chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » Your innocence is mine


Your innocence is mine

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

Your innocence is mine

https://i.imgur.com/QnMUcke.png
◄ I want to satisfy the undisclosed desires in your heart ►

участники:Hanji Zoe, Erwin Smith

время и место:836 год, Стена Роза, кадетское училище

СЮЖЕТ
В первый раз их встреча была чистой случайностью. Но, если судьба их сводит уже дважды за последний месяц, её намёки становится трудно игнорировать.

[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-15 14:59:41)

+1

2

С самого начала у Ханджи была какая-то тактика, и она её придерживалась. То, что эта тактика пошла наперекосяк из-за того, что кое-кто из сослуживцев слишком активно махал своими крыльями в столовой, не было её виной. И, тем не менее, наказание сегодня отбывать предстояло именно ей.
Она ведь просто шагала между длинными тяжёлыми столами со своим подносом. Шла, никого не трогая, и в мыслях уже ненасытно поглощала свой ужин, о котором мечтала с той самой минуты, как вернулась после хозяйственных работ голодная, как дикий волк. В носу уже стоял запах свежей еды, которая сейчас казалась Ханджи не просто съедобной, но даже вкусной (явление поистине невиданное в армейской среде), рот наполнялся слюной от одного вида булочек, одну из которых ей отдала соседка по казармам, и до заветного места на привычной скамье оставалось всего каких-то десять шагов, как вдруг чья-то рука со всего размаху хлобыстнула по её локтю. Поднос полетел к чертям, всё содержимое, так старательно ею собираемое, — тоже. И этими чертями, как назло, оказались здешние офицеры, которые, расположившись за отдельным столом, неторопливо поедали отведённые им порции, а теперь оказались измазаны рисом, мясом и какой-то жидкостью: по-видимому, компотом. По крайней мере, один из них точно был уделан с головы до ног. Принял удар на себя.
— ЗОЭ! — проревел он на всю столовую, так, что Ханджи едва не сдуло с места, на котором она замерла, как вкопанная.
Ну, конечно, разве могла она испортить форму кому-то менее важному, нежели главный инструктор? Рядовые офицеры были ей неинтересны: Зоэ не разменивалась по мелочам.
— ВОН ОТСЮДА!  НА ДЕЖУРСТВО! СЕЙЧАС ЖЕ!
И она пошла на дежурство. Ей даже перекусить не дали: так и отправили прочь из столовой в компании одного из младших офицеров, которому тоже не повезло оказаться в числе пострадавших. Поднявшись из-за стола с усталым вздохом, он жестом велел разозлённой и жутко раздосадованной девушке следовать за ним, но она всё равно успела высказать пару ласковых тому, из-за кого осталась теперь голодной на всю ночь.
— Спасибо, придурок, — процедила она, грубо пихнув кадета в плечо, и тяжёлой поступью поплелась следом за своим конвоиром, нагнав того у дверей.
Не так она собиралась провести эту ночь, ох, не так. Драить полы, разбирать старую рухлядь или морозить сопли на улице, в обнимку с винтовкой охраняя кукурузу, — всё это было одинаково паршивой перспективой, и, чем дольше Ханджи думала об этом, гадая о своей участи, тем чернее была туча, накрывающая её лицо. Но самым обидным во всём этом было то, что она даже чёртову булочку не успела с собой урвать: когда инструктор в порыве гнева швырнул её прямо в Зоэ, она успела только головой повести, чтобы не получить куском хлеба в лоб. Ловить его ртом ей в голову не пришло, и, по всей видимости, очень зря.
Уже в коридоре, платком вытирая с лица угодившие на него капли компота и обречённо разглядывая расплывшееся по его нагрудному карману пятно, молодой офицер произнёс с сочувствием:
— Угораздило же тебя вывалить поднос на командира.
— Это не моя вина, — хмуро отозвалась Ханджи. И это тоже было обидно.
— По крайней мере, он не успел придумать для тебя наказание похуже. Считай, что тебе повезло.
Попытка ободрить её провалилась с треском, но Зоэ не стала огрызаться, молча шагнув следом за солдатом в открывшуюся дверь. Вела она в небольшое помещение, заваленное пожелтевшими от времени увесистыми стопками бумажек и разномастными вещами, половина из которых, судя по виду, давно пришла в негодность и заслуживала места разве что на помойке или в огне. Обречённым взглядом окинув тесное пространство, которое своим бардаком чем-то напоминало её детскую комнату, Ханджи уже приготовилась к тому, что будет задыхаться здесь от пыли и характерного запаха старины в одиночку, как вдруг офицер позвал:
— Эй, Смит! Я привёл тебе помощника!
Оторвавшись от изучения небрежно валяющейся на полу карты, Зоэ резко с интересом подняла голову на звук знакомой фамилии, отчего копна непослушных каштановых волос, собранных в хвост, смешно тряхнулась у неё на голове. Недоумённо выглянув у мужчины из-за плеча, она только теперь заметила появившегося из-за угла кадета, которого сейчас уже могла назвать своим знакомцем.
— Хей, Эрвин! — обрадовано улыбнувшись, Ханджи махнула ему рукой. Вот уж кого, а первого красавца их училища она увидеть здесь не ожидала.
Неужели он теперь всегда будет появляться там, где она совершит очередной прокол?[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-15 14:59:19)

+1

3

Он влип. И влип, увы, крупно. И было бы замечательным сказать, что в этом даже не было его вины, но... Нет. В этот раз Эрвин сам был виноват в своем проступке и сам же должен был за него ответить. Ну а кто просил его спорить с одним из инструкторов, доказывая нецелесообразность предложенных им действий в отношении ликвидации противника? Ну кто вообще его просил открывать рот и выпускать на волю «безмерно раздутое чувство собственной важности», как выразился офицер, ведущий занятие? Никто и не просил. Но удержать за зубами язык не удалось, а потому получай индивидуальный наряд вне очереди и иди бумажки разгребать.
Эрвин сам себя не узнал в тот момент, когда уже после, находясь в гордом одиночестве среди грязи, пыли и всякого хлама, принялся анализировать все свои действия за сегодняшний день. Если раньше Смит привычно промолчал бы, предпочитая не влезать в учебный процесс, то сегодня как с цепи сорвался, везде высказывая свое мнение, предлагая логичные для Эрвина, но абсолютно безумные для окружающих идеи. И эти попытки внести свой вклад никто не оценил. Кадет в очередной раз убедился, что здесь проще молчать, чем пытаться что-то доказывать. Никому не нужны революционные идеи, если единственное, что волнует людей вокруг тебя — крыша над головой, обед по расписанию и деньги в кармане.
Но самым обидным во всем этом было то, что наряд впаяли прямо перед ужином, тем самым лишив юношу возможности утолить одну из естественных потребностей организма. И тем самым превратив наказание в еще больший кошмар. Единственное, что удерживало Эрвина от желания взвыть от бесконечной тоски и уныния, — мысль, что разведчик должен уметь обходиться без еды в час нужды, к примеру. Но на одной мысли долго не протянешь, особенно когда желудок настойчиво напоминает о необходимости его все-таки наполнить съестным.

— Эй, Смит! Я привел тебе помощника! — парень, зажав в руках какой-то мешок с мусором и машинально прижав его к себе, выглядывает из-за угла весьма небольшой комнатушки и даже сначала не понимает, какого такого помощника ему привели. На глаза попадается пятно на нагрудном кармане офицера и Эрвин тоскливо вздыхает, утерев нос тыльной стороной ладони от пыли. «Еще и дразнится. Не намеренно, но все равно дразнится». С видом оскорбленной невинности пытается выловить взглядом загадочного незнакомца, но тут же тепло улыбается, теряя весь свой вид грозного нашкодившего котенка.
— Оу, привет, Ханджи, не ожидал увидеть, — действительно не ожидал, потому что не рассчитывал, что встретится с Зоэ снова при схожих обстоятельствах. Судя по всему, ей тоже досталось, раз уж направили сюда. Хотя, сюда все же лучше, чем на поля с кукурузой, даже если для нее еще не сезон. Тут хотя бы тепло.
— Что ж, спасибо за помощь, — светлая макушка скрывается среди старых стеллажей, а последняя фраза теряется где-то в чихе. Весь этот мусор предстояло разгрести, а то, что еще годилось для каких-либо целей, — каких, никто уточнять не стал, как впрочем и способ определения «пригодности», — разложить по ящикам и полкам. Иначе говоря, навести порядок и чистоту. Идеальное занятие для потенциального разведчика, ничего не скажешь. Для двух потенциальных разведчиков.

— Ты какими судьбами здесь? — интересуется вскользь, когда спина офицера-конвоира скрывается за закрывшейся дверью. — Опять что-то одолжила и обратно не вернула?
Хихикнув, ловит пачку бумаг, что грозилась вот-вот рухнуть вниз со стола. И тут же садится прямо на пол, перебирая пожелтевшие листки на предмет «пригодности», не боясь замараться. Все равно уже в пыли и паутине, не страшно.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

Отредактировано Erwin Smith (2017-11-11 17:23:41)

+1

4

— Я здесь не по своей воле, честно говоря, так что благодарить не за что, — со смешком отозвалась Ханджи. Не попадись ей на пути балбес, не умеющий держать свои зудящие руки при себе, и духу её здесь бы не было.
Между тем офицер, на чью доля выпала участь распорядителя, развернулся к стоящей у него на спиной Зоэ, намереваясь дать последние инструкции. Работать с ней ему уже доводилось: руководя небольшой группой кадетов во время одного из запланированных нарядов, он уже успел поближе познакомиться с её бурным нравом. Видимо, поэтому он и не был удивлён тому, что именно Ханджи умудрилась так глупо влететь на незапланированное ночное дежурство.
— Смит остаётся за главного, — большой палец молодого офицера указал на стеллажи, между которыми исчез Эрвин. — Он знает, что нужно делать, так что не буянь и выполняй все его указания. Может, хотя бы на него ты ничего не опрокинешь.
— Я постараюсь быть послушной, сэр, — в тон насмешливым словам проходящего мимо военного, протянула Зоэ, глядя ему вслед. — Но ничего не обещаю.
Кому, как ни Смиту, в самом деле, знать, что с послушанием у Ханджи временами были большие проблемы. В которые она не так давно умудрилась втянуть и его.
— Ты удивишься, но нет, на этот раз я ни в чём не виновата, — присев на корточки рядом с Эрвином, девушка принялась вместе с ним собирать местами порванные и потрёпанные листы, часть из которых даже в руки брать было неприятно. — Какой-то придурок толкнул меня в столовой, и весь мой ужин оказался у офицеров на голове. В основном у главного инструктора, конечно, — положив хаотично собранные в неровную кучку листы обратно на край стола, Ханджи принялась ходить вокруг него и подбирать с пола прочий мелкий хлам, покрывшийся слоем многолетней грязи. — Если ты слышал крики, от которых тряслись стены, — это он меня отчитывал. Хотя сегодня он был на редкость немногословен. Просто взял и сослал сюда, как в карцер.
Подхватив валявшиеся на полу книги, Ханджи прижала их к груди и потащила поближе к стеллажу, возле которого их уже выстроили разномастными башенками, непонятно по какому принципу рассортированными, но тут взгляд её зацепился за блеснувшую на свету стекляшку, завалившуюся под старый полуразвалившийся стул. Медленно присев и одной рукой придержав собранную кучу, девушка самыми пальчиками смогла дотянуться до чёрной ручки, которая вместе с оправой огибала небольшую круглую линзу. Поднеся её поближе, Зоэ поняла, что это лупа. 
— А ты что тут делаешь? — с видом ребёнка, нашедшего интересную игрушку, Ханджи приложила её к левому глазу поверх очков и подошла к Эрвину, практически в упор разглядывая его своим новым приспособлением. — Я думала, блистательный Эрвин Смит не влипает в неприятности, пока на горизонте не появляюсь я. Или в этом очаровательном омуте водятся черти похлеще моих?
Хитро улыбаясь, она и впрямь будто хотела разглядеть в лупу, не прячет ли Эрвин что-то за своей холёной внешностью, но лезть к нему впритык не стала. Пусть он и производил впечатление едва ли ни идеала, он явно не походил на скоромного тихоню: что-то необъяснимое, незримое, едва уловимое присутствовало в его натуре, одновременно вызывая интерес и побуждая быть осторожной. Мало ли, на что она может нарваться, если случайно чем-то его разозлит: им ведь, в конце концов, всю ночь работать здесь, и Ханджи не хотелось бы, чтобы бессонное дежурство, и без того не входившее в её планы, стало для неё ещё невыносимее. 
Опустив лупу, девушка вдруг сощурилась. Не с подозрением, но с явным любопытством, которое просыпалось в ней, когда она примечала какую-то занимательную мелочь. И хотя мысль эта уже успела посетить её, Зоэ озвучила её только сейчас:
— Не то, чтобы я была против, но, знаешь, это довольно забавно: пересекаться с тобой, только когда  кто-то из нас влипает в неприятности. [status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-15 14:59:00)

+1

5

«Послушной, как же». Эрвин усмехается, опустив взгляд в записи, словно там действительно было что-то интересное. Ханджи. Послушной. Конечно. О ее послушании Смит был наслышан еще с последней их встречи, когда эта особа мало того, что умудрилась спереть книгу из запретной для кадетов секции, так еще и ввалилась в мужские казармы, куда ей путь вообще после такого был заказан. И пускай она не сама влетела на чужую территорию, а ее нагло и бесцеремонно втащили туда, но что это меняет? Разве при ином раскладе Зоэ не рискнула бы провернуть свой хитрый план? «Не думаю».
— Ох, не смотри на меня так. Тем более через лупу, — смеется и пытается мягко отстранить от себя, ткнув двумя пальцами девушке в лоб, мол, отодвинься, — а то еще ослепнешь от моего «непомерного чсв». Я оказался здесь, потому что слишком умен для этой дыры.
В голосе так или иначе проскальзывает злоба и совсем мальчишеская обида. Старшие сегодня будто все с цепи сорвались, то и дело пытаясь впаять каждому наказание буквально за любую провинность. И, главное, кому-то удалось избежать незавидной участи драить полы где-либо, а вот Смиту так не повезло, хотя, казалось бы, раньше его изворотливость никогда не подводила и помогала ускользнуть из любой мало-мальски серьезной передряги. Гипер-развитое чувство справедливости не позволяло вздохнуть спокойно, что уж говорить о попытке смириться с наказанием.
Но оно прозвучало. И его приходилось выполнять, даже если на это уйдет вся ночь. Кадета передернуло, стоило только представить, в каком состоянии он отправится на тренировки с утра.
— Просто я, как оказалось, не умею держать язык за зубами и помалкивать в тряпочку, как подобает истинному солдату человечества, ага. Трижды, — какая-то дряхлая книжонка, едва не разлетаясь на отдельные странички, отлетела в сторону общей кучи, которую Эрвин уже успел окрестить «абсолютно бесполезным хламом». — Вот и загремел. Здорово, правда?

Юноша подтягивает к себе колени, обхватив их руками, и с любопытством наблюдает за Ханджи. Что-то в ее поведении разительно отличалось, вот только что — понять и распознать было сложно. Хотя, может, ему так просто кажется.
— Хах, надо же. «Очаровательный», «блистательный». Ты действительно про меня так думаешь или же просто пытаешься задобрить, м? — склоняет голову к плечу, хмыкнув, и взгляда не сводит. — Твоя подружка говорила также, продолжая за мной бегать. Мне пришлось изрядно повозиться, чтобы отвоевать у нее свое личное пространство, но, кажется, она своих попыток не оставит.
Лиза казалась мерзкой. Просто своим поведением и характером. «Мозгов как у белки. Бесит». Эрвину такие, как Лиза, не нравились абсолютно. Особенно, если начинали вешаться на шею.

Кадет поднимается с места. Медленно, шаркнув подошвой сапога по полу. Черти в тихом омуте, да? Что ж, тогда не стоит будить лихо, пока оно тихо. Смотрит хитро, будто в действительности что-то замышляет, и резко склоняется, приблизившись к чужому лицу непозволительно близко.
— Только вот в прошлый раз мне кое-чью задницу пришлось из неприятностей вытаскивать. И я склонен продолжать считать, — ухмыляется и медленно снимает чужие очки, — что одной лишь демонстрацией книги ты не отделалась. И все еще мне должна, разве нет?
Надевает чужие очки и, подоткнув пальцами, поправляет мост, мазнув по переносице. Не то чтобы юноша действительно в них что-то видел со своим неплохим зрением, но даже эти простые очки ему шли. Подлецу все к лицу, как любят повторять.
— Есть идеи, как вернешь должок?[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

6

— О, ну, знаешь, на вид ты и впрямь симпатичный, — говоря об этом, как о чём-то само собой разумеющемся, Ханджи даже не замялась и не смутилась, как сделало бы большинство девчонок на её месте. Искренность и честность, которые всех прочих вгоняли в краску, для Зоэ, напротив, были явлениями совершенно естественными. Она так чувствует — так почему ей нужно за это краснеть?
Плюхнув на пол к остальному хламу стопку, которая до сих пор была у неё в руках, девушка присела рядом с ней на корточки, принявшись перебирать её и разглядывать обложки в поисках чего-то путного.
— Раньше восторги Лизы я воспринимала скептически: уж больно приторную, прилизанную и со всех сторон идеальную картинку она рисовала, аж во рту сладко было. Теперь я знаю, что во многом она была права. Только не вздумай записывать меня в клуб своих чокнутых фанаток вроде неё, — Зоэ предупреждающе указала на Эрвина рукой, в которой держала тоненькую книжонку. — Ну, а насчёт блистательного, — девушка вдруг рассмеялась, о чём-то вспомнив. — Ты вообще смотрел на себя со стороны? Я пару раз видела тебя на общих построениях, и, чёрт возьми, ты там едва ли ни сияешь. Весь такой серьёзный, собранный, приосанившийся.
Ханджи, конечно, тоже бывало много, слишком много, чтобы окружающие были в состоянии её выдержать хотя бы сутки. Но не бывало ещё случая, чтобы она откровенно искала чужого внимания, пытаясь завоевать его с помощью многочисленных женских уловок, так неумело применяемых её соседкой. Зоэ в подобных вопросах была до чудного простой и бесхитростной: всё, что было у неё на уме, она говорила прямо в лоб, прямо как сейчас. И пусть Эрвин  живёт теперь с этой информацией, пусть переваривает её, как хочет.
Собрав валявшиеся вокруг пустые папки из-под чьих-то досье, принадлежавших людям, давно, по-видимому, ушедших не только из училища, но и из жизни, Ханджи сгребла их в кучу и выпрямилась вместе с ними на ногах, чтобы перенести в другое место. Но, подняв голову, она неожиданно для себя в упор столкнулась с Эрвином, который вдруг оказался так близко, что Зоэ даже отпрянула лицом чуть назад.
Окей, в этом мире ещё были вещи, способные поставить её в ступор.
Например — тесные контакты, подобные этому. Например — голубые глаза настолько светлые, чистые и яркие, что вынужденная смотреть на них практически впритык Ханджи в совершеннейшем замешательстве не могла и не хотела отворачиваться куда-то в сторону. Например — Эрвин Смит, который дышал ей сейчас в переносицу и растягивал губы в ухмылке так непривычно, неприлично близко рядом с ней.
На этот случай у неё не было специально заготовленного плана действий, не было понимания о том, что нужно делать и как реагировать, поэтому Зоэ, растерявшись, просто застыла в оцепенении, хлопая глазами. Кажется, щекам её вдруг стало горячо, когда очки неторопливо съехали с её носа и перекочевали к Эрвину, но девушка не предприняла ни единой попытки как-то этому помешать.
Кажется, ей чуть не снесло крышу. Опять.
Несколько картонных папок выскользнули из её рук, с глухим стуком упав на пол, и это вывело Ханджи из оцепенения. Встрепенувшись, она тут же принялась вновь собирать расплывшиеся белые пятна, которые без очков даже разглядеть толком не могла, но это хотя бы дало ей время на то, чтобы вернуть себе самообладание. Вернуть — и отыграться за этот фокус.
— Ну, знаешь, я могу рассказать тебе много интересного, — заманчиво и без следа своего  минутного смущения протянула она, когда вместе с собранным барахлом прошагала мимо Эрвина.
Стало быть, он хочет, чтобы Ханджи предложила ему что-то взамен своего недавнего спасения? Хочет поиграть с ней и посмотреть, что ещё она может выкинуть и чем удивит? Ханджи это устраивало: поймав его настрой, она сбросила папки куда-то в угол и, легко запрыгнув на стол, закинула ногу на ногу, игриво качнув носком высокого сапога.
— Не только о той книге, но и о многом другом, — опираясь на столешницу стоящими по бокам руками, Зоэ вальяжно расселась на ней. — Что ты хочешь узнать?[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-15 14:58:40)

+1

7

Эрвин прыснул в кулак, почему-то только сейчас представив себя таким, каким его минуту назад описала Ханджи, увидев пару раз на общих построениях. А ведь ему самому всегда казалось, что выглядит ужасно уставшим, мрачным и злым. И только поэтому вытягивается по стойке смирно, умудряясь держать прямую спину, чтобы не выдать своего настроения с головой ни окружающим, ни инструктору. Первые не должны были вникать в то, что на самом деле творится на душе у Смита, потому что кадет в такие моменты искренне ненавидел все это наигранное в большинстве случаев сочувствие. Большинству и дела нет до того, какие думы одолевают человека напротив, но чисто для галочки могут поинтересоваться о причинах, на деле же пропустив добрую часть объяснений мимо ушей. И только лишь малая часть оставшихся действительно была заинтересована в том, чтобы поднять настроение и помочь.
Второй же — инструктор — не должен был ни о чем догадаться, потому что считал, что лучшее лекарство от хандры — физический труд. И тут усиленными и удвоенными тренировками дело не обошлось бы, наверняка дошло бы до прополки никому не нужных огородов, которые, к слову, никто не давали урожай, потому как не были этим самым будущим урожаем засеяны, или же уборки. Очередной уборки на очередном складе. Ну уж нет.
Поэтому, наверное, Ханджи да и многим другим казалось, что Эрвин целиком и полностью отдает себя на этих построениях. Нет. Просто Эрвин — тот еще лис, который просто умеет притворяться.

— Ммм, интересного, — тянет задумчиво, чуть спустив очки с носа и смотря на Ханджи поверх оправы с линзами. Так он ее хотя бы видит, а вот она его — не факт. И Смита это искренне забавляет хотя бы просто потому, что он находится в, казалось бы, заведомо выигрышной позиции. Но глумиться не будет, нет. Просто развлечется. — И что же такого интересного мне бы хотелось узнать? Раз уж не только о книге.
Юноша прислоняется плечом к стеллажу, скрестив руки на груди, и взглядом обводит фигуру Зоэ. Разумеется, девушка раскусила фишку с поддразниванием и решила принять чужие правила и поиграть самой. Иначе бы она не сидела бы на столе так — вызывающе. Не-ет, такие, как Ханджи, разваливаются на столешницах, совершенно не обращая внимая на приличия или что-либо еще. Своенравные, вспыльчивые, они шли против системы и, черт возьми, безумно этим привлекали. Могли быть другими, когда захотят, но все равно не могли растратить этой своей чертовщинки. Кто там что говорил про омут и чертей?
— Идеи есть? — он отходит от деревянной конструкции, придержав ее рукой, стоило только ей опасно покачнуться и заскрипеть, и подходит ближе, сначала поднимая оправу очков на макушку, а после снимая их окончательно. Крутит в руках душку, раз за разом, шаг за шагом приближаясь еще ближе и ближе, и ближе, пока и вовсе не прижимается легко бедром к чужому колену, оказавшись чуть сбоку. Эрвин не может объяснить, почему в какой-то момент опирается ладонью на поверхность стола, в других пальцах мягко сжимая очки. Он не может объяснить, почему ведет себя так: одновременно дерзко и стараясь лишний раз не дергаться; почему пытается помыкать, но сам ведется. Он не может объяснить, почему в какой-то момент исполнительному ему стало вдруг поразительно наплевать на весь тот беспорядок, что царил вокруг, на все эти горы мусора по углам. Эрвин не может сказать, что он чувствует, когда внутри будто бы что-то со скрипом звонко щелкает, меняясь. Читал об этом в книгах еще у отца в небольшой библиотеке, но объяснить… Язык не поворачивается это объяснить. И это не поддается объяснению, только чувствуется.
Поэтому Эрвин просто подается вперед, будто бы стараясь не спугнуть, и мягко, едва уловимо проводит кончиком носа по чужой щеке и, коснувшись виска, чуть жмурится, вдохнув.
— И только ли рассказать? — у самого уха. Тихо, на самом выдохе. Низко, так, как не говорит ни с кем.
Потому что с другими так не говорят.
[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

Отредактировано Erwin Smith (2017-11-14 09:20:45)

+1

8

Каждый вопрос, каждое слово — одна сплошная провокация, и каждый жест его — вызов, на который Ханджи отвечала взглядом внимательным, пристальным и самую малость дерзким. Она и сама не заметила, как бровь её кокетливо вдёрнулась, когда Эрвин начал подходить ближе: просто смотрела, как он неспешно оказывается рядом, обретая чёткость в её слабовидящих глазах, и заинтригованно ждала его следующего шага. Лицо, издалека казавшееся размытым, наконец вернуло себе былые очертания, и выражение его будило в Ханджи азарт. Он раззадоривал её, дразнил, но Зоэ, прекрасно это понимая, всё равно хотела отвечать на его провокации. Хотела отвечать уловкой на уловку и ждать, каков будет его следующий шаг. Это было интересно. Это будоражило изнутри.
Окажись на месте Эрвина любой другой, даже сколько угодно хорошо знакомый ей кадет, ни с кем эта игра не доставляла бы ей такого удовольствия — чувства совершенного нового, занимательного, любопытного, а оттого столь притягательного для Ханджи. Охотница до всего нового и необычного, до всего неизведанного и тем манящего, подобно пьяному дурману, она нутром своим чувствовала нечто подобное в Эрвине, и это было так… Головокружительно.
Его тихий низкий голос, тёплым касанием ласкающий ухо, — это тоже ловушка. Но Ханджи, чувствуя приятную щекотку по всему телу, позволяет этому капкану захлопнуться — и тут же расставляет свой.
— Я могу показать тебе кое-что, — в тон его собственным словам заговорщически ответила Зоэ, подавшись навстречу и едва касаясь груди Эрвина своей.
Ладонь её легко скользнула под воротник его рубашки, погладив вдоль ключиц к плечу по гладкой коже. Впервые Ханджи забиралась дальше обычных бытовых прикосновений, впервые осмеливалась забираться так далеко — впервые сама хотела этого и не испытывала ни грамма смущения, когда её рука, обняв шею Эрвина, начала медленно подниматься выше.
— Места, которых нет на карте, — притянув кадета к себе вплотную, девушка прижалась своей щекой к его щеке и заговорила рядом с его ухом хитро, маняще, завлекающе. — Тропы, которыми никто раньше не ходил.
Рука, неторопливо огибая шею, добралась до загривка, и два пальца, чуть надавив по бокам, провели от последнего шейного позвонка до самого затылка. Короткие ногти заскребли по коже там, где брали своё начало светлые волоски, и Ханджи поймала себя на мысли, что с удовольствием зарылась бы в них руками, пропуская мягкое золото между пальцами. Посещали ли её эти мысли раньше? Никогда. Но чёртов Эрвин Смит, по-видимому, обладал какими-то одному ему доступными чарами, побуждая Зоэ делать вещи, которые она ни с кем не собиралась делать раньше, и говорить слова, которые никем не должны были быть услышаны.
Кто бы мог подумать, что за этим смазливым лицом, никак её прежде не привлекавшим, скрывается такой кладезь талантов и секретов.
Ханджи хотелось разгадать их все. По крайней мере, попытаться.
— Кем ты хочешь стать? Разведчиком? — отпрянув от его щеки, девушка наклонила голову и осторожно подкралась к его лицу своим. — Я покажу тебе края, которые ты сможешь разведать.
И когда расстояние между двумя кадетами неумолимо приблизилось к критическому, вторая рука Ханджи вдруг упёрлась Эрвину в грудь, остановив их губы всего в нескольких сантиметрах друг от друга.
— Ты же не хочешь, чтобы нас прервали? — выдохнула она прямо в них, по-прежнему жёстко упираясь ладонью и не позволяя Эрвину двинуться ни на миллиметр ближе. — Закрой дверь на ключ. [status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-15 14:58:14)

+1

9

Пальцами по загривку вверх, до самого затылка, — и Эрвину стоит огромных усилий не отвести взгляд, смежив веки. Сжимает край стола до побелевших костяшек и медленно сглатывает, выдохнув. Она будто бы знает, за какие ниточки тянуть до такой степени, что мурашки по телу проходят. Буквально.
Одно движение, а по спине вдоль позвоночника пробежала волна, остановившись где-то в пояснице. Одно движение, а тело замирает само собой, но выдавать себя нельзя и Смит понимает это, позволяя себе лишь смотреть. Ханджи догадлива, знает, куда надо надавить и как, пусть и действует наугад. Она не может знать. Но узнать — вполне. В каждом слове — неприкрытая попытка раздразнить, ответить тем же. Яд, приятный на вкус, пряностью растекается по нёбу. Эрвин терпеть не может сладкое, всегда не любил эту приторный вкус, от которого едва ли зубы не сводило, но это — другое.
— И ты действительно покажешь? — спрашивает просто так, чтобы спросить, потому что прекрасно понимает, что Зоэ не шутит, нутром это чувствует. Любая другая на ее месте уже давно могла бы задуматься о том, чтобы уйти. Ведомая ли собственными моральными принципами или личной выгодой, но любая могла бы все свернуть все в шутку и, закончив с уборкой, исчезнуть из чужого поля зрения, надеясь больше никогда не пересечься даже взглядами. Потому что говорить и завлекать могут все, а вот на действия решатся далеко не многие. Эта девчонка, рассевшаяся на столе напротив, кадету хотелось верить, была из тех, кто идет до конца.

Поэтому он мягко пальцами касается запястья прижатой к его груди руки. Девушка не давит, но жестко не дает придвинуться, удерживая на расстоянии и разом выстраивая весьма условные, но не менее нерушимые границы. Губы сами собой растягиваются в довольной улыбке. Похвально, весьма похвально. И сам же себя внутренне корит за собственную безответственность.
Эти двое, между прочим, должны были заниматься здесь серьезными вещами, получив задание от старшего по званию. Но... Не в этот раз. Подушечками по мягкой коже к краю рукава, едва касаясь.
— Хорошо, — кивает согласно, все-таки умудрившись придвинуться чуть ближе, сократив разрыв до неприлично минимального. И тут же исчезает из чужого пространства, спиной отходя к двери. В коридоре стояла тишина. Офицер наверняка потом решится заглянуть, чтобы проверить результаты чужой работы, но до этого еще было время. И все же риск был и Смит забыл о нем, как маленький ребенок, увлекшись занимательной игрушкой. Потерял бдительность. И совсем немного перед Ханджи стало стыдно. Ведь о такой мелочи, как ключ в замке, напомнил не он, — она.
Скрип замочной скважины и два оборота.
— Мне кажется, ты также хотела стать разведчицей, разве нет? — легко и демонстративно непринужденно. — Мне кажется, у тебя неплохо бы получалось.
Снова рядом. Ладонью проводит по колену, потому что ему не нравится эта закрытость. Не нравится отстраненность. Легко сбрасывает ногу, чтобы она не упиралась ему в живот, и опирается руками вновь на стол по бокам от тела перед собой.
— Довольна? — прямой взгляд в глаза, выжидающий. Машинально поглаживает ногу, словно находя в методичных движениях успокоение, а сам уже давно ненавидит эту чертову форменную ткань, не дающую почувствовать больше. — Или прикажешь мне что-то еще?
Нарастающее напряжение забивает ноздри, вынуждая дышать медленнее и глубже. Или не дышать вовсе, боясь спугнуть загорающуюся между ними искру. Интерес и чувство ограниченной, но вседозволенности.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

10

Она и впрямь могла бы обратить всё в шутку. Именно сейчас, когда Смит, чья близость лишает Ханджи остатков благоразумия, ненадолго выпустил её из своего плена, у неё была возможность остановиться и прекратить всё это. Возможность пулей выскочить из маленькой душной комнатки без окон и помчаться вдоль по коридору прямо на улицу, чтобы там как следует проветриться и выбросить сумасбродные мысли из головы. У неё была возможность повести себя не так легкомысленно, как она уже сделала, поддержав эту игру, и это целомудренное решение, возможно, было бы правильнее той безбашенной затеи, которую диктовали ей чувства, взбудораженные загнавшим её в тупик Эрвином.
Но, вместо того, чтобы планировать план своего моментального побега,  вместо того, чтобы тут же, едва парень отошёл от неё на пару шагов, соскочить со стола и умчаться прочь, Ханджи сидела на прежнем месте, положив руку на колено, и неотрывно следила за кадетом. Поворот ключа в замке для них обоих — точка невозврата, но Зоэ не жалеет ни о чём, кроме того, что Эрвин возвращается обратно так невыносимо долго.
— Ты прав, я люблю узнавать что-то новое. И не боюсь опасностей, которые скрывает неизвестность.
Весь Эрвин Смит для неё — одна большая неизвестность, темнота,  в которой она бродит, ориентируясь лишь инстинктивно, наобум. И если кого-то это могло напугать, то только не Ханджи, готовую броситься в эту темноту с головой. Когда ещё у неё будет шанс погрузиться в эту пучину так глубоко? Когда ещё он окажется к ней так же близко, что Зоэ, протяжно втягивая ноздрями воздух, будет чувствовать его запах? Когда ещё он позволит ей такие вольности, когда будет стоять настолько тесно, что она без труда сможет рассмотреть его даже без очков?
Позволял ли он кому-то такое раньше?
Ханджи рисковала, подбираясь к опасной черте дозволенного, ходы её грозили стать всё решительнее и бестактнее, и любым своим неумелым движением она могла навлечь на себя недовольство Эрвина. Но пока он сам тянулся к ней, пока отвечал на её прикосновения и желал их сам, она могла быть уверена, что всё делает правильно. Укрощение дикого зверя, чьи повадки тебе совершенно неизвестны, — вот, с чем бы сравнила это Ханджи. И эта мысль заводила ещё больше.
— Да, — с самодовольной улыбкой отозвалась Зоэ, опущенную ногу подвинув так, чтобы Эрвин оказался между её бёдрами. — Хотя я думала, что приказы здесь раздаёшь ты, командир.
Но действовать готова была Ханджи, и ей быть в этом инициатором нравилось даже больше, чем ведомой. Щепотка женского коварства взыграла в ней, будоража до головокружения: ведь что могло быть пленительнее власти над мужчиной, который, пусть и ненадолго, сам вручал её девушке в руки.
Поддёрнув пальцем тугой кожаный ремень, протянутый поперёк груди Эрвина, Ханджи настойчиво потянула его на себя вместе с хозяином.
— Двигайся ближе, — велела она. — Ещё. Ещё. Ещё, — говоря всё тише и тише, в конце Зоэ перешла на едва слышный шёпот.
И когда между ними застряло последнее «ещё», она так и оставила его произнесённым: подалась вперёд сама, своими губами прильнув к губам Эрвина. Неумело, без напористости, присущей бывалым любовникам, Ханджи целовала его, осторожно исследуя чужие губы и то, как они отзывались на её мягкие касания. Она словно пробовала Эрвина на вкус, изучала его, дегустировала, и, чем больше ей удавалось распробовать, тем глубже становился её поцелуй, тем сильнее нарастало чувство, с которым она впивалась в него.
Нехотя расцепившись с ним, чтобы позволить себе пару судорожных вдохов, Зоэ уже не пыталась скрыть своего возбуждения: напротив, она была настолько в нём откровенна, что, выгнувшись вперёд, свободной рукой требовательно смяла рубашку Эрвина. Душно, невыносимо душно стало вокруг, и эта идеально выглаженная белая тряпка с пуговицами вдруг стала невыносимо раздражать, мешаться. Её хотелось снять.
С ненасытной жадностью Ханджи потянулась к Смиту снова, и губы её, жаждавшие продолжения, произнесли лишь одно слово, её единственный приказ:
— Ещё.[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-15 15:02:17)

+1

11

«Еще».
Ремень, казавшийся сейчас до невозможного неудобным и лишним, натягивается и заставляет податься вперед, нависнуть сверху. Заметить переливы цвета в карих глазах.
«Еще».
Судорожно вдохнуть, не смея дернуться куда-то в сторону. Тягуче медленно, словно время и пространство вокруг превратились разом в густой кисель. Пальцами — вверх по бедру, следуя за движением собственного тела.
«Еще».
Чувствовать на губах чужое горячее дыхание. Совсем близко, как никогда раньше и никогда с кем-либо другим. Не с «другими» — слишком одинаковые. С ними все было бы не так, и Эрвин уверен в этом. Не так, как сейчас.

Е щ е.

Неловко. По-детски наивно прижаться к губам в каком-то совершенно не детском порыве. Горячие. Сухие, но мягкие, они податливо реагируют на каждое касание, снова и снова, пока поцелуй набирает силу. Они — совсем еще юные — бросаются в это пекло с головой, не оборачиваясь на вопросы типа «а можно ли?» Плевать. Смит машинально облизывает губы, коротко проводит по ним языком, словно бы пытаясь сохранить в памяти это ощущение как можно дольше. Слишком ново, слишком неизведанно, чтобы так скоро все бросить, поэтому Ханджи не надо просить повторно: Эрвин и сам все знает.
Тело действует само, на каких-то скрытых и ранее не доступных инстинктах, когда костяшками пальцев гладит скулы, а после легко зарывается в собранные волосы. Заколка раздражает, летит далеко в угол, и волосы Ханджи рассыпаются по ее плечам. Юноша вновь льнет к губам, не дожидаясь нового разрешения, нового приказа. Все это не имеет значения. Слегка сжимая, массирует затылок, а вторая рука тянет край куртки девушки. Кому вообще нужны куртки в помещении? Поэтому кадет буквально дергает форменную вещь, резко снимая с плеч.
Духота давит, обволакивает, не дает дышать. И собственное сердце стучит где-то в горле, гоняя разгоряченную кровь. Невыносимо. И так хорошо. Одно дело, когда ты думаешь о женщинах, что-то себе выдумывая. Другое — видеть ее перед собой, Смит уяснил это тут же, с первым же настоящим касанием к телу. Одно дело — читать об этом в книгах, роясь в домашней библиотеке, пока не видят взрослые; зачитываться чьими-то дневниками вполне конкретного содержания, а потом прятать пылающее от стыда лицо, не решаясь ни в чем сознаться.
Другое — трогать и ощущать. Чувствовать и упиваться этим чувством. Эрвин жадно вдыхает, с огромным трудом оторвавшись от губ, чтобы после неожиданно властно, притянуть к себе, положив ладонь на поясницу, прижать, не давая уйти от контакта. Вдохнуть запах волос, мазнув губами по скуле и на хрипловатом выдохе спросить:
— Еще?

И Эрвин на самом деле не ждет иного ответа кроме того, что уже дает тело, поддавшись на провокации. Тела обоих. Не нужно долго думать, чтобы понять: оба желают большего и оба сейчас не скажут этого вслух. Но движения, позы выдают с головой, подают сигналы столь простые и ясные, что понимаешь их подсознательно. Эрвин перехватывает ладонь Ханджи, что ранее сжимала рубашку, и сам ведет ее к ремешкам на груди, позволяя расцепить их самостоятельно. Сейчас они казались оковами, больно сдавившими и прерывающими каждое движение. Сейчас они — словно последний оплот целомудрия. И смотреть на них было невообразимо тошно.
— Сними их с меня, — шепчет на ухо, подсказывая с тихим смешком. — И будет «еще».
Не одна Ханджи умеет играть в игры. Почти невинно, словно не было предыдущих минут, гладит по щеке, как всегда смотря прямо в глаза.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

Отредактировано Erwin Smith (2017-11-16 01:21:51)

+1

12

Всё тело прошибло мелкой дрожью, когда чужая рука забралась в густую копну каштановых волос. Проваливаясь в новые ощущения без оглядки, Ханджи открывалась им, с вожделением поглощала и тянулась им навстречу, желая большего. Чего именно «большего», она ещё не знала: нечто неизведанное, совершенно не похожее ни на что из пережитого ею ранее, представлялось ей, и это распаляло её интерес настолько, что Зоэ становилась всё нетерпеливее.  Невозможно было раньше думать, что простые прикосновения, ничем до этого не примечательные, могут будоражить настолько сильно. Невозможно было, чтобы пальцы, лежащие на её затылке, каждым своим настойчивым движением вызывали у неё новую волну мурашек, проносящихся по коже и отзывающихся дрожью где-то глубоко внутри. Невозможно так алчно искать прикосновений этих рук, желая, чтобы они бродили по всему телу, прошлись по каждому сантиметру, оставив после себя горячий след.
Невозможно было раньше. Но только не сейчас, когда, охотно высвободившись из стянутых рукавов свой куртки, Ханджи небрежно сбросила её прочь со стола, лишившись ещё одной преграды между ней и Эрвином. Избавиться от них совсем — вот, чего хотелось теперь больше всего. Ведь если ей уже сейчас так хорошо, то что же будет дальше?
«Да зачем вообще нужны эти мальчишки?» — со скучающим видом отзывалась раньше Ханджи, подпирая щёку кулаком, когда в казармах обсуждали свои новые симпатии. «Какое мне до них дело?» — небрежно отмахивалась она, по-свойски хлопая одного из них по спине и без какого-то стеснения обращаясь за помощью в очередной авантюрной затее. «Мне они неинтересны», — пожимала она плечами, когда соседки удивлялись её совершенному безразличию к молодым кадетам, ставших воплощением романтичных мечтаний будущих выпускниц.
Теперь — интересны. Теперь — интересен. И когда жаркий хрип вновь звучал в её ухе, Зоэ наконец-то было до мальчишек дело, до одного единственного, перед которым она взволнованно ёрзала от нетерпения, не зная, как бы ей прижаться к нему ещё ближе. В одном её недалёкие соседки были всё-таки правы: мальчишки — это восхитительно. А то, какие искры умеет высекать Эрвин Смит одним своим настойчивым движением,  восхитительно вдвойне.
— Ты невыносим, — рассмеялась в ответ Ханджи.
Велеть ей кропотливо разбираться с ремнями сейчас, когда она так мучительно жаждет разорвать всё на нём в клочья, — жестокая пытка. Но умом она понимает, что кожаная перетяжка — единственная серьёзная преграда на её пути, и справиться с ней лучше как можно скорее.
— Невыносимый беспощадный садист, — повторила она, возмущённо отчеканив каждое слово, и мстительно сорвала с его губ ещё один короткий крепкий поцелуй — маленький бунт против его вновь установившейся власти. — Но я повинуюсь тебе, командир.
Дёрганными движениями, толком не видя, за тот ли ремешок она хватается, опустившая голову Ханджи принялась развязывать крепления и звенеть маленькими пряжками. Утратив всякое хладнокровие, она то и дело умудрялась запутаться в тонких полосках, неправильно поддеть их пальцем или вовсе, рванув слишком резво, затянуть крепления ещё сильнее. Но, несмотря на неудачи, в этот момент особенно выводившие её из себя и превратившие Ханджи в растрёпанную раскрасневшуюся фурию, она выглядела настолько сосредоточенной, словно изучала диковинку под микроскопом, а не пыталась раздеть мужчину. Кто бы мог подумать, что в самый ответственный момент это окажется так сложно!
Звякнув последней пряжкой уже на бёдрах, Зоэ поддела руки под плечи его куртки и стянула её с Эрвина, следом скинув уже расстёгнутые ремни. Но, войдя в раж, Ханджи не собиралась останавливаться на достигнутом: он сказал «снимай», и она будет снимать дальше. Так её пальцы оказались сначала поверх верхней пуговицы его рубашки, затем ниже, ещё ниже, расстёгивая их с поразительной лёгкостью, и уже с середины,  взявшись за края, перестали возиться с каждой по отдельности, а расстегнули сразу все.
Ладони тут же скользнули под рубашку, пробравшись к спине, и по-кошачьи заскребли ногтями по горячей коже под лёгкой тканью. Сама же Ханджи, вновь тесно прижавшись к обнажённой груди, поддалась внезапно нахлынувшему порыву и сначала поцеловала Эрвина на стыке между плечом и шеей, а после крепко впилась губами чуть ниже скул. Никто не учил её этому, никто не рассказывал ей, что нравится мужчинам, а что нет, но сейчас ей непреодолимо захотелось ласкать его именно так, именно там, и Зоэ не стала спорить с этим чувством: просто пропустила между прижавшимися к его шее губами свой язык, нежно проведя им туда-сюда по напряжённым мышцам и почувствовав, как пульсирует под ним артерия.
— Это расплата, — торжествующе объявила она и прижалась своим горячим ртом к его шее с другой стороны. А ведь всё то же самое она могла бы делать с его губами (по крайней мере, попробовала бы повторить), но нет, Смит напросился сам. И это была далеко не вся её месть.
Отпрянув от него, Ханджи откинулась назад и вновь упёрлась выпрямленными руками в стол, открыто выдаваясь туловищем чуть вперёд.
— Твоя очередь, — заявила она, улыбаясь, и кивнула Эрвину на свои ремни, перетянувшие разгорячённое тело. — Только не заставляй меня ждать слишком долго. Сдерживаться становится всё труднее. [status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-16 16:28:58)

+1

13

«Девчонки странные», — говорил себе Эрвин, когда одна из девочек в коротеньком платьице, несясь навстречу своему брату, игравшему во дворе, споткнулась и упала. Она разревелась, сидя в пыли и жалуясь на разбитую коленку. А ведь там была только ссадина. «Странные и все время плачут», — подумал он тогда, захлопнув книжку с картинками. Слабые, слабые девочки с бантиками и сладостями в голове вместо мозгов.
«Девчонки странные», — сказал себе Эрвин, когда его одноклассница сначала наступила задире на ногу, решив проучить его за свое неподобающее поведение, а потом вдруг подсела поближе, делясь учебником, который тот оболтус, разумеется, забыл или потерял. Она хмурилась и морщила носик словно бы в отвращении, но все равно сидела рядом и даже помогала, хотя могла просто взять и уйти. «Странные и жутко нелогичные». Думают одно, делают другое ради совершенно посторонней цели.
«Девчонки странные», — выпалил Эрвин внезапно, не выдержав напора со стороны. Уже на первом году обучения в кадетском училище он уяснил, что с представительницами противоположного пола совершенно не о чем разговаривать и все надежды найти себе достойного собеседника не только среди мальчиков рассыпались в труху, стоило только заметить на себе очередной влюбленный взгляд, а после услышать томный голосок, давящий на уши похлеще скрипа мела по доске. Скучные, скучные девочки, которые, казалось бы, взрослеют раньше озорных мальчишек.
«Девчонки странные», — опять. Опять она, одна и та же мысль, стоит только Лизе подсесть поближе, проявляя якобы заботу. Хотя она, наверное, действительно беспокоилась о нем. Но это все равно не добавляло ей обаяния в глазах Смита. Многим Лиза нравилась. Многим мальчикам хотелось с ней «попробовать», что бы это не значило. Эрвин мог бы их понять, но Эрвину не было интересно. «Я не странный. У меня просто мозги не утекли в…» Куда — уже никому не было интересно.
«Она странная…» — думает мимоходом, когда дрожащие от нетерпения пальцы возятся с кожаными ремешками. Их много, они тугие, они раздражают одним своим наличием их обоих. «Странная…» Ханджи прижимается ближе, до невозможного близко, и парень вздрагивает, не выдержав. То ли от прикосновения губ к шее, то ли от на контрасте прохладного воздуха, скользнувшего по обнаженной коже. Каждый поцелуй, каждое касание губ распаляло внутри, разгоняло по венам кровь. И Эрвин не может удержаться, запрокидывает голову, открывая доступ к шее, позволяя делать все, что только захочешь. «Хочу ее, — мысль неловкая, тихо звучит в голове, а кадету вдруг кажется, что лицо его разом начало пылать от стыда. Мысль несвойственная, одинокая и другая. — Хочу ее всю.»
Он думает о том, как хочет сорвать эти ненавистные тряпки — раздеть, — и просто касаться. Касаться всего: гладкая горячая кожа, приятно мнущаяся под подушечками пальцев; волосы, пышная копна которых сейчас пахла пылью, мылом и, что удивительно, землей; губы, припухшие от поцелуев, мягкие, влажные, такие ласковые. Он ловит себя на мысли, что хочет овладеть ею, этой странной девушкой, сделать ее своей хотя бы на эту короткую ночь. Хочет узнать ее — попробовать — всю от волос до кончиков ногтей. И от мыслей этих становится еще жарче, а в животе будто что-то скручивается.

Ханджи как всегда прямолинейна, поэтому Смиту даже не хочется тянуть со всем этим. Но он разбирается с ремнями намного аккуратнее и быстрее, будто не его руки сейчас дрожат от такого же нетерпения и желания, будто не его лихорадит. Собственные ремни болтаются в ногах, но на это абсолютно наплевать. Здесь потянуть, там подцепить, и, звякнув пряжками, верхняя часть все это конструкции падает вниз с плеч, но это не останавливает. Эрвин на достигнутом не останавливается.
Он смотрит девушке в ее большие хитрые глаза и машинально, неосознанно сравнивает Зоэ с большой кошкой, что лениво выжидает и готовится к прыжку на своей охоте. Он чувствовал чужое напряжение, сводящее с ума. Чувствует и, отстранившись, опускается на пол, потянув голенище сапога.
— Мне нравится этот вид, — медленно тянет, обводя взглядом ногу вверх до бедра и снова возвращая его к лицу. Там ты мне тоже все покажешь? Или это слишком запретная территория?
Кожаный сапог съезжает с ноги, и юноша прижимается губами к бедру, чуть выше колена, огладив ладонями голень, стягивая оставшиеся ремни.
— Я хочу узнать. Хочу изучить тебя всю, — пальцами по внутренней поверхности бедра, дразняще и ласково, — разведать. Места, «не отмеченные на картах»… Позволишь?
Податься вверх, снова оказавшись близко, и дернуть вверх рубашку, едва расстегнув пару нижних пуговиц. Скользнуть ладонью под ткань, касаясь живота, и медленно вверх, слишком медленно.
— Я тоже хочу «еще».
[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

Отредактировано Erwin Smith (2017-11-16 23:52:24)

+1

14

Эрвин сдержан, намного сдержаннее Ханджи, и, глядя на то, с какой чёткостью и аккуратностью он расстёгивал ремень за ремнём, Зоэ не могла сдержать усмешки. Она вся — порыв, рывок, импульс, движимый бурлящим котлом эмоций, и тем удивительнее было для неё оказаться здесь  наедине со Смитом, который так умело производил впечатление хладнокровного и вдумчивого юноши. Что он делает рядом с этим ураганом? Как его руки начали бродить по её перевязи, лёгко и изящно избавляя Ханджи от натирающей экипировки, и как он вообще умудрялся контролировать ситуацию даже сейчас,  когда сама она с таким трудом могла усидеть на месте в томительном ожидании?
Холодный безупречный принц Эрвин Смит оказался не таким безучастным к безумным авантюрам, как думалось ей раньше. И хотя что-то подобное Ханджи подозревала ещё в тот день, когда он объявил о своём намерении стать разведчиком, открыть в нём такие грани она никак не ожидала. И это больше всего сводило её с ума: стать одной из немногих, а может быть даже единственной, кому эта тайна была доступна, и знать, что этот секрет, как и эта ночь, принадлежат только им двоим.
Её грудь, до обидного маленькая по сравнению с формами, которыми природа наградила других девушек из их кадетского набора, тяжело вздымалась, стоило ласковым касаниями пройтись по её ноге, а взгляд, и без того нечёткий, вдруг помутился ещё больше. Хотелось просить, умолять Эрвина и дальше бродить руками по её телу, хотелось тянуться к нему, подставлять свои бёдра под его ладони и вдоволь, сполна насыщаться этой мучительно приятной негой. Хотелось сразу всего, чтобы утолить столько внезапно проснувшееся возбуждение, которое, прежде никак не давая о себе знать, вспыхнуло сейчас ярчайшей вспышкой. Хотелось этому отдаться целиком и никогда не жалеть о произошедшем. Хотелось — и казалось таким правильным, таким естественным, что в отступлении не было нужды. Только вперёд.
— Конечно запретная, — с важным видом заявила Ханджи, но тут же добавила лукаво, — только разведчикам разрешено заходить на неё, — и только Эрвин получит это исключительное право. Только ему она хотела разрешить и только перед ним она отчего-то стала до преступного откровенной.
Рядом с ним — к чёрту скромность.
Мышцы напряглись, как сжатая пружина, когда по оголённой коже прошлась рука кадета. Вновь сев прямо и придвинувшись ближе к краю стола, Ханджи взяла кадета за другую руку и развернула её ладонью к себе.
—  Всё, что ты хочешь знать. Всё, что ты хочешь видеть, — притеревшись к его щеке, Зоэ подобралась к уху. — Ничего не спрашивай. Я позволяю тебе всё, «я хочу в тебе всё».
Девчонка-ботаничка, оторва, предпочитавшая обществу сверстников пыльное старьё в твёрдом переплёте, — могла ли она замахнуться на такой трофей? Могла ли она сама представить, что ей захочется чего-то подобного, что она будет так желать, чтобы ею обладал парень, в сторону которого она обычно бросала лишь равнодушные взгляды? Ни в каких мыслях, ни в каких планах никогда этого не было, но, стоило Зоэ прикоснуться к этой реальности, и в ней проснулся поистине неугомонный аппетит.
Рука Эрвина, управляемая ею, легла так же ей на живот. Но, вместо того, чтобы пойти выше, Ханджи неторопливо направила её вниз, не дав кадету видеть, но заставляя кожей осязать, как он медленно проводит по её брюкам, задевая пуговицу и молнию, и как опускается ещё ниже. Чуть приподнявшись, Зоэ опустила ладонь Эрвина между своих ног и плавно качнулась под его рукой туда-сюда, дав ему в полной мере почувствовать свой жар даже через гладкую плотную ткань. Пусть не только ей будет так невыносимо, так потрясающе горячо.
— Я хочу, чтобы это был ты. Я так хочу, — в сладкой истоме протянула Ханджи. — Ты и никто другой. Возьми, — просьба на грани стона, — возьми ещё.
Зажав между губами мочку его уха, Зоэ чуть прикусила её зубами и повела бёдрами навстречу Эрвину.
— Возьми всё. [status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-17 16:10:02)

+1

15

— Ханджи, — практически рычит, реагируя на ее движения. Она дразнит, буквально делает все, чтобы вывести из равновесия, заставить сорваться. Но он сам, пытаясь контролировать ситуацию, заставляет ее изнывать от собственного желания и плавиться в возбуждении. Так просто не подчинится, особенно тогда, когда древние, врожденные инстинкты, передаваемые из поколения в поколение, берут над разумом верх. Она играет. Ничто и никто не запрещает играть и ему.
Руку не убирает, не вырывает из чужой ладони. Не может заставить себя. Гладит, а каждое слово тем временем буквально сводит с ума и юноша не выносит этого, закрывает глаза, пряча лихорадочный блеск, отдаваясь ощущениям, а не зрению. Ему не надо видеть, чтобы чувствовать возбуждение: свое и чужое. Организм бунтует, требует выплеснуть все и разом, сбросить напряжение, но Эрвин медлит. Намеренно медлит, желая насладиться сполна. Потому что не хочет отпускать этот момент и абсолютно точно не захочет отпускать из памяти эту ночь, наверное, самую яркую в его жизни. Ладонью под рубашкой хватается за ее край, наконец-то решившись расстегнуть несчастные пуговицы, и уже они нещадно пляшут под непослушными пальцами, никак не хотят поддаваться. С раздраженным шипением дергает ткань, едва не оторвав парочку, распахивает ее, и снова пальцами — мелко по ребрам, оглаживая горячую, пылающую кожу. Снова льнет к губам: податливые, они манили к себе, не давая удержаться и не сорвать с них очередной торопливый и несдержанный поцелуй.
— Не дразни меня, слышишь? — шепчет на грани слышимости, прижавшись губами к нежной коже за ухом. Поцелуями вниз по шее, к ключицам. Прикусить легко — не больно — кожу, оттянув, и тут же провести языком по едва виднеющемуся следу. — Не смей. Меня. Дразнить.

Оттягивает легкий топ, открывая себе больше. Эрвин никогда не был ценителем красоты, эстетом и тем, кто разбирался в этом. Но ему действительно нравилось то, что он видел сейчас: светлая кожа и пара синяков на боку, оставшихся после тренировок; узкие плечи, слегка нескладная фигура с небольшой, даже маленькой грудью. И Эрвину правда нравилось. Все это вкупе заводило. Все это хотелось целовать. Свободной дрожащей рукой касается легко, чуть сжимая пальцы, под подушечками ощущая бешеное биение сердца. Осторожно, словно сейчас все это рассыпется, осколками упадет к ногам придуманным образом, игрой воображения. Прижимается порывисто, снова целуя уже напористо, прочувствовав и войдя во вкус.
Жмется между ног, слишком тесно и жарко, притягивая к себе за поясницу. Возится с пуговицей на брюках, теряет терпение и контроль. Ледяной принц далеко не так безупречен, падок на низменные желания. Теряет маску, открывая истинное «Я» — нетерпеливое и жадное до ласки, властное и ужасно податливое. Дикость, успокоить, укротить которую он позволит только Ханджи, одной лишь Ханджи, потому что только она сможет это сделать. Потому что только она заводит до дрожи в коленях. Возбуждает.

Дергает молнию и гладит ладонями бока, ныряет пальцами под край брюк, касаясь кожи внизу живота, слегка надавив. Единым движением шире разводит бедра, едва не простонав от невозможности больше ждать и терпеть. Тянет форму вниз, спуская с бедер, и жарко выдыхает в губы, мазнув по ним легким касанием.
— Сделай уже что-нибудь... — просит, почти доходит до мольбы, потому что сам уже не справляется. — Пожалуйста.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

16

— Не могу, — сбивчивое прерывистое дыхание мешало говорить, но Ханджи, довольно улыбаясь, всё равно не сдерживала слова, жаждавшие быть произнесёнными. Изогнувшись, она охотно открыла своё тело новым поцелуям, о которых так настойчиво просило всё её существо. — Хочу знать, какой ты, когда заведёшься, — когда ещё у неё, в конце концов, появится такая возможность? — На что ты способен, если тебя… Ох!
Способен оборвать её на полуслове и заставить жадно хватать ртом воздух от разряда, новой щекоткой пронёсшегося под кожей. Способен сделать так, чтобы на лице её в который уже раз при нём выступил алый румянец, и вся она потянулась ему навстречу, как кошка, изгибающая спину под человеческой рукой и просящая ещё больше ласки. Способен не просто завладеть всеми её мыслями, лишив способности замечать что-либо вокруг, но и заставить Ханджи мечтать сейчас только о том, чтобы Эрвин владел ею целиком, чтобы брал ещё сильнее, ещё чувственнее, до красных следов, остававшихся там, где побывали его руки.

Push up to my body, sink your teeth into my flesh
Get undressed, taste the flesh
Bite into me harder, sink your teeth into my flesh
Pass the test, taste the flesh

Он был осторожен, чуток, аккуратен с ней, и сама Зоэ прекрасно это чувствовала, когда Эрвин как будто бы боязливо прикасался к ней. Но он мог, наверняка мог напирать ещё сильнее, давая девушке в полной мере ощутить степень своего возбуждения, и Ханджи хотелось, чтобы он спустил с поводка свои желания, чтобы был с ней откровенен до конца и каждому своему движению отдавался полностью, больше не осторожничая с ней, как они оба делали поначалу. Она хотела почувствовать его всего, настоящего.
— Ты что, поддаёшься мне? — подшутила она и прижала его руку плотнее к своей груди, чтобы та целиком легла в его ладонь. Направляла. Подсказывала, чтобы им обоим, таким молодым и неопытным, было проще понимать желания друг друга.— Не сдерживайся. Мне чертовски нравится, как ты выходишь из себя.

You can dominate the game cause I'm tough

Чем настойчивее он становился, тем охотнее Ханджи откликалась на его действия, с удвоенной энергией участвуя в их ласках. Она — уже не боялась. Напротив, так упивалась новым опытом, с каждой секундой становившимся всё приятнее, что с готовностью поддерживала Эрвина, открываясь для его экспериментов. Пусть будет с ней любым, каким он сам захочет, — Ханджи  ответит ему тем же и примет его первобытную, необузданную страстность, откликаясь слепо, по наитию, недостаток опыта сполна компенсируя недюжинной пылкостью. Потому что она сама — такая же. Потому что ей под силу справиться с его напором.
— Ещё немного, — в ответ на просьбу Зоэ притянула скользнувшего по её губам Эрвина к себе за воротник и обняла ладонями за шею, очерчивая большими пальцами гладкие скулы.
Это издевательство, и ей самой уже не терпелось от тяжести внизу живота, требующей немедленной разрядки, но так вдруг захотелось поцеловать Эрвина глубоко, почти по-взрослому, попробовав его на вкус буквально. Языком проведя по его губам изнутри, Ханджи, шумно втянув воздух, так и не решилась зайти дальше, проникнув внутрь целиком, но уже от этого контакта ей так ударило в голову, словно она только что сделала огромный глоток вина, украденного тайком у офицеров, а потому бывшего ещё слаще на вкус.
Через силу заставив себя оторваться, девушка сделала это так же внезапно, как и начала этот сумасшедший поцелуй. Стянутые брюки, свернувшись гармошкой, неприятно сдавливали ноги, мешали развести их шире, как будто нарочно пытаясь помешать им с Эрвином прижаться друг к другу вплотную. Уперевшись пальцами в пятку оставшегося на ней сапога, Ханджи сама сорвала его с себя, а следом поочерёдно поддела каждую из штанин и окончательно сдёрнула их, стряхнув куда-то в сторону.
Пуговица на брюках Эрвина выскальзывала из её вспотевших пальцев, не желая продеваться в петлю, и Ханджи, шипя проклятья, чуть не сорвала её прочь, пока та наконец не поддалась. Опустив плотно прилегающую к его ногам ткань практически до колен, девушка в волнении прижала ладонь к его животу и деликатно, как исследователь, погружавшийся в неизвестность, опустила её ниже под бельё, пока та не легла на его естество.
Это сбивало с толку. Даже Зоэ, такую дерзкую в своих словах и действиях, собственная смелость прошибла на застенчивую краску, залившую всё лицо. Но, вместо того, чтобы отступить, Ханджи после небольшой смущённой заминки отважилась на то, чтобы осторожно огладить затвердевшую плоть и обхватить её пальцами. О, теперь она сполна понимала Эрвина, осторожничавшего с ней: сама она боялась лишний раз двинуть рукой, чтобы не навредить столь деликатному месту. И всё же, стараясь быть максимально ласковой, не могла отказаться от того, чтобы ещё немного подразнить кадета.   
— Иди ко мне, — пальцами стянув его бельё следом за штанами, игриво позвала Зоэ. И развела освободившиеся ноги шире.[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

+1

17

Она все еще дразнится, продолжает это делать даже тогда, когда попросили об обратном. Прекрасно знает, к чему это может привести, и будто бы добивается этого. Будто ставит эксперимент, выявляя чужие возможности. Эрвин не успевает в полной мере ответить на новый, разительно отличающийся от остальных, поцелуй, — настолько он порывист и короток, — но успевает ощутить, что хочет этого снова. Юные, пылкие, они пробуют больше, снова и снова. И чем шире они раздвигают собственные рамки, тем больше хотелось от этого взять. Взять все и отдаться без остатка друг другу.
— Нравится ей... — шикает, губы облизнув после поцелуя. И молчит о том, что ему и самому до одури нравится: плавать в этом состоянии, когда ты еще пытаешься сохранить остатки своего здравомыслия, руководствоваться холодным рассудком, но уже не можешь контролировать себя и вот-вот провалишься в это первобытное желание, желание подростка, впервые прикоснувшегося к похоти. И до невозможного обидно, что у них обоих есть всего одна лишь ночь, чтобы познать друг друга, насытиться друг другом. Пусть здесь, в маленькой тесной каморке, забитой хламом и мусором. Здесь, когда за дверью в любой момент кто-то пройдет.
Мышцы коротко сократились под пальцами, когда ладонь легла на живот. Тяжелое дыхание срывается с губ в очередной раз, а Эрвин подается вперед, приблизившись вперед.
— Я же сказал: не драз... Ох, черт! — сипло воскликнув, резко запрокидывает голову, подавившись воздухом, и жадно его же хватает. Ласка невинная, неумелая, но такая искренняя, что невозможно не двинуть бедрами навстречу. Смит и сам не ожидал, что тело отреагирует так остро и бурно, до алых щек и шального блеска в глазах. — Не останавливайся.
И тут же дергает за бедра на себя, оттаскивая на самый край стола, заставляя спиной лечь на его поверхность. Нависает сверху, склоняясь над телом.

Стук в дверь.

— У вас там все нормально? — голос того самого офицера в секундной тишине сравним с раскатом грома среди ясного неба. Кадет замирает, продолжая смотреть в карие глаза с малой долей испуга и, что странно, интересом. — Эрвин? Ханджи?
— Ответь ему, — тихо, коротко, но четко, прищурившись, но больше ничем не выдавая своего веселья. — Иначе он заметит.
Ему весело. Правда весело, пусть разумом и понимает, что если их действительно обнаружат — дело дрянь. И новым нарядом дело так просто не закончится. Но азарт охватывает, адреналин бурлит в крови, словно наркотик. Губами — по шее вниз, к груди. Прикусывает кожу и тут же проводит языком, широко мазнув. Целует едва ли не каждый сантиметр кожи, потому что хочет этого. Потому что желает этой близости, этих прикосновений, желает этот запах и вкус. Желает получать и отдавать взамен.
— Дверь откройте, — голос по ту сторону вызывает лишь раздраженное ворчание и короткий укус чуть ниже пупка. Подушечками пальцев опустился под кромку белья и тут же поднялся снова.
— Ну же, спровадь его. Сейчас же, — выдыхает, целуя уголок губ и снова проводя пальцами между ног, мягко лаская, казалось бы, без прежнего стеснения. Подушечками проник под кромку белья и легко потащил его вниз, стаскивая с бедер. — Я тут...немного занят.
Ладонями касается внутренней стороны бедер, проводит и прижимается невыносимо близко, втиснувшись меж разведенных ног.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

Отредактировано Erwin Smith (2017-11-20 19:33:06)

+1

18

Он наведался к ним охренительно не вовремя.
Именно в тот самый момент, когда Ханджи, опустившись спиной на столешницу, с торжествующей улыбкой потянула Эрвина на себя за рубашку, надеясь впиться в него губами как можно крепче, злополучный стук разнёсся по маленькой комнатке, и для Зоэ это стало подобно ведру ледяной воды, опрокинутому ей на голову. Вначале — всё схлынуло. Похолодев изнутри до самых пальцев, она инстинктивно замерла и прислушалась к голосу, раздавшемуся из коридора. Но уже через пару мгновений прежняя волна возбуждения накрыла её снова, сильнее, чем прежде. Он думал, что своим неожиданным визитом как-то их остановит, чем бы они здесь ни занимались? Чёрта-с два! Теперь Ханджи ещё больше захотелось продолжить начатое, и она не намерена была стыдливо вскакивать со своего места и делать невозмутимый вид.
— Эй, почему я? — Зоэ возмущённо шикнула, приподнявшись на локтях. — Кто здесь из нас двоих командир, почему я должна отдуваться?!
Но Эрвин уже нашёл себе занятие поинтереснее, и Ханджи, не сумев продолжить свои возмущения, запрокинула голову назад, стоило его губам, а вместе с ними и языку, снова лечь на её грудь. О чём он вообще думал? Что Зоэ должна была сказать офицеру, когда Смит, гуляя по её телу непрерывными поцелуями, напрочь вытеснял собой все прочие мысли? Она двух слов в голове связать не может — как ей нужно было спровадить начальство?! «Простите, но мы заняты: прямо сейчас у меня между ног находится Эрвин, мать твою, Смит, и мне бы очень не хотелось, чтобы он оттуда уходил. Зайдите позже. Спасибо».
А ей бы было интересно посмотреть на то, как офицер отреагировал бы на них с Эрвином. Оба — растрёпанные и полуобнажённые, оба — по-неуставному близко друг к другу, так непозволительно, что даже говорить об этом в присутствии должностных лиц было стыдно. И оба даже не собираются останавливаться, оба плевать хотели на командование, которое могло хоть полным составом выстроиться возле их дверей — им вообще плевать сейчас на всё, кроме них самих, так неконтролируемо тянущихся друг другу прямо здесь и прямо сейчас.
Если бы они, забыв закрыть дверь, были бы пойманы с поличным, Ханджи всё равно бы ни о чём потом не жалела.
— Ненавижу тебя, — пошипела девушка, чувствуя, как её ломает от одной только попытки придать своему голосу естественность и беспристрастность. Прошептала, хотя слова её, конечно же, были неправдой.
Голос прозвучал снова, и у Ханджи уже не оставалось времени на то, чтобы придумать что-то более вразумительное, чем та мысль, которая успела осесть у неё в голове в перерыве между бьющими по её самоконтролю ласками. Размашистым движением одной из рук она смахнула стоящую на самом краю стола внушительную стопку из толстых потёртых томов, а когда та рухнула на пол с чудовищным грохотом, закашлялась так правдоподобно, как будто и впрямь задыхалась от пыли, едва сумев скрыть в этом звуке свой дёрганный взбудораженный вздох.
— У нас всё… Всё в порядке, сэр! — так напрягаться в попытке показаться невозмутимой ей ещё не приходилось, но ответ, кажется, и впрямь вышел довольно ровным, даже бодрым. Таким бодрым, как будто это не у Ханджи в голове стоял сплошной туман от рук, сжимающих её бёдра.  — Простите, перед дверью всё уже завалено кучей хлама! До замка мы сейчас не доберёмся, так что отложите вашу проверку ещё на пару часов! Мы ещё только… Разогреваемся.
Что ж, по крайней мере, это было чистой правдой. Они действительно только разогревались — дальше будет ещё жарче.
— Эй, не превратите комнату в свинарник! — послышалось с той стороны недовольное предупреждение. — Вы должны навести там порядок, а не перевернуть всё вверх дном!
— Конечно, сэр! — резво отозвалась Ханджи, и тут же зажала себе рот рукой. — Катись уже наконец-то к чёрту, — глотая прерывистые вздохи, заклинала она офицера и жмурилась, когда то, что вытворял руками и губами Эрвин, стало невозможно терпеть. Молча. Проклятье, он ведь с огнём играет! Издай Зоэ хоть стон из-за него, и всё пропало. — Вали, вали, вали!
И, судя по всему, её судорожные мольбы сработали, потому что под звук удаляющихся шагов они с Эрвином услышали только короткое:
— Я зайду позже.
Зоэ выдохнула глубоко, шумно, облегчённо, когда вновь откинулась на спину, но нахлынувшее чувство триумфа никак не умаляло кипящей внутри неё жажды мести. Смит должен поплатиться.
— Теперь ты, — требовательно подтащив Эрвина к себе, Ханджи зарылась ладонью ему в волосы, крепко сжав их в своей руке, и поцеловала лишь за тем, чтобы в этом поцелуе искусать ему все губы. Не до крови, не больно, но так, чтобы он чувствовал прикосновения цепких зубов, то и дело хватавшихся за нежную кожу. Чтобы чувствовал, как она возмущена его издёвками. И как безумно заведена. — Надо было мне застонать во весь голос — может, тогда бы ты задумался о том, что творишь?
Прижав к его бедру согнутую в колене оголённую ногу, Зоэ выгнулась вперёд и пару раз тесно притёрлась к Эрвину в районе живота. Уже не просто намекала — просила открыто.
— Ты так и будешь ждать, пока он снова ни придёт, — сказала она ему в ухо, вложив в эти слова всю глубину своего нетерпеливого желания, — или уже возьмёшь меня?[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-11-21 22:05:41)

+1

19

Поддается, позволяя кусать свои губы, и только тихо, на самой грани слышимости, практически мурлычет что-то издевательски подначивающее, прямо в губы, отрываясь совсем немного. Это состояние, когда уже на все наплевать: зайдет ли этот офицер внутрь, выломав довольно хлипкий по своей природе замок, или же останется стоять там. Наплевать, как выкрутится Ханджи, чтобы все-таки заставить начальство развернуться и уйти, дав им еще пару часов. Зоэ все равно все сделает правильно, в этом Эрвин ни капли не сомневался. «Да ты с ума сошел!» Собственный внутренний голос, звучащий как сквозь толщу ледяной воды, уныло промелькнул в голове, напоминая о необходимости хотя бы думать головой, прежде чем что-то сделать, в особенности, если за это потом придется отвечать головой. Но мысль эта, как и все предыдущие, отметается единым движением, стоит девушке только вновь к его телу прижаться.

Судорожный выдох с губ срывается следом. Жар чужого тела заражает, опьяняет похлеще самого крепкого алкоголя. Это ли не безумие? Все, что они делают. Место, где они это делают. И то, что все это происходит между ними — такими разными и такими друг другу не знакомыми. Это ли не самое настоящее безумие? А если нет, то что? Если это и называется «сойти с ума», то оно того стоит, то Смит хочет находиться в этом состоянии вечно. Целовать расслабленное и одновременно напряженное тело под собой, пробуя его на вкус, ласкать медленно, с оттягом, доводя до той точки, когда на намеки сил уже не хватает, когда ты сам говоришь и говоришь прямо: чего хочешь, с кем ты хочешь и как.
Отец всегда говорил, мол, все должно быть по любви. Но... К черту любовь! К черту любовь у подростков шестнадцати лет, собирающихся отдать свои жизни добровольно, отправившись в ад! К черту любовь у детей, которым слишком рано придется стать взрослыми! К черту! Дайте им страсть, дайте им насытиться ею сполна, в первый же раз. Это — то, что им нужно. Не чувства, разъедающие изнутри и грозящие уничтожить. Любовь может быть не взаимной, несчастной. Здесь же все намного проще. Это — то, что им нужно прямо здесь и сейчас.
— А, может, я хочу, чтобы ты стонала, — пальцами обхватывает предплечья, отстранившись слегка. — Стонала, здесь, — обводит кожу, подбираясь к запястьям, — стонала сейчас, — вытягивает чужие руки вверх, над головой, удерживая их одной лишь ладонью, но не сильно. Не держит насильно, лишь мягко поглаживая тонкую гладкую кожу. Ханджи в любой момент может освободиться, выдернуть руки, вернув своему телу волю, никто не заставляет ее терпеть и ждать, когда отпустят.
— Для меня.

Эрвин снова медлит. Теперь, когда последний рубеж уже можно считать практически пройденным, накатило чувство необъяснимой тревоги. Не страха, нет. Волнения. Нежелания ошибиться и навредить неверными своими действиями. Одно дело — думать, другое — делать. Поэтому он неотрывно наблюдает за чужим лицом, пытаясь уловить малейшие изменения, которые только могут произойти. Если она вдруг передумает, если она вдруг не захочет, то юноша должен узнать об этом прямо сейчас, пока не стало слишком поздно. Ни для одного из них. Поэтому он почти отчаянно целует, пытаясь будто бы отвлечь от всего, смягчить то, что должно последовать. Ох уж эти девушки с их слишком громкими слухами и обсуждениями. Разумеется, Эрвину как-то приходилось слышать пикантные подробности. И если тогда он не обратил на них ровным счетом никакого внимания, то именно сейчас, словно бы назло, все то, что было услышано, всплыло на поверхность сознания. Поэтому он целует глубоко, так, как хотела поцеловать его Ханджи до этого, но так и не сделала того, что собиралась. Целует и медленно, чересчур медленно толкается между ног в горячее нутро, жмурясь и едва сминая под ладонью бедро, буквально задержав дыхание.
Потому что ему стало по-мальчишески страшно от собственной безрассудной дерзости.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

20

Она могла в любой момент освободиться, могла вообще встать и уйти, а если будет нужно — вырваться силой. Могла, но не хотела этого делать и даже для вида не сопротивлялась, когда её собственные руки Эрвин вытянул у Ханджи над головой. Уязвимой и беззащитной она чувствовала себя теперь, снизу вверх глядя на кадета, нависшего над ней  и в полной мере завладевшего положением. И хотя в любой другой раз она бы воспротивилась этому внутри, в эту минуту  закрываться и возвращать себе контроль она не желала. Напротив, оказавшись теперь совершенно перед ним открытой, Зоэ лишь ещё больше тянулась к нему, приподнимая торчащую из-под расстёгнутой рубашки оголённую грудь.
— Заставь меня, — бесстыдно улыбаясь, Ханджи бросала Эрвину очередной вызов, распаляла азарт, вынуждая не просто хорошенько постараться — выложиться по максимуму, отдать ей без остатка всё, на что способно было его молодое тело, и получить не менее, а то и более пылкий ответ. — Заставь меня стонать и просить ещё. Снова и снова.
Новый поцелуй легко нашёл отклик у девушки: с энтузиазмом отвечая на смелые ласки, Зоэ оказалась так поглощена этим процессом, что не сразу в полной мере ощутила нарастающую боль, пришедшую почти одновременно с ними. Тело, рефлекторно напрягаясь, само начало отодвигаться назад, как будто пыталось избежать ощущений, доставлявших до ужаса непривычный, странный внутренний дискомфорт, для которого Ханджи даже не могла подобрать точного сравнения. На какое-то короткое мгновение ей даже стало чуточку страшно: срывать чужие поцелуи и хулигански исследовать друг друга прикосновениями было по-своему интересно и захватывающе, но то, что они делали сейчас — это уже не игры. Теперь-то всё серьёзно.
Как у неё это всегда бывает, Ханджи испугалась и включила голову слишком поздно. А потому, не изменяя своим привычкам, вместо того, чтобы спешно отступить, она нырнула прямиком навстречу неизбежному, вопреки болезненному протесту резво двинувшись навстречу Эрвину и впустив его в свою тесноту. Тянуть уже было ни к чему: неприятные ощущения от этого лишь невыносимо медленно нарастали, всё никак не желая отступать, и Зоэ, попытавшись расслабиться, рассудила, что лучше будет покончить с этой частью как можно быстрее, чем мучительно её растягивать.
Лицо её напряжённо исказилось, и девушка, не открывая зажмуренных глаз, сама не заметила, как губы её разомкнулись, прерывая поцелуй и хватая горячие рваные вдохи. Держать себя в руках уже было тяжело, подавлять в своём сознании резанувшую боль — ещё тяжелее, но Ханджи ничем этого не выдала, кроме неровного, прерывистого дыхания и сдавленной просьбы:
— Глубже.
И боль, к её собственному удивлению, отступила довольно быстро — быстрее, чем она сама ожидала. Достаточно возбуждённая для того, чтобы Эрвин без излишних затруднений проник в неё, Ханджи всё охотнее поддавалась ему, пока лицо её окончательно не разгладилось, уступив выражению облегчения. Наконец-то началась самая интересная часть.
— Да, вот так, — с нескрываемым удовольствием протянула Ханджи и освободила одну из своих рук, чтобы успокаивающе обнять ею лицо Эрвина и вселить в него уверенность. — Продолжай.
Спустив ладонь ему на затылок, Зоэ плотнее прижала кадета к себе, теперь уже зная о том, что он не против её затей, и без всякого стеснения пропустила язык между его губами. Ласково и в то же время играючи, она то прижималась к нему, то снова отстранялась, и получала в десятки раз больше удовольствия от ощущения того, что они уже не просто целуются, — они едины безгранично, целиком, и что Эрвин внутри неё весь, в самом центре томительной истомы, мучившей её с самого начала их бесстыдного занятия. Там, где он сейчас и должен быть.
Обхватив его за пояс согнутыми в коленях ногами, Ханджи не стала крепко прижимать их к нему: наоборот, Зоэ хотела, чтобы он двигался свободно, насколько позволяло её узкое нетронутое лоно, и чтобы ничто не мешало ему выбрать тот темп, в котором он сам хотел проникать в неё. Всё, что угодно, — только бы чувствовать его пульсацию внутри.[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

+1

21

Томительное ожидание того, когда мелкие складочки от сведенных на переносице бровей наконец разгладятся, а лицо Ханджи вновь приобретет расслабленное выражение, слишком, как кажется Эрвину, затягивается. Он прекрасно понимал, что все то, что они по собственной глупости в столь юном возрасте творят, не может пройти так просто и легко, не имея за собой последствий. Брать на себя ответственность за происходящее было нестерпимо сложно, но приходилось взять себя в руки, чтобы не допускать ошибок.
Он мягко, почти успокаивающе ведет свободной ладонью по груди и животу, обводя кожу и проступающие под ней очертания ребер, и тут же снова наверх, словно бы с каждым касанием пытаясь стянуть эту боль, вытащить ее из тела и забрать себе, разделить ее. Каждое прикосновение — как к хрупкому стеклу, готовому вот-вот треснуть под пальцами, осев под ногтями мелкой пылью. Страх разбить, разрушить иллюзию, когда-то рожденную в голове и любезной рукой случая воплощенную в реальность. Поэтому Смит трогает напряженное тело под собой, постоянно напоминая себе, что все это — не сон, а самая натуральная явь.
Почти не дышит, сдерживая тяжелые хрипы, потому что ощущения, накрывающие с головой, очень сложно описать словами. С силой закусывает губу, чтобы просто замереть, потому что поразительный жар вкупе с теснотой огромным молотом ударили по мозгам, выбивая вместе с воздухом остатки самообладания. Удовольствие, комом свернувшееся в животе, сковывало руки, продолжающие почти лихорадочно скользить по телу. Вглядываясь в малейшие изменения на лице, склоняется ниже и едва ли не сам трется щекой о подставленную ладонь: горячую на ледяном лице. И Ханджи действительно не нужно повторять ее просьбы дважды, нет в этом никакой необходимости, потому как рвущееся наружу желание, на пару мгновений притупленное тревогой, загорелось снова, обжигая изнутри легкие, требуя возможности в полной мере реализоваться.

Первое движение неловкое, почти грубое, когда пальцы, отпустив запястья, сжались на бедрах, притягивая ближе к себе и одновременно удерживая на месте. Просто податься назад, медленно, тягуче медленно, словно вот-вот все закончится, а сам Эрвин, собравшись, развернется и уйдет, настолько слабо ладони касались кожи. В какой-то момент показалось, что кадет действительно все бросит, прервав поцелуй, испугавшись чего-то, но с лица тут же пропадает сочувственное выражение, словно его никогда и не было. И новый толчок вперед — казалось бы, слишком резкий — заставляет зажмуриться, плотнее прижавшись к губам и замедлившись на середине единого движения, сдерживая юношеский порыв. Не сразу. Не так быстро. Чуть потерпеть, чтобы вполне насытиться этим первым ощущениям узости, бесконтрольной близости, когда уже ничто не останавливает.
Никакие рамки приличий и условностей не могу остановить дорвавшихся до «запретного» плода подростков. Жадных до ласки и физических удовольствий подростков. Подростков, не желающих прожигать свою и без того короткую жизнь в лекционных аудиториях в обнимку с учебниками, покрытыми пылью времен, затертыми до дыр, и тетрадями, исписанными кривым почерком человека уставшего и засыпающего прямо на ходу.
Они хотят чувствовать вкус друг друга, целуя с жаром, целуя жадно, целуя так, словно ничего в этом мире вокруг больше не существует. Отдаваясь друг другу, выплескивая накопившееся напряжение в обоюдной страсти. Страсти на одну ночь, но такой, какую не забудешь ни за что в жизни.

Эрвин скидывает со своих плеч неприятно липнущую к спине рубашку прямо на пол, не беспокоясь о такой мелочи, как мелкий мусор, пыль и грязь, и, просунув руку под поясницу Зоэ, что прогибалась под его прикосновениями снова и снова, прижимает девушку к себе, кожа к коже, целует шею там, где бьется пульс, ощущаясь под кожей, куда прижимались губы.
Зарывается рукой в волосы, пропуская спутавшиеся пряди сквозь пальцы, и снова увлекает в поцелуй, покусывая покрасневшие от прилива крови губы. Двигаясь намного свободнее, чем это было до этого, в комфортном и удобном темпе, зарывается носом в во влажные волосы у виска и глубоко вдыхает, а после — выдыхает с едва уловимым на слух довольным стоном, облизывая раз за разом пересыхающие губы.
[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+2

22

Словно испугавшись того, что Эрвин и впрямь решит разорвать их тесный контакт, Ханджи плотнее прижалась к нему, беззвучно говоря тем самым: даже не думай. Ни на единый лишний сантиметр от себя она его не отпустит, и будет льнуть к нему так исступлённо, что у него попросту не останется иного выбора: только поддаться пылкому соблазну и забыть о всяких путях отступления, прорываясь только вперёд, заражаясь её желанием и отзываясь ему в унисон.
Новый толчок, ударивший гораздо резче предыдущего, заставил Ханджи вздрогнуть всем телом и податься чуть назад под его напором, но, от неожиданности не успев даже напрячься, вместо сопротивления её неподатливое нутро, напротив, охотно пропустило кадета. Каждой клеткой ощущая, каким возбуждением отзывается внутри неё тело Эрвина, как проталкивается все глубже его член и как плотно лоно Зоэ обволакивает его внутри, девушка не могла не ловить себя на мысли, что чертовски многое потеряла, не попробовав этого раньше. Развлечений и способов скоротать вечерок-другой она могла придумать массу, но спонтанный секс на столе с парнем настолько же юным и по-своему безумным, насколько таковой была и сама Ханджи, по своей приятности и экстравагантности мог переплюнуть все её затеи. Кажется, этой ночью ей удалось сорвать джек-пот, и даже былая досада из-за глупого наказания вкупе с голодом стыдливо притихли, позволяя своей хозяйке сполна насладиться эмоциями куда более приятными.
Если бы все её наряды заканчивались Эрвином, жадно берущим её на первом же попавшемся столе, она готова была хоть каждый день опрокидывать на офицеров по подносу.
Но чего-то всё-таки не хватало. Чего-то, кроме тихого едва уловимого стона, будившего в Ханджи ещё большее озорство; чего-то, кроме влажной спины, обхватив которую, Зоэ могла чувствовать перекаты молодых и крепких мышц; чего-то, кроме проникновений глубоких, но так и не доведённых до конца.
Да, вот оно. Вот то, что ей было нужно. Плавно и совершенно непроизвольно изгибаясь волной в такт его движениям, Ханджи с очередным новым толчком поняла, чего хочет уже давно и к чему Эрвин подбирается так томительно медленно, смакуя вместе с ней каждый преодолеваемый миллиметр между узкими стенками. Она хотела большего — снова, — но не торопила его, растягивая процесс и оставляя на ключице и шее Эрвина памятные следы своих глубоких поцелуев. У его товарищей на следующий день наверняка возникнут вопросы о том, где Смит успел обзавестись подобными отметинами, но то, как будет герой-любовник объяснять это загадочное обстоятельство, для Ханджи не имело значения. Гораздо важнее было то, что ещё пару дней, если им случится встретиться на общем построении, она будет видеть просматривающуюся из-под воротника рубашки темнеющую метку — свою метку. И не одну.
Сдерживаться уже становилось невозможно, и Зоэ не стала больше ждать: стремительно подалась Эрвину навстречу в тот же момент, когда он с новой силой вошёл в неё, прошив до упора. И без того глубокое, заполнявшее полную грудь дыхание сорвалось на откровенный стон, и Ханджи, выгнувшись дугой, так крепко вцепилась в Эрвина, словно боялась упасть, вцепилась и задержала его в себе на пару мгновений дольше.
— Эрвин, — не слыша в собственной голове ничего, кроме оглушительного пульса, девушка с трудом могла ворочать языком, то и дело прерываясь на старательно приглушаемые ею самой обрывочные стоны, но всё равно так хотела, так неудержимо хотела сказать это, попросить. — Эрвин, это… Чёрт, это охринеть как круто! Давай сделаем так ещё раз! Давай… Ох, повтори это![status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

+1

23

Хотелось, чтобы это продолжалось вечно. Чтобы губы касались кожи снова и снова, оставляя после себя пылающие следы. Постепенно багровея, они становились заметнее. Заметнее настолько, что скрыть их под воротником безупречно выглаженной и выстиранной рубашки будет уже невозможно. Один из тех, кто ранее никогда не интересовался низменными удовольствиями, будет красоваться с засосом на шее. Конечно, его друзья будут задавать вопросы, но Эрвин отшутится, толком ничего и не рассказав — это их с Ханджи маленькая тайна, которую они оба сохранят и никому не поведают подробностей. Такое они разделят только друг с другом и ни с кем другим. Он будет стоять в одном из первых рядов кадетов на общем сборе и смотреть инструктору прямо в глаза, как делал это всегда, и на безмолвный вопрос ответит никак, лишь сделает вид, что так и должно быть, что так было всегда и ничего критичного в этой метке не было и нет. Там он будет стоять и чувствовать, как взгляд Зоэ прожигает спину, ведь это ее следы на его теле под одеждой. Она трогала его, она ласкала. Только она.
Спонтанные мысли вызывают желание как-нибудь потом это все повторить. Снова выловить девушку где-нибудь в коридоре поздним вечером или рано с утра, когда никого нет, и запереться в крохотной каморке. Может, даже не в этой, в другой. В тесной и узкой, чтобы расстояние между юными любовниками было минимальным, таким, чтобы не было возможности отстраниться. И Эрвин уверен, такого желания не возникло бы. Утянуть за собой и просто взять. Взять так, как всегда хотел, как делает это сейчас, удерживая чужие бедра и каждый раз подтягивая ближе к себе. Изучить тело вдоль и поперек, чтобы всегда знать, что же нравится той, что так податливо и отчаянно отвечает на ласки.
— Что мне... — снова проникнуть глубоко, — повторить, м?
А на лице такое невинное выражение лица, что с первого взгляда и не поймешь, что Смит и без того понял просьбу. Растрепанные волосы, покусанные губы и-румянец на щеках и только глаза выдают чистую дьявольщину. Хотелось, чтобы Ханджи просила снова. Просила громче и больше.

Стол под спиной предательски скрипит, а за стенкой, за не самой крепкой и прочной дверью доносятся чьи-то торопливые шаги. Кто-то, Эрвин надеялся, просто проходил мимо, а мысль о том, что кто-то из товарищей-кадетов мог подслушивать или даже попытаться подглядывать в замочную скважину, пусть ключ и оставался в двери, так и оставалась простой параноидальной мыслью. Кадет тянет Ханджи за руку, мазнув губами по запястью в легком и мягком поцелуе, а другую ладонь опускает на девичью ягодицу, сжимая пальцы и сильнее притягивая к себе. Прижимает за талию так, чтобы грудью коснуться кожи.
— Рискнешь быть громче?[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

24

Хватка Эрвина стала ещё увереннее, и он, по-видимому, окончательно освоился: прежняя осторожность будто бы таяла, уступая место властному напору, с которым он сжимал тело Ханджи, и сама девушка от этого становилась лишь ещё податливее, тянулась к их близости, беззастенчиво позволяя ему любые вольности. По натуре не меняя волевая и инициативная, чем сам Эрвин, перед ним свои позиции она вынуждена была сдавать совершенно безапелляционно, пытаясь сопротивляться лишь в том, чтобы сдерживать рвущиеся с языка глупые словечки, смешанные с надрывными протяжными звуками. Хотя бы в этом она не должна сдаваться ему так же просто, как отдала уже всю себя в обладание.
Судорожно хватая воздух, Ханджи прижала свободную руку к открытому рту, совершенно уже не разбирая, где заканчивается её тело и начинается тело Эрвина, где её грудь, а где его, и где заканчиваются вплотную прижавшиеся между её ног мужские бёдра, а где начинается никогда не знавшее разделения единое целое, которым они оказались. 
— Ты… Нас же услышат, — слабо попыталась предостеречь его Зоэ, будто ей самой было не всё равно, сбежится ли всё училище на её крики. Будто её и в самом деле волновало сейчас что-то, кроме кадета, по чьему загривку она скребла беспорядочными движениями.
Будто её слова могли остановить Эрвина.
Стол громыхнул, съехав назад, когда в своём новом заходе кадет вошёл в неё так, что у Ханджи перед глазами вместо покрытого старой отваливающейся шпатлёвкой потолка заплясали искры. Не утратить контроль здесь было попросту невозможно: когда её всю подкинуло, Зоэ только и успела, что, оторвав руку ото рта, обхватить Эрвина за шею, и короткий крик, выбитый из её лёгких вместе с воздухом, совершенно беспрепятственно разлетелся по комнате, наверняка став слышимым и в коридоре. Голова кружилась в каком-то совершенно пьяном водовороте, и Ханджи поняла, что чуть не иссякла в эту же секунду: настолько резким, обескураживающим, бьющим по самым чувствительным участкам её женского тела оказался этот толчок.
Прижавшись носом и ртом к Эрвину чуть ниже скул, девушка глухо промычала что-то неразборчивое, и в этом невнятном звуке смешалось сразу всё: проклятья, которыми она готова была осыпать его за эту выходку, измученный стон, больше похожий на признание собственного поражения, и настойчивое, неспособное собраться в цельные слова требование, чтобы он продолжал делать это с ней снова и снова. За этим звуком она даже не сразу услышала, как кто-то резко дёрнул за ручку двери, безрезультатно попытавшись открыть её, а следом принялся взволнованно долбить по ней.
— Эй! — послышался с той стороны голос немного испуганный, но такой же молодой, как и у самих любовников. Стало быть, кадет. — Кто там? У вас всё в порядке?
У них всё чертовски в порядке, и, словно в доказательство этому, Ханджи, гуляя ладонями по торсу Эрвина, принялась покрывать его лицо поцелуями: короткими и жгучими, долгими и влажными, такими, чтобы ему даже в голову не пришло прерываться из-за очередного визитёра.
— Не смей, — обрывочно повторяла она из раза в раз. — Не смей останавливаться. Не смей, не смей, не смей, — умоляла, упрашивала его Зоэ почти страдальчески, когда то вцеплялась в его губы рваным поцелуем, то снова принималась за лицо, покачивая тазом в такт его прежним движениям, боясь, до невозможного боясь, что он и впрямь прекратит всё сейчас. — Я сойду с ума, Эрвин, ради всего святого, продолжай!
Тому, кто лишит рассудительную Ханджи Зоэ трезвого рассудка и заставит так отчаянно упрашивать о чём-то, полагалось как минимум вручать медаль, но всё, что могла предложить она сейчас в награду Эрвину — это свою изнемогающую плоть, чью дикость он умудрился разбудить. Всё, что у неё было, — путанные мольбы и движения настолько же неуклюжие, насколько искренние в своей горячности. И все их она готова была посвятить ему.
— Прошу, прошу, прошу, — сдавленно, чтобы не услышал непрошенный гость за дверью, твердила Ханджи в упоительном бреду, — Эрвин, прошу![status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

+1

25

Настойчивый стук в дверь и чей-то раздражающе взволнованный голос, бьющий по ушам глухо из-за закрытой двери заставляет отреагировать тихим утробным рычанием, зародившимся где-то в глотке. Человек, посмевший нарушить чужое уединение, сразу же становится едва ли не врагом и конкурентом лично для Эрвина, все-таки резко остановившегося, прижавшись плотно. Он оборачивается через плечо и резко, не своим голосом выдает:
— Проваливай и иди своей дорогой! — ему все равно, что голос, изрядно осипший и севший от возбуждения, мог кто-либо узнать. Все равно, если этот несчастный кадет, решив поступиться собственной честью, сдаст юных любовников с потрохами Старшему Инструктору, а уже он, если не решит выбить дверь в самый яркий момент, то устроит нарушителям чужого спокойствия такое, что и присниться не могло. Никто не мог понять и осознать, что чувствуют сейчас эти двое, предаваясь страсти и похоти среди этих груд мусора.
Он чувствует ладони Ханджи, настойчиво оглаживающие его мышцы; пальцы, зарывающиеся в волосы на затылке, царапающие загривок и тянущие на себя.
— Пусть катится к черту, — выдыхает в губы и крадет еще один глубокий и горячий поцелуй, мазнув языком по нёбу. Смит отстраняется, смотря сверху вниз на девушку, что тянулась к нему, желала его и жаждала больше. Он покачивается лениво, почти не двигаясь, и получая чисто моральное удовлетворение от того, что Зоэ страдает от этого вожделения. Юноша и сам мучил сам себя, пока медлил, но он не мог не упиваться ощущением, что его хотят, что все мысли заняты только им, его телом.
— С ума сойдешь? — резко подается вперед, проникая глубже в тесное нутро, и снова назад, опять замирая на месте. — Заставь меня продолжить.
Приподнимает чужую ногу, обхватив бедро, и, повернув голову, целует в колено, легко пощекотав под коленкой и прикусив кожу.
— Заставь меня, Ханджи.
Снова целует в бедро, оставляя на нежной коже свою метку. И пусть никто не увидит ее, — в отличие от тех, что теперь красовались на шее Эрвина, — пока Ханджи не разденется перед сном, но зато она будет означать, что только один человек был с ней, был с этой девушкой, что раньше абсолютно не была ни в ком не заинтересована. Он оставляет свои метки там, где мог оставить только Эрвин, ведь только Эрвин мог касаться этого тела, ласкать его и целовать, получая то же самое в ответ. Смит не демонстрирует то, что он владел ею, когда целует под грудью, склонившись снова, но Зоэ знает об этом. Смит чувствует, что в следующий раз, когда они встретятся, оба вспомнят эту ночь.
Кадет ревнив, но осторожен: не хочет, чтобы кто-то о чем-то знал, а девочки судачили между собой вечерами в казармах.

— Ты же хочешь, чтобы я продолжил? — лукаво. Искушающе. Шепотом на ухо и поцелуем в скулу. Выдыхает довольно, снова медленно подавшись вперед, но все равно не предпринимает никаких действий, оставляя все в руках Ханджи. — «Эрвин, прошу»... Мне нравится.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

26

Торопливый перестук чьих-то сапог за дверью унёсся дальше по коридору, и Ханджи успела подумать лишь о том, что непрошенный визитёр может вернуться в компании одного из офицеров, как мысль её вдруг оборвалась, и девушка снова коротко вскрикнула, задерживая Эрвина в себе.
— Ты… Ты… Чудовище, — надрывно выдавила Зоэ сквозь зубы, запрокидывая голову и блаженно жмурясь от каждого нового поцелуя, ядовитым острием впивающегося ей в мозг. — Пойми я это раньше, ни за что бы не осталась с тобой наедине.
Врёт, конечно. Осталась бы, и потянулась бы к нему с тем же бесстрашием, с которым пробовала Эрвина в первые минуты их невинных ласк. Осталась бы, и упивалась им с не меньшим наслаждением, чем упивается сейчас обезумевшая жертва своим мучителем. Но это — не игра в одни ворота, и если Смит хотел узнать, чем ещё способна удивить его Ханджи, она будет с ним так же жестока и так же чудовищно беспощадна, как и он сам. Она узнает его предел.
— И на что я только повелась? — рассуждая вслух, девушка упёрлась руками в стол и села, заставив Эрвина отстраниться и выпрямиться.
Внизу живота всё скручивало, словно Ханджи  пытались выжать, и возникшую вдруг пустоту её лона нестерпимо хотелось снова заполнить тем, кто так идеально вписывался в его тесноту, но девушка всё равно вела себя так, будто всё тело её вовсе не сводило дрожью  от томительной недосказанности, незавершённости, вставшей между ними.  Будто вовсе не хотелось ей самой вобрать  его в себя и больше не отпускать.
Горячая ладонь скользнула вниз и по-хозяйски обхватила влажный от её собственной смазки член. Без прежней нерешительности, а, напротив, с мстительным азартом, с нескрываемым воодушевлением Ханджи провела ладонью сначала вверх, а потом вниз, и снова туда-сюда, так, чтобы Эрвин в полной мере ощутил настойчивость её руки.
— Чем же ты умудрился меня так завлечь? — вкрадчиво, с улыбкой искреннего наслаждения процессом Зоэ надавила на головку большим пальцем, неторопливо перебирая пальцами. А после — повела ладонь вниз. Снова. — Чем, а?
Губы Ханджи уже не изучали его шею: теперь, поднявшись к ямочке за его ухом, они вцеплялись своим жаром в столь уязвимое место и игрались с ним, то опускаясь, то поднимаясь вверх: совсем как сжимающая член Эрвина рука, наращивающая темп. Прижавшись к юноше теснее, Зоэ заёрзала ритмично, так, словно всё это время продолжала насаживаться на него, а сама лишь изредка позволяла ему упираться в свой живот головкой, с лёгким нажимом оглаживая её дразнящими движениями. Другой рукой плотно закрыв ему рот, Ханджи ничего не позволяла ему больше делать: ни поцеловать себя, ни сказать хоть слово. Лишь ощущать, как она шаг за шагом захватывает власть над его чувствами. 
— Может быть, этим? — тропа из поцелуев — до самого плеча, на котором загорелся очередной её пылкий след. — Или этим? — язык — прямо вглубь ямочки между ключицей, протяжно и долго. Что помучился ещё сильнее.
Слов больше не было: теперь вместо них — с новой силой зарождающиеся грудные стоны, которые Ханджи, липким лбом вжимаясь Эрвину в плечо, издавала до того сладко и соблазнительно, что звуки эти были подобны тягучему дурману. Он мог бы быть причиной этих стонов. Он мог бы тянуть их из неё, превращая в крики, он мог бы чувствовать всем своим нутром, как сжимаются внутри её мышцы, и он уже знал, какими на самом деле были эти ощущения, знал, как горячо и мокро  становилось у неё между ног от его толчков. Знал — и по-прежнему был мучим лишь имитацией, движениями руки ласкающей его упорно, настойчиво, но всё же совсем не так.
— Эрвин, —  задрав голову, в истоме звала его Ханджи голосом всё более и более прерывистым, — Эрвин… Эрвин… Эрвин…
«Ну же!»[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (2017-12-02 07:53:49)

+1

27

Играть с Ханджи оказалось занятием опрометчивым, потому что в ответ можно было получить пытки в сотни раз хуже, чем то, что творил сам Эрвин. И пусть прикосновения ее были приятными, но они были слишком другие. Он думал, что девушка просто продолжит играть по уже, казалось бы, установленным правилам, но все разом обратилось против него самого, когда Ханджи затеяла в ответ свою игру, жертвой которой стал сам «кукловод».
Эрвин и сам не мог ответить на вопрос: чем же он так завлек, что все между ними зашло настолько далеко. Не считая себя каким-то особенным, Смит просто не знал ответа, продолжая вести себя так, как вел всегда, не прилагая каких-либо усилий к тому, чтобы кому-либо понравиться, приглянуться или кого-то завлечь.

Ладони, ласкающей член, ужасно мало, этого не хватает, чтобы чувствовать полнейшее удовлетворение. Будто все ощущения грубо поделили пополам, оставшуюся часть где-то потеряв. Изысканная пытка, одна из самых выматывающих. И если Эрвина назвали чудовищем, намекая на его жестокость, то он и подумать не мог, что Зоэ может отвечать большей жестокостью. И если парень и хотел что-то возразить, то жестко и плотно прижатая ко рту рука не дает этого сделать. Горячая ладонь вжимается в губы, предупреждая попытки приблизиться, и кадету только и остается, что сжимать пальцами край стола до белеющих костяшек, до зуда в подушечках. Мычит что-то неразборчивое, пытаясь мотнуть головой и отстраниться, но тут же жмурится и, проглатывая стон, полный неудовлетворенности, запрокидывает голову, пытаясь повести бедрами в такт ласкающей руке.
Короткие прикосновения обжигают, растекаются под кожей свинцом, а по спине мурашки пробегают. «Ханджи, остановись!» Руками гладит бедра, обводя кожу, и разводит их шире, понимая, что его все равно не отпустят, что все равно продолжат дразнить и мучить, находясь до невозможного близко и одновременно безумно далеко. Свободные руки — тот максимум, что ему позволили — скользят вверх, касаясь талии, и тут же притягивают к себе еще ближе. Казалось бы, возьми и убери ладонь от лица, облегчи себе задачу и верни все на круги своя, но так было просто не интересно. Это было скучно: просто взять и овладеть снова. Для них это способ выявить точки воздействия друг на друга, узнать пределы, достичь их. И преодолеть.
Эрвин прижимается крепче, игнорируя издевки, стараясь пропускать мимо ушей стоны. Фальшивые, но они все равно заводят, эхом звуча в сознании. Тяжелое дыхание человека возбужденного звучит почти поверхностно, а грудь вздымается часто. Смит пытается не сводить взгляда с чужого лица, пытаясь передать все свое возмущение, недовольство и желание. Сопит и щурится, а правая рука спускается между ног, тут же проникая пальцами в жаждущее лоно. Пусть будет мало, пусть будет хотеть еще. Не ему одному страдать от собственной безрассудности.

«Хватит...»
Нервная дрожь и вторая рука, обводящая контуры тела. Хватит. Хватит тянуть. Хватит дразнить друг друга. Они ведь оба знают, чего на самом деле хотят, так к чему весь этот цирк с перетягиванием одеяла на себя. «Пожалуйста, пусти...» Почти жалобно заглядывает в потемневшие от желания глаза, вжавшись в ладонь губами почти просяще, все равно продолжая ласкать, словно не мог не ответить чем-то на издёвки.[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

28

Её всю стягивало изнутри, а мышцы как будто от обиды сужались ещё сильнее, не желая впускать подделку, слабую замену тому, чего в действительности требовала ей плоть, но Ханджи всё равно веселилась. Веселилась и смеялась, подаваясь навстречу пальцам и двигаясь на них точно так же, как всего пару минут назад ходила волнами под Эрвином. Их импровизированное соревнование отчего-то приводило её в восторг, и то, как терпеливо кадет следовал правилам, потакая новой забаве, а не стремясь немедленно прервать её и сделать всё по-своему, до невозможного ей нравилось.
— Хочешь закончить всё руками? — вызывающе улыбаясь, девушка провела по щеке Эрвина кончиком носа и на мгновение крепче сжала хватку вокруг его члена. — Я думала, ты окажешься смелее, Эрвин Смит.
Шальное торжество светилось в её глазах, когда Ханджи наблюдала за реакцией юноши и упивалась не только собственным триумфом, но и тем, как подыгрывал ей Эрвин, покорно позволяя Зоэ ставить над ним свои бесчеловечные эксперименты, проверять его на прочность. Она поистине безжалостно испытывала его выдержку, и теперь, когда он наконец-то молчаливо признал своё поражение (или сделал вид, что признал), Ханджи рассудила, что он достоин был награды. Самой щедрой, какую только он один умудрился получить.
— Хороший мальчик, — победно изрекла она, опуская крепко прижатую к его рту руку и тут же занимая Эрвина новым поцелуем, сплетая их языки. Хороший, потрясающий и до одержимости желанный.
Приподнявшись, освободившейся рукой Ханджи вынудила Смита убрать свои шустрые пальцы, но и сама дразнить его перестала, оставив ладонь на твёрдом, настойчиво пульсирующем члене лишь затем, чтобы следом направить его в себя. Больше повиснув на Эрвине с руками, обхватившими его за плечи, чем оставаясь сидеть на столе, Зоэ насела на него быстро, уверенно, но ей всё равно не хватило той исключительно мужской напористости, с которой он овладевал ею до этого. Ей нужно, отчаянно было нужно, чтобы он снова взялся за дело, разойдясь после их маленького сеанса пыток настолько, что мысль о новой паузе больше не посетит его голову.
Вновь ощущать его в себе было приятно, оглушительно приятно, и Ханджи даже почувствовала облегчение, когда он втиснулся между её узкими стенками и заполнил их собой, словно всегда должен быть там. О, это ощущение ни с чем не спутаешь, ничем его не заменишь и никогда не захочешь забывать, даже если обязательными его спутниками были запах пыли, стопки старых книг, отслаивающаяся штукатурка и скрипящий облезлый стол. Зоэ вовсе не была уверена, что позднее кто-то в полной мере сможет это повторить, сможет заставить её чувствовать всё то же самое, трястись одновременно от возбуждения и колотившего её адреналина, быть с ней порывистым, горячным, и, в то же время, томительно игривым, веселящим и  воздух выбивающим из груди, в одну секунду властным и уже через мгновение — покорным. Что кто-то ещё сможет делать это с ней так, как делал Эрвин.
— Теперь ты продолжишь, как я прошу? — дёрнув бёдрами вперёд, Ханджи ещё требовательнее вдавилась в него, недвусмысленно намекая на свою прежнюю просьбу. — Или я была недостаточно убедительна? 
Между ними уже не осталось даже воздуха, и Зоэ, ощущая его юношеский рельеф так, словно Эрвин каждым выступом своим и каждой ещё плавной линией отпечатывался на её собственной коже, вминалась в его грудь своей, такой отзывчивой и чуткой, что каждое касание к ней в голове отдавалось возбуждённым трепетом. Разве всегда она была такой чувствительной? Разве всегда ею с такой лёгкостью можно было овладеть, саму заставить идти в руки? Разве была она когда-нибудь столь податлива, разве просила о чём-то настолько откровенно?
Разве способен будет кто-то ещё хоть раз проделать это с ней?[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

+1

29

Хороший мальчик…
Хороший мальчик, который практически повысил голос на собственного инструктора, потому что слишком гордый, слишком всезнающий и слишком вдающийся парень, каким он считает себя сам и каким его признают окружающие. Хороший мальчик, который вместо уборки затеял эту дурацкую во всех смыслах игру, потому что не смог противостоять зову собственного тела и не услышал доводы разума. Хороший мальчик, который даже сейчас, занимаясь сексом с едва ли не самой интересной девушкой всего их набора, потому что только она смогла заинтересовать одной своей выходкой с краденной книгой, продолжает с ней заигрывать, то бунтуя и пытаясь взять власть над положением в свои руки, то покорно сдается, строя из себя послушного и примерного мальчика. Хорошего мальчика, каким назвала его Ханджи. Ханджи, которая донельзя бесит тем, что называет его «хорошим». Знает, что его это разозлит и раззадорит. Знает и ждет.
Ждет, когда он крепко обхватит ее за бедра, ведя по коже, когда прижмется ближе и в свойственной только ему манере притянет к себе, снова падая в эту горячую близость, окунаясь в нее с головой. Потому что здесь больше никого нет, кто смог бы остановить или привлечь к себе.
— Тебе весело, — рыкнул раздраженно, но в глазах, таких темных сейчас, на самом их дне заплескался отблесками смех и веселье. — Издеваешься надо мной?
Приподнимает на руках над собой, смотря снизу-вверх в чужие глаза, чтобы потом снова опустить на себя так, что расстояние между ними осталось минимальным. Что ж, если у Зоэ еще хватает сил на то, чтобы насмехаться и дразнить, значит Эрвин недостаточно вкладывается. А Смит не из тех людей, кто терпит недоделанную работу с минимальными усилиями. Двигается то ритмично, то абсолютно беспорядочно, не давая возможности свободно продохнуть и вернуть мысли в порядок. Он добьется того, что единственное, что будет способна произнести девушка, это имя того, кто сейчас брал ее на столе, больше ни о чем не заботясь. Потому что ее стоны действовали на кадета похлеще, чем красная тряпка на быка.
— Хороший мальчик, говоришь? — смеется в губы и льнет к ним, вовлекая и отвлекая новым поцелуем. Потому что целовать эту девушку нравилось. Потому что ее прикосновения нравились. Потому что нравилось слушать надрывные стоны, которые Ханджи активно пыталась сдержать, дабы не привлечь сюда добрую часть людей из казарм. Нравилось до ощущения скручивания внизу живота, словно что-то внутри скребется. Потому что нравилось чувствовать губы ее у себя за ухом, где прикосновения к тонкой коже импульсами расходились по нервам, оседая зудом на кончиках пальцев. Нравилось внезапно понимать, что у тебя есть множество тех самых «слабых» местечек, из-за которых хочется довольно жмуриться, кусая губы, и просить так делать еще.
Эрвину все это нравилось. И жалко было только из-за того, что это все начало узнаваться только сейчас, а не раньше. А ведь, не случись этой по-настоящему внезапной встречи, ничего бы этого не было, а весь опыт пришлось бы отложить еще на пару лет. Потому что сначала учеба, потом экспедиции, и времени осталось бы совсем немного. Проводит языком по губам девушки, оторвавшись немного и заставив крепче обхватить себя ногами за спиной. Еще крепче и ближе. Приближается губами к уху.
— Я хочу это повторить, — прикусывает мочку, облизнув, — еще раз… — резко толкается глубже. — Потом, с тобой…
Когда-нибудь он хочет также снять с нее эти идиотские очки, казавшиеся на этом лице огромными. И чтобы это стало знаком к началу их новой игры. Хочет, чтобы Ханджи также игриво дернула за ремешки амуниции, как это было с самого начала. И повторить не потому, что их опять наградили нарядами, а потому, что они сами найдут время для встречи друг с другом, когда никто не станет контролировать и обещать зайти снова через пару часов. Чтобы им. Никто.
Не мешал.
[icon]http://i97.fastpic.ru/big/2017/1105/06/32f04ed07f891193e92909ef2a8a6f06.jpg[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Эрвин Смит, 16</b></a></div><div class="lzfan">Attack On Titan</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, остров Парадис;<br>» кадет, оболтус, будущий командор;<br>» шалить надо правильно</div>[/info]

+1

30

— Да, — смеясь, абсолютно бесстыдно ответила Ханджи, ни капли не жалея о том, что делала, и упиваясь его грудным рычанием, отдающим по всему телу приятной вибрацией.
Да, издевается. Выискивает уязвимости, ниточки, которые можно было поддеть ногтем и игриво дёрнуть за них, как за натянутую струну, чтобы узнать, какой мелодией они отзовутся в этот раз. Чтобы всё-всё про него узнать и загадочно улыбаться, когда в женских казармах в очередной раз зайдут толки о мальчишках, и в особенности — об Эрвине Смите. Слушать мечтательные бредни, небрежно отмахиваться от них и тайно, молчаливо знать обо всём, что так интриговало молодых кадеток: что ему нравится, как ему нравится, с кем ему нравится.
— И что ты мне за это сделаешь? — возвышаясь над ним, Ханджи даже не скрывала своего торжества, чувствуя совершенную безнаказанность. Но она тут же рухнула со своего пьедестала, когда Эрвин дёрнул её вниз, мгновенно стерев победное выражение с её лица и заставив громко рвано охнуть.
Их секс больше не был похож на размеренные качели, двигающиеся в своём плавном ритме: теперь это — дикая необузданная скачка, головокружительная гонка, от каждого крутого виража которой Ханджи подбрасывало так, что она едва могла удержаться, крепко цепляясь за Эрвина и полосуя его ногтями по спине, расчерчивающими кожу красными горящими следами. Щедро, чертовски щедро она осыпала его своими метками, как будто в тайне желала сделать Эрвина своим, не принадлежащим больше ничьим рукам, кроме её собственных, жадно хватающихся за его плечи. Как будто хотела быть единственный, кого он станет брать с таким юношеским неистовством.
Как будто не могла самой себе признаться, что желание это — чистая правда.
Вместо хоть сколько-нибудь связного ответа — протяжный, насильно заглушаемый стон, не дающий болтающимся в беспорядке словам собраться в предложение, вместо очередной задиристой фразы — попытка объяснить всё глазами, в которые Ханджи заглядывала сверху вниз, обняв лицо Эрвина ладонями и заставив его задрать голову и смотреть на неё, только на неё.  Растрёпанные тёмные волосы лезли в глаза, мешались, липли ко влажному лицу и щекотали их обоих, и всё вдруг стало так дико, так бессвязно и вместе с тем так потрясающе приятно, что даже молчаливым взглядом всех чувств невозможно было передать: закрытые жмурящиеся глаза и дрожащие губы, то и дело раскрывающиеся в попытке урвать как можно больше воздуха, — вот и всё, что она в силах была показать.
— Ещё, — как заветное для них слово выдохнула она, когда смогла приоткрыть затуманенные глаза. — Да… Ещё...  С тобой ещё...— вместо согласия отвечала Ханджи, сходя с ума при одной только мысли о том, чтобы снова впустить его в себя. По-новому, по-другому, сидя властно на нём верхом или лёжа под ним в его полном владении, позволяя Эрвину в любой момент  брать своё  или самой требовать этого. Часто. Много. — Везде.
Теперь Ханджи поняла, в чём была её прошла ошибка. Чем были плохи её искусственные стоны, которые она так старательно изображала, желая вывести Эрвина из себя. Теперь она поняла, в чём была её фальшь, потому что то, что она растягивала нараспев, не шло ни в какое сравнение с беспорядочными вскриками — настоящими, искренними, неконтролируемыми. Прижимаясь губами к его шее, Зоэ кричала, задерживая собственный голос в ловушке между раскрытым ртом и его кожей, и почти ничем более не сдерживаемые эмоции, в которые Ханджи тут же провалилась без оглядки, до беспамятства увлекли её.
Всё, что она помнила и всё, что знала сейчас — это его имя. И что она не хочет, чтобы эта ночь заканчивалась.
— Эрвин… — отрываясь губами в попытке что-то сказать, Ханджи успевала проговорить только его имя, и тут же вжималась в шею снова, заключая новый стон в тюрьму. — Я... Я… Эрвин. Эр…Эр… Эрвин, я…
«Обожаю тебя», «без ума от тебя», «в восторге от тебя», — кажется, она пыталась сказать что-то из этого, готовая признаться ему в чём угодно и дать согласие на любую просьбу в обмен на то, чтобы он просто продолжал остервенело двигаться в ней, выбивая крики. Но вместо этого, выпрямившись и вздымаясь грудью, она, прикрыв глаза, мучительно выдавила:
— Я на пределе.
И тут же, крепко зажав себе рот, изогнула спину со стоном громким. Истошным. И бешено, неукротимо восторженным.[status]renegade[/status][icon]https://i.imgur.com/syGpq1F.png[/icon][info]<div class="lzname"><a href="ссылка на анкету"><b>Ханджи Зоэ, 16</b></a></div><div class="lzfan">Shingeki no Kyojin</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Земля, Парадис<br>»сумасбродная девчонка, будущий гений Корпуса Разведки<br>» плохому научу</div>[/info]

Отредактировано Hanji Zoe (Вчера 02:07:50)

+1


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » Your innocence is mine


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC