мешал, будто Грааль предусмотрел вообще всё, включая появление здесь Широ и то, что она захочет с ним поиграть.

— Я тебя не понимаю. — честно призналась Ассасин, вскидывая голову и смотря куда-то вверх. — Ты правда безумец. Но твоё безумие меня забавляет.

О том, что он здесь чуть ли не единственный, кто относится к ней не со страхом или ненавистью, Семирамида умолчала, да и что тут говорить? Он её не боялся и вряд ли ненавидел, просто интересовала его не она, а Грааль. Он не боялся и честно об этом сказал, прежде чем подняться с её колен — Семирамида отвернулась, задавив в себе желание встать и уйти прочь.

На этом близкий контакт можно было считать законченным.

— Значит, этому миру обещана погибель. Ну и что? — Семи едва дала ему закончить, услышав правду, которая в иной другой момент заставила бы её задуматься или одёрнуть саму себя, но её игру прервали, и она едва скрывала недовольство. — Миру предвещают его конец уже много раз, неудивительно, что он наступит — я бы удивилась, если бы он не наступил.

Грааль создадут только в далёком будущем. Пройдут многие лета, три безуспешные попытки завершить его великое чудо, а после люди откажутся от него. Тогда Грааль разделится и той своей частью, что существует вне времени и пространства, создаст их. Она не одна такая.

Только её должна волновать её собственная цель и ничего больше. Если он из того времени, где люди отказались от Грааля, это их вина.

— Или ты боишься смерти? — голос Семи грудной, будто рокочет река в перевалах, потому что злость и любопытство одинаково сильно владеют ею, — Ты можешь прожить свою жизнь в этом времени, ровно столько, сколько тебе отмерено.

Ассасин чуть наклонилась — совсем немного, чтобы прижаться щекой к чужому плечу  и отчётливо, без тени прежней мягкости, прибавить:

— Вы сами отказались от высшего чуда. Теперь оно не ваше, но моё.

0


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » О правых и виноватых


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC