chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » расскажи мне о своей катастрофе


расскажи мне о своей катастрофе

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

расскажи мне о своей катастрофе

http://funkyimg.com/i/2BSVG.png   http://funkyimg.com/i/2BSVE.png

участники:Габриэль & Адриан

время и место:особняк Агрестов, Париж // 2017, весна.

СЮЖЕТ
После событий с акуманизацией Габриэля и нахождения странной книги о героях прошло всего несколько лет. У каждой из сторон остались некоторые вопросы. Кажется, Адриан набрался храбрости поговорить с отцом о том, о чем сам Габриэль не стремится рассказывать. Но, готов ли сам Агрест-младший ответить на некоторые вопросы?

+1

2

Агресту пришлось потрудиться, чтобы снять с себя подозрения. Подумать только, личность Бражника могла быть раскрыта, а это сразу доставляет определенные проблемы. Злодей не был готов расставаться ни своей привычной жизнью, ни со своим альтер-эго  — но разве от прежней жизни что-то осталось? Портреты и напоминания, которые не дают забыть о цели, которая стала превыше всего  — Габриэль готов отдать слишком многое, чтобы заполучить шанс изменить прошлое. Неважно, сколько людей придется задействовать в своих планах, чьи судьбы придется поломать  — Агрест уже давно перешел черту, за которой ему нисколько не жалко никого.

— Мсье Агрест, — тишину в кабинете, прерываемую звуком росчерка каранадаша по бумаге, прерывает Натали,  — Там Адриан. Он хочет с вами поговорить.

— Скажи, что я работаю.  — в ледяном голосе модельера проскальзывает нетерпение, которое скрывает тонкую нить непонимания, почему помощница не может занять сына, прекрасно зная о занятости Габриэля. 

— Он настаивает. — голос Натали звучит напряженно, но женщина не виновата, что оказалась втянута в разборки двух Агрестов. Один жаждет внимания, а другой требует уединения. Кажется, это слишком привычный расклад в их жизни. Со смерти жены, Габриэль выделял все меньше времени на сына. Это не значило, что он меньше любил Адриана  — тонкая ниточка осознания будущей цены вперемешку с уверенностью в праведности своего дела. Он хочет исправить ошибку прошлого, заполучить ту силу, которая способна сделать его властным над всем миром. И, честно говоря, Агрест хотел бы оградить от всего этого единственного ребенка, но каждый раз задает себе один и тот же вопрос — а что, если нет?

Он уже готов приказать занять сына чем-то более продуктивным, чем донимание единственного родителя, но вовремя вспоминает о кольце. Том самом, которое слишком знакомо по иллюстрациям в той же книге. Впрочем, эту мысль Габриэль старается отмести на задний план, но все же берет на заметку  — возможно, это уже воображение играет с модельером злую шутку. Такое маниакальное желание заполучить талисманы Кота Нуара и Леди Баг может сыграть злую шутку, теперь всюду мелькают талисманы и возможные кандидаты на роль неуловимой парочки. Совсем с ума выжил! На этой мысли Габриэль откладывает карандаш и скетч-бука. Пауза определенно затянулась, так как на той стороне связи Натали вероятно уже седеет, не зная, куда деться и что ответить.

— Скажи, я буду рад поговорить с ним в гостиной. — это «рад» звучит так прохладно, слишком неестественно для родителя, который не так много общается со своим собственным сыном. Габриэль все больше занят бизнесом, новыми коллекциями, а также своими злодейскими планами, что времяпровождение с сыном в последнее время перекладывалось на Адриана. Может быть, случилось нечто важное. Впрочем, учитывая, что еще пару дней назад в этом особняке был погром, то не удивительно, что Адриан волнуется. Так или иначе, его отец стал жертвой Бражника, и если за ним до сих пор не пришли, то эта легенда работает на все сто. Можно не отвлекаться от заданной цели.

Габриэль заходит в просторную гостиную спустя пару минут. На мгновение он тревожно смотрит на сына, будто ожидает какой-то реальной проблемы. Тревога на мгновение обуяла сознание, но, случилось что-то по-настоящему серьезное, он бы обязательно узнал. Натали или охрана ему бы обязательно сообщили. Или нет? Ладно, что-то нервы в последние дни совсем ни к черту. Агрест вздыхает, привычным движением скрепив руки за спиной.

— Ты хотел поговорить. — он мог бы говорить куда мягче, а не тоном, будто у Адриана есть пять секунд, а потом светлый образ отца растворится в бесконечных делах и заботах, в которых сам сын отходит на второй план. Что с ним может произойти? Агрест предусматривает почти все, потому что безопасность сына сейчас для него очень важна. Пока он в комфорте и ему ничего не угрожает, то все будет хорошо. Бражнику не придется отвлекаться, что он случайно навредит Адриану (ха-ха). Мужчина несколько секунд смотрит на юношу, потом чуть улыбается и садится в кресло. Ладно, он дает больше пяти секунд. Наверное, потому что видит  — Адриан определенно горит желанием поговорить. Даже любопытно, на какую тему.  — Что-то произошло, Адриан? — он правда старается говорить с ним куда мягче обычного, но все равно получается отчужденно. Габриэлю не безразлична судьба сына, но в его системе мировоззрения все уже предусмотрено  — проблемы Адриана могут решиться и без этого разговора. Но, кое-что Агрест предусматривать отказывается. Например, то, что он нужен собственному сыну, с которым говорит откровенно и без стен слишком мало. Он невольно вспоминает Коллекционера и тот страх, что он мог самолично навредить Адриану, когда стал громить поместье и заключать в заколдованный скетчбук всех подряд.

+2

3

У Адриана не так уж и много близких людей, которые были действительно ему дороги, а что касается родных, то их можно пересчитать на пальцах одной руки. Особенно теперь. После исчезновения матери больше всего на свете Адриан боялся потерять кого-то ещё. Испытывать снова всё то, через что прошёл всего несколько лет назад? Ни. За. Что.

Так что ничего удивительного, что Агрест здорово испугался новости, что Бражником может оказаться его отец. Он ожидал услышать от своей напарницы чьё угодно имя, но не единственного родного человека, который у него остался. В это было сложно поверить, и, если честно, верить вовсе и не хотелось, хотя слишком многие вещи доказывали обратное. И юноша испытал просто громадное облегчение, когда версия Ледибаг не оправдала себя. Отец лишь стал очередной жертвой Хищной Моли, за что Адриан возненавидел злодея ещё пуще прежнего. Жизнь старшего Агреста и так однажды подвергалась опасности из-за Жакади, который чуть не заставил именитого дизайнера спрыгнуть с крыши, если бы не своевременное вмешательство Леди и Нуара. А теперь ещё и чертова акуманизация.

К счастью, всё обошлось. Кот и его напарница одолели Коллекционера и вернули Габриэлю Агресту контроль над собой. А затем и нашлась эта треклятая книга, которую Адриану вообще не стоило трогать, идя на поводу у своего поистине кошачьего любопытства, тогда бы ничего не произошло. Но время, как всем известно, не имеет сослагательного наклонения, главное, что кончилось всё хорошо, так?

Тем не менее Адриану не давали покоя вопросы, на которые он хотел знать ответы, но не мог их найти сам, вставая в полный тупик. Откуда, например, у отца эта странная книга о супергероях? Откуда о них знала мама, если по словам старшего Агреста книгу ему подарила именно она? Не мог же столь занятный фолиант, иллюстрирующий предыдущих владельцев талисманов и содержащий в себе непонятные древнекитайские символы и иероглифы (ни один из которых, не смотря на владение китайским, расшифровать Адриану не удалось), попасть в руки простого человека. Или мог? Что-то здесь было не так, и как один из владельцев талисмана чудес, он очень хотел понять, что. Может быть, ему станет немного спокойнее, если он всё таки поговорит с отцом? В конце концов, никакого вреда от этого не будет.

Решившись, юный Агрест порывисто вскакивает с кровати, на которой доселе лежал, безыинтересно созерцая высокий потолок, погружённый в раздумья над всем, что произошло пару дней назад, и оставив Плагга уничтожать очередную порцию камамбера, выходит из комнаты.

— Натали, отец у себя? - завидев женщину за рабочим местом, интересуется он, заранее зная ответ.

— Да, он занят, - отзывается та, отрывая несколько удивлённый взгляд от монитора и переводя его на подошедшего Адриана.

Другого ответа я и не ожидал.

Однако Адриан не был намерен отступать. Внутри взыграло нуаровское упрямство и не желание так просто и быстро капитулировать.

— Передай ему, что я хочу с ним поговорить. Пожалуйста.

Мольба, промелькнувшая в его голосе вынуждает собиравшуюся было возразить секретаршу, растерянно моргнуть, и, чуть поколебавшись, со вздохом она нажимает кнопку селектора, докладывая боссу о просьбе его сына.

Холодный тон отца заставляет Адриана невольно почувствовать себя шкодливым котёнком, напрасно отнимающим драгоценное время своего хозяина. Он нервно потупляет взгляд, но упрямо не сдвигается с места, и Натали, замечая его смятение, убеждает начальника, что поговорить с ним хотят именно сейчас.

На девяносто девять целых и девять десятых процентов юноша был уверен, что старший Агрест откажется, ссылаясь на свою извечную занятость, и уже прикидывал, не стоит ли ему самому войти в кабинет без разрешения, дабы дать понять всю серьёзность своих намерений, как с той стороны динамика раздаётся положительный ответ, приводя Андриана в некоторое замешательство.

— Думаю, тебе сразу стоит пройти в гостинную, - с явным облегчением расправляя плечи, произносит Натали. Выдержке и стрессоустойчивости этой женщины оставалось только позавидовать: мало того, что она постоянно работала на такого человека с непростым характером, как отец Адриана, так ещё и попала под раздачу Коллекционера, который запер её тогда в своём скетчбуке и всё равно продолжает держать планку. Уже за это Адриан её уважал, а так же был благодарен Натали за лояльность, которую она проявляла по отношению к нему.

Большая просторная гостиная, не смотря на постоянно поддерживаемую в ней (как, впрочем, и во всём доме) чистоту при помощи горничной, однако в последние годы пустовала слишком часто, настолько, что Адриан начинал забывать детали её обстановки. Хотя он прекрасно помнил, что в помещении, выдержанном в сдержанных серых и чёрных тонах, раньше преобладало много сочных зелёных и синих оттенков, всюду в вазах стояли белые лилили – любимые мамины цветы, испускающие по всей гостиной тонкий аромат, ассоцирующийся с лучезарной хозяйкой особняка. Ах да, а в середине раньше стоял белый рояль, на котором она часто играла и учила играть своего сына.

Однако так было до её смерти. Цветы давно завяли, рояль перенесли в комнату Адриана, а огромный дом опустел вместе с уходом матери, немым напоминанием о ней остались лишь портреты, развешанные почти в каждой комнате. Особняк, в котором Адриан буквально вырос, с тех пор стал для него огромной золотой клеткой, из которой удавалось вырваться лишь в обличие парижского героя в чёрном костюме. Быть может, если бы Габриэль хоть немного ослабил контроль над собственным сыном, дал ему чуть больше свободы действий, стены родного дома тогда не казались бы такими давящими и угнетающими, словно тюремные своды?

Покачав головой, Адриан со вздохом опускается на диван, упираясь подбородком на скрещенные пальцы и тоскливо глядя на пылинки, витающие в воздухе, ожидая отца, который не заставляет себя долго ждать. На автомате выпрямляет спину под изучающим взглядом родителя, против воли чувствуя себя виноватым за то, что отвлекает его от работы. Но ведь, если на то пошло, он и так делает это не часто, уважая деятельность старшего Агреста и не отвлекая его по пустякам, разве он не имеет право хоть немного пообщаться с отцом? Что в этом ненормального?

— Нет, ничего не случилось, - на секунду юноша запинается, осознавая, насколько редко у него бывают простые непринуждённые разговоры со старшим Агрестом. Чуть смягчившийся, но всё равно звучащий несколько холодно тон отца нервирует, мешая сосредоточиться, но всё же Адриан, неуверенно покрутив кольцо на пальце, выдыхает, собираясь с мыслями и продолжает: - Прости, что заставил тебя отвлечься от дел, но я просто немного переживаю после всего, что случилось пару дней назад, да и хотел поговорить о... той книге.

Он замирает, внимательно взглядываясь в спокойное лицо отца и следя за его реакцией, пытаясь угадать его настроение и в глубине души надеясь, что Габриэль просто не оказывает ему одолжение своим присутствием, а действительно готов в диалогу. В конце концов, они не чужие друг другу люди, ведь так?

+1

4

Габриэль не готов расстаться со своими секретами, даже в отношении собственного сына. Возможно, он не хочет посвящать его и в них из соображений безопасности. Или не уверен, как отнесется Адриан к его «великой цели»? Уже поздно что-либо менять, потому Габриэль предпочитает придерживаться привычной для него стратегии — сын должен знать ровно то, что ему необходимо. Так будет лучше, впрочем, лучше скорее всего именно для Агреста-старшего, нежели для запертого в бесконечных правилах со стороны семьи юноши.

— Все хорошо.
— губ касается еле заметная улыбка, призванная успокоить собеседника. — Благодаря помощи Леди Баг и Кота Нуара мне теперь нечего опасаться. И я им за это очень благодарен, ведь я мог навредить тебе и другим людям. — на лице модельера возникает неподдельное легкое волнение, потому что контролировать себя в роли Коллекционера он не был способен. Неизвестно, чтобы было, если бы на пути его акуманизированной личности возник родной сын. Сын, который чудесным образом избежал порывов Коллекционера.

Ему практически легко удается упоминать имена фактических врагов. Впрочем, на все это и было рассчитано: возможные подозрения, которые совсем не беспочвенны, были сбиты акуманизацией. Леди и Кот просто обязаны были прийти на выручку, другого варианта не предвиделось, потому Габриэль предпочел рискнуть. Все ради новой попытки отобрать талисманы у героев, ради шанса изменить роковую ошибку, сделавшую жизнь Агреста невыносимой. Все готов сделать, даже лгать, смотря в глаза собственному сыну.

— Хорошо, что в нашем городе есть герои, способные противостоять злу. Злу, которому мы сами в себе противостоять не в силах. — на полном серьезе заявляет Бражник с той же неподдельной уверенностью, потому что раскрывать другую истину не готов. Но, вопрос о книге тут же навеял куда более личные воспоминания. Габриэль меньше всего хотел говорить о книге, но деваться некуда. Вряд ли Адриана устроит его категоричное нежелание говорить на эту тему. Тем более, что Бражнику и самому было о чем спросить сына. — Я уже говорил, Адриан. Эта книга — подарок, который оставила мне твоя мать незадолго до того, как исчезла в Тибете. — само воспоминание об этом причиняло французу боль. Он винил себя за то, что не смог ей ничем помочь, теперь же отчаянно жаждет вернуть её. Неважно, какой ценой, но больше Габриэль не окажется в стороне.

— Она была очень важна для нее.
— голос невольно изменился, теряя холодные нотки, приобретая некую задумчивость. Агрест редко, когда говорил о супруге и её вещах после того самого трагического случая. — И она хотела, чтобы книга была у меня. Сказала, что она вдохновит меня, не даст творческой депрессии возобладать. Твоя мать всегда знала, как мне помочь. — Габриэль позволяет себе короткий вздох, пытаясь вырваться из счастливых воспоминаний прошлого. Времен, когда ему не приходилось создавать вокруг себя имитацию счастливой жизни, не выдавливать фальшивые эмоции и не скрываться. Ничего этого не было нужно, ведь Габриэль был счастлив рядом с возлюбленной. Но, счастье долгим не бывает.

— Я не знаю, как она оказалась у нее. — ложь. — Но, эскизы там и правда великолепны. — полуправда, ведь суть там отнюдь не в картинках. Она и правда вдохновляет Агреста, каждый раз вдохновляет приказывать Нууру распускать темные крылья. Вдохновляет стремиться к своей темной цели раз за разом, не взирая на цену. Неважно, какой она будет. — Скажи мне, как ты открыл сейф? — внезапно спросил Габриэль, даже постаравшись придать своему тону менее холодной строгости. Будто они и правда сейчас говорят по душам, а не пытаются друг другу рассказать убедительные истории того, как оказались в подобной ситуации. Впрочем, Агрест-старший вовсе слишком редко говорит с сыном вне строгих выговоров и рекомендаций, которые больше похожи на приказы.

Многие вопросы пришли к Габриэлю уже после, когда тревога за возможное раскрытие сошла на нет. Сын открыл сейф, кода от которого знать не должен. Сын носил кольцо, которое слишком напоминало небезызвестное кольцо Кота, изображенное в той же книге. Габриэлю хотелось не верить в подобный расклад, но вопросы все равно имелись. В конце концов, не только Адриану задавать сегодня неловкие вопросы родственнику. Возможно, ответы не придутся по душе Габриэлю, но сейчас малодушно хочет услышать о чистой случайности, которая свела некоторые элементы головоломки воедино. Открывать охоту на собственного ребенка? Агрест-старший маниакально пытается защитить Адриана, при этом не менее маниакально преследует Кота Нуара. Уровень иронии здесь просто зашкаливает, если честно, и Хищная Моль еще не готова к правде. Впрочем, со стороны Адриана это, вероятнее всего, абсолютно взаимно.

Отредактировано Gabriel Agreste (2018-02-12 03:14:29)

+2

5

Знал бы ты, как это временами сложно, - мелькает в голове у него, когда отец упоминает «французских стражей», как их пафосно окрестили журналисты.

Сложно, когда имея дело с близкими, приходится играть сразу две роли: себя в обычной жизни, и себя в супергеройской ипостаси, делая так, чтобы тебя ни в чём не заподозрили.

Сложно вести двойную жизнь и лгать, придумывая всяческие правдоподобные отговорки своим опозданиям на занятия, вынужденным отказам провести время с друзьями, вместо этого устраивая очередной патруль, или же сразу направляясь утихомиривать очередного разбуянившегося акуманизированного, а так же попыткам объяснить, откуда появилась внезапная, например, хромота или заметная ссадина или синяк, который не удалось скрыть под одеждой.

Сложно, потому что большинство марионеток Бражника теряют здравый рассудок, не жалея при своих атаках ни невинных гражданских, ни городское имущество, ни самих своих оппонентов, которым, к слову, всегда и доставалось больше всех.

Такова незавидная доля защитников Парижа. Большая ответственность, однако почему-то возложенная на плечи двух подростково, которые, решая чужие проблемы, пытаются убежать от своих.

И тем не менее, Адриан не желает расставаться с тем, что появилось у него с приобритением камня.

Он невольно замирает, жадно вслушиваясь в слова отца, хоть упоминание о Тибете тут же отдаётся привычной ноющей болью в груди, ведь именно туда семейство Агрестов отправилось в составе трёх человек, а вернулось уже только двое. С тех пор всё перевернулось с ног на голову. После случившегося они очень редко разговаривали о маме, Адриан прекрасно понимал, почему, но иногда ему не хватало именно этого.

Возможно, книга у неё была давно, досталась от родителей, однако младший Агрест ничего не знал о своих бабушке и дедушке, которых не стало ещё задолго до его рождения, или же мама купила её где-то в антикварной лавке. Она любила всякие необычные старинные вещи, а книга, несомненно, по виду выглядела весьма старой. Но эти иллюстрации.... Кто бы ни был автором, очевидно он хорошо был осведомлён о героях и духах, населяющих их способностями.

Адриан, конечно, понимал, что рано или поздно отец задастся вопросом, как его сын умудрился вскрыть сейф, не зная кода, (да и о существовании самого сейфа до определённого момента), но этот вопрос застаёт мальчика врасплох. Бросив на Габриэля потухший от раздумий взгляд, он стыдливо отводит глаза, судорожно пытаясь придумать правдоподобный ответ.

Пусть отец больше не и злится за произошедшее, всё же Адриан всё ещё чувствует себя пристыженным за то, что сам спровоцировал акуманизацию старшего Агреста. Не следовало трогать его личные вещи. Но кто же знал, что книга так много для него значит?

Юноша совсем не был приучен врать кому либо, а тем более родным, но и делиться с отцом своей тайной Адриан не был готов. Хотя бы потому, что не знал, как именно отнесётся старший Агрест к тому, что не смотря на все меры предосторожности, которые он предусмотрел по отношению к сыну, тот чуть ли не ежедневно рискует собственным здоровьем, а то и жизнью, противостоя Бражнику. Нет, не самая удачная идея рассказывать ему об этом. К тому же, если Хищная Моль как-нибудь узнает о личности героев, он обязательно попытается надавить на их слабые места, используя в этих целях их родных и близких. Поэтому приходилось играть на публику, развивая в себе актёрские навыки.

Сейф, конечно же, взломал Плагг, способный проходить через стены, но, к счастью, по утверждению самого квами таких как он, не могут засечь фото и видеокамеры. Иначе бы Агресту пришлось объяснять, что это за существо рядом с ним, кто оно и откуда, а за этим немеделенно последовало бы и рассекречивание самого альтер-эго Адриана.

— Эм... Он не был заперт, - потирая шею в попытке расслабиться и выглядеть уверенее, отвечает, наконец, он. Лгать тяжело, да и неприятно - «Но эта ложь во благо» - пытается утешить себя Адриан и продолжает: - Разве ты не помнишь? Когда я пришёл, ты говорил по телефону и у меня на глазах захлопнул портрет, за которым скрывается сейф. Я бы не смог взломать его, не зная кода.

Агрест очень старается звучать убедительно, надеясь, что Габриэль купится на эту ложь. Он действительно тогда был занят разговором с кем-то по телефону, заметно нервничал и куда-то очень спешил, а в таком состоянии любому человеку свойственна некоторая рассеянность. Возможно, отец сам поверит, что убирая в сейф фолиант, просто не захлопнул дверцу до конца, поглощённый телефонным разговором.

Что ж, мама, вот до чего докатился твой сын. Врёт в лицо собственному отцу.

+1


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » расскажи мне о своей катастрофе


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC