chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » смилуйся, Ангулема


смилуйся, Ангулема

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

смилуйся, Ангулема

http://s8.uploads.ru/zNolS.gif http://sh.uploads.ru/o5msp.gif http://s9.uploads.ru/04F2u.gif

http://sg.uploads.ru/xQChJ.jpg

◄ о, ему не все равно! и моя маленькая внутренняя Мелитэле, плавно покачивая бедрами, танцует победный полонез. ►

участники:маленькая разбойница и чёрный рыцарь;

время и место:Боклер, зима 1267 г.

СЮЖЕТ
Учиться никогда не поздно. Особенно когда в библиотеке сиятельной княгини попадается крайне занятное чтиво!

Отредактировано Cahir (2018-05-28 23:13:55)

+11

2

Н-да, чем дольше они пребывали в Боклере, тем больше Ангулема начинала понимать свою матушку, которая от скуки стала ездить верхом на коньке конюха. Милые лыцари («Рыцари,» — поправлял ее внутренний Регис) были счастливы перевести внимание с набивших оскомину прелестных помпезных барышень высшего света на простую, как медная монета, Ангулему. Веселую, хохочущую с шуток, остроумную, но немножко дуру. Эти мужики преследовали Ангулему по пятам и всячески за ней ухаживали, но слишком скоро общение с ними стало усложняться тем, что-о-о… Ангулема вообще не понимала, о чем идет разговор. В основном к ней обращались с вопросом, что она читала, на каких музыкальных инструментах умеет играть, какой танец танцует.

А она не умела. Не учили в приюте обыкновенной грамоте, из музыкальных инструментов были нервы попов, а танцами назывались вот эти странные движения, которые производятся сами по себе, если хорошенько надраться.

Решила Ангулема все-таки заняться своим образованием. Логично было бы попросить Региса научить ее читать заумные слова, но ей становилось скучно и уныло уже на этапе представления уроков от древнего кровососа, простите, вампира. Ангулема знала какие-то элементарные слова, а еще некоторые могла и сама воспроизвести — на том же заборе, например, расписать, где и кого видела, кто и когда с кем сношался, а у кого между ног мизинчик. Но что-то умнее односложных слов для Ангулемы представлялось проблемой мирового масштаба.

В библиотеке Анны-Генриетты пыльно и воняет умершим весельем. Ангулема шатается от стеллажа к стеллажу и открывает первые попавшиеся на глаза книжки, листает их, не видит картинок и кладет обратно. С каждой секундой желание становиться образованной отмирает все сильнее, пока Ангулема не лезет по лестнице к книгам на самых высоких полках. Обычно именно там прячутся самые интересные книжки, и скорая находка приятно радует глаз непоседливой бандитки.

Усевшись где-то в тени, Ангулема принялась читать поэму об отношениях Христиана Серого и Анастасии аэп Дилдо Стил.
Ну и девка, — восхищенно присвистнула Ангулема, продираясь сквозь непонятные слова и узнавая только те, которые обозначали письки, жопы и боль. Но даже со скудоумием Ангулемы было понятно, что девка Настя была бешеной, а мужик этот ее обожал жарить своих баб каким-то дюже жестоким способом.

А картинки-то какие было! В них Ангулема разглядела та-а-акую елду христианову, что аж позавидовала этой мымре Анастасии. Пролистывая все эти непонятные и скучные страдания бабы, упоминания ее внутренней Мелитэле, а также попытки главных героев между собой как-то разговаривать, а не сексом трахаться, Ангулема наконец добралась до самой маковки!

А, холера, — выругалась девчонка, яростно помолотив воздух ногами, потому что «самая маковка» содержала в себе целую тонну новых словечек, которые не то что понимать, читать — страшно!

Подхватив книгу подмышкой, Ангулема пошла на поиски кого-нибудь из ганзы, к которому можно было обратиться за помощью. К тетечке Мильве было идти опасно, у нее с настроением в последнее время непонятно. Дядечка Геральт занят своими ведьмачьими делами. Регис… Ну нахер, не надо. А Лютик пусть дальше лобызается в зубы с княгиней.

О, Кагыр!

Его она нашла в просторной зале, сидящем между баронессками Никой и Келиной. Зрелище было то еще, Ангулема не знала: смеяться ей или блевать от тошноты. Томно поглядывая на Кагыра, две курицы с красными щечками пытались его развратить, а Кагыр сидел и как горох о стену — ноль реакции. Тут Ангулема подумала товарища-то от лап бабских спасти.

Тетечки! — лучезарно улыбнулась паршивка, наблюдая, как лица баронессок кривятся. — Такое тут дело, у меня на спине нарыв скоро-скоро прорвется, говнища, то есть, гноища полезет. Вы мне место освободите, тетечки? Уж больно очень, надо бы не заляпать все.

Дичь дикая, но баронессок как ветром сдуло, отчего Ангулема победоносно ухмыльнулась и плюхнулась на место рядом с черным лыцарем. Рыцарем-рыцарем, да-да, помню!
Эффектно я их, ага? — захихикала она с гаденьким счастьем. — Кагыр, просьбочка к тебе у меня вот! Услуга за услугу! Читать я тута учуся, но сложно очень, — облизнув пальчик, Ангулема долистала до «самой маковки» и ткнула в непонятное слово. — Что такое «залупа»? [nick]Angouleme[/nick][status]а я персик[/status][icon]https://data.whicdn.com/images/64065637/large.png[/icon][sign] [/sign][info]<div class="lzname"><a href=""><b>Ангулема, 17</b></a></div><div class="lzfan">the witcher</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Континент<br> » кавайный элемент с помойным ртом<br>» зажить дорого-бохато</div>[/info]

+9

3

Кажется, приходилось привыкать к тому, что остаться наедине с собой в Боклере невозможно, если, конечно, ты не высший вампир, способный становиться невидимым. Кагыр сейчас этому таланту изрядно так завидовал - в последнее время он чувствовал себя дичью на охоте, и днём, и ночью оставаясь под прицелом вездесущих придворных барышень, для которых таинственный нильфгаардский рыцарь был, с одной стороны, загадочной диковинкой, а с другой - чем-то куда более близким, нежели дикари-нордлинги, а оттого ещё более привлекательным. Кагыр едва успевал запоминать имена, и вереница бесконечных Оделий, Аннелиз, Матильд и Клементин лишь пестрела перед ним, почти неразличимая. Даже в пустынных лабиринтах дворцовых садов он повсюду слышал тихое хихиканье притаившихся в очередном гроте графинь, герцогинь и баронессочек, можно было и не мечтать о том, чтобы уединиться в стенах замка. К сожалению, рыцарская честь вкупе с безупречными манерами не позволяли Кагыру отказать даме во внимании, пусть это начинало нешуточно утомлять.

Страшно хотелось открыть окно, выглянуть наружу, вдохнуть морозный воздух - от головокружительной смеси ароматов тяжёлых духов, застоявшейся в воздухе, уже болела голова. Впрочем, к этой неприятности Кагыр почти привык - после того, как ему едва не сняли скальп в Стоках, головные боли преследовали его неотступно. Когда переставали действовать снадобья Региса, тяжесть внутри черепа становилась и вовсе настоящим кошмаром. Виду, само собой, Кагыр не подавал, да и ни к чему это было - ему приходилось терпеть многое, и какая-то головная боль уж точно не заслуживала столько внимания. Ведь не жаловался же ведьмак, когда его скручивало (буквально, а вовсе не метафорически) от боли в колене, пусть на его перекошенную физиономию становилось жутко смотреть; не жаловалась даже Мильва, чей стоицизм внушал Кагыру непомерное уважение. В общем и целом, перед туссентскими барышнями он неизменно сохранял лицо, пускай в моменты, подобные этому, он бы с удовольствием хоть из окна сиганул.

- О, сир, но неужели в нильфгаардской армии всё так строго? - леди Келина захлопала длинными ресницами часто-часто, что Кагыру на секунду показалось, будто он даже дуновение ветерка почувствовал, - Настолько суровая дисциплина губит рыцарей, делая из них солдафонов!
Не успел Кагыр вежливо поинтересоваться, чем же, по мнению прекрасных леди, рыцарь принципиально отличается от солдата, Келину перебила вторая баронесса:
- А какой же рыцарь без дамы сердца? - лукаво улыбнувшись, леди Ника стрельнула глазками, чего Кагыр, к счастью, не заметил, даже растерявшись от такого резкого перевода темы с нильфгаардской военной машины к делам любовным, - Вот у вас, сир, есть дама сердца? Или в нильфгаардской армии и этого не дозволено?
О том, что ему непременно полагалось иметь даму сердца, иначе "какой же он рыцарь вообще", Кагыр как-то не задумывался.
- Что ж, ну... Конечно же, многие солдаты находят себе спутниц жизни, женятся, даже заводят семьи, но теперь ведь идёт война, и...
- Ах, но это же так романтично! Прямо как в балладах маэстро...
Узнать, что за маэстро бередили умы юных дам фантазиями о любви посреди битв, Кагыру, к счастью или нет, так и не удалось. Сию невыносимо душную и томную сцену прервала неожиданно возникшая в дверях Ангулема, и, кажется, настроена она была воинственно. Во всяком случае, когда она вот так улыбалась - хорошего точно ждать не следовало.

Впрочем, сейчас Кагыр был ей рад как никогда. Восхитительная в своей изобретательности омерзительная импровизация немедленно распугала девушек, а для него стала прямо-таки глотком свежего воздуха. Кагыр прыснул под нос, когда шуршащие платьями баронессочки скрылись в коридоре (в том, что они станут подслушивать, он ни секунды не сомневался), и, наконец, взглянул на Ангулему, с лица которой ещё не сошла воинственно-гадливая гримаска. Очевидно, эта маленькая сценка была лишь прелюдией к основному действу, и гадать долго Кагыру не пришлось - подсунутая ему под нос книжечка, видимо, и была причиной её появления. Не успев похвалить её за рвение к новым знаниям, Кагыр пробежал глазами по строчкам, выхватывая из витиеватого текста слова вроде "корсаж", "соски", "мокрое кружевное исподнее", "мой набухший бутон" и прочее, и прочее, сам не заметив, как залился краской от пяток до самых ушей. Ещё до того, как Ангулема задала свой вопрос, разя, как обычно, прямо в лоб.
- Ты где это взяла? - перебил он её, захлопывая книжку - но не тут-то было, снаружи она оказалась не менее похабная, нежели внутри. Неудивительно, почему именно этот экземпляр так привлёк внимание Ангулемы, уж таких сальных и откровенных иллюстраций Кагыр в жизни не видел, - Что за... Поэма о пятидесяти серых цветках? Что за бред, не бывает же...

Но, кажется, это всё было уже совершенно неважно. Судя по горящим глазам Ангулемы, выпустить из рук грязную книженцию её не заставило бы и появление Дикой Охоты прямо посреди дворца, а его она уже приметила своей жертвой. В награду, стало быть, за спасение.
- Другого чтива в княжеской библиотеке, надо думать, не нашлось, - обречённо подытожил Кагыр, тяжело вздыхая. И где был Регис, когда его подробные лекции на любую тему были так нужны?... Впрочем, нет. Чего-чего, а трёхчасового объяснения значения слова "залупа" с анатомическими подробностями (спасибо, что хоть не демонстрацией) Кагыр бы точно не пережил.

Отредактировано Cahir (2018-06-15 02:41:23)

+10

4

Страшно признавать, но Ангулема даже загляделась тем, как Кагыр в кратчайший срок залился алой краской, становясь подстать цвету платья одной из ряженых баронессок. Дивное это все-таки было зрелище, когда вроде бы смелый и сильный рыцарь вмиг из-за какой-то похабной книжонки превратился в сущего мальчишку, что даже женской титьки не видывал, кроме как своей мамки. Ангулема такого Кагыра имела честь лицезреть лишь однажды, но тогда особого внимания не обратила на живую реакцию нильфгаардца, слишком занятая предложением отдаться Геральту. А вот теперь да. Теперь можно распахнуть рот и вылупиться с широко раскрытыми глазами-блюдцами.

Да в библиотеке здешней, где еще я могла надыбать такое золотце, — безучастно объяснила Ангулема и пожала плечами с таким видом, будто она до этого была еще в десятках таких вот княжеских библиотеках и вот в каждой есть по томику поэмы о пятидесяти серых цветках. Да!

Фыркая на дурака-Кагыра, ничего не понимающего в высокой поэзии, Ангулема выхватила из его рук книжку и смерила его разочарованным взглядом. Однако срываться с места и бежать за кем-то другим, кто в «залупах» знал толк, она не спешила. Кагыр сам себе буквально только что нажил проблемы в лице любопытствующей бандитки, и теперь от его желания продолжать разговор мало что зависело. Ангулема задала цель, осталось добраться до нее напролом.

Брось ворчать! Чего ты так краснеешь с каких-то голых писек и сисек, будто ни разу не ночевал на сеновале, — проворчала для виду Ангулема и тут же незаметно бросила внимательный взгляд на выражение лица Кагыра. — Ой-ой-ой, неужто в яблочко попала, да ла-а-адно…

Ангулема присвистнула. Если она, девчонка несносная, в принципе ни с кем особо не старалась держать себя в рамках приличия («приличия», мда, для кого они созданы?!), то с Кагыром, в отличие от всех остальной ганзы, она вообще чувствовала себя абсолютно свободной в выражениях и действиях. Сказывалось то, что выглядел рыцарь крайне молодо и звать его «дядечкой» язык совсем не поворачивался. С Мильвой, Геральтом и Регисом Ангулема раз в недельку-то хотя бы подбирала слова в разговоре, а с Кагыром-то… зачем?

Вот и сейчас, чувствуя вседозволенность, Ангулема сощурила глаза и присела поближе к Кагыру, положа руку ему на плечо, тем самым давая понять, что нильф попал и попал так страшно, что его никто не отпустит, пока он сам дух не испустит.

Никто не кагырил твой кагыр? Ты никому не нильфгаардил мягкие темерии? Ты еще мне скажи, что в жизни никогда не видел в глаза эту самую залупу! Холера, Кагыр, вот почему ты всегда такой убитый и унылый! Ты ж не трахал девок! Аха-ха-ха!

Расхохотавшись в голос, Ангулема тем самым привлекла внимание подслушивающих за углом баронессок. Заметив их перекошенные от возмущения лица, бандитка показала им крайне неприличный жест (означавший, мол, «засунь кувалду себе в седалище и там прокрути») и весьма деликатно попросила их проследовать по пути, который знаком для каждой портовой шлюхи, то бишь, куда-то в пешее эротическое. «Я важные разговоры тут разговариваю, ишь!» — с такими словами Ангулема и прогнала девулек. [nick]Angouleme[/nick][status]а я персик[/status][icon]https://data.whicdn.com/images/64065637/large.png[/icon][sign] [/sign][info]<div class="lzname"><a href=""><b>Ангулема, 17</b></a></div><div class="lzfan">the witcher</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Континент<br> » кавайный элемент с помойным ртом<br>» зажить дорого-бохато</div>[/info]

+11

5

"О Великое Солнце, где я так согрешил по жизни" - мысленно вопрошал Кагыр, возводя глаза к роскошной лепнине на потолке. Но то ли до Туссента сияние Великого Солнца не распространялось, то ли Кагыр по нильфгаардским меркам действительно был страшным грешником, но Ангулема со своей похабщиной явно не собиралась искать более интересный объект для умопомрачительных острот.
- А тебе-то что за дело, где я не ночевал? - сердито шикнул на неё рыцарь, захлопнув книгу прямо под её любопытным носом, едва его не прищемив. Но было уже поздно идти на попятную, Ангулему уже понесло, и совсем не в те степи, о которых Кагыр вообще хоть с кем-нибудь хотел беседовать. И чего у всех в этом проклятом крае вина и любви какое-то обострение случилось?! Что ведьмак, по углам зажимающийся с этой драной кошкой Фрингильей, что Регис, мечтательно ведающий увлекательнейшие (на самом деле нет) многочасовые выдержки из своей биографии с подробностями вампирской личной жизни, о коих Кагыру знать вовсе не хотелось, что томно вздыхающие над ним дворяночки, а теперь и Ангулеме захотелось выяснить, как там оно, у нильфгаардских рыцарей, с альковными делами.

Иногда Кагыру казалось, что однажды от хохота Ангулемы в боклерском дворце вылетят все витражные стёкла, но если они пережили и этот взрыв, то, очевидно, окна тут куда крепче, чем могло показаться со стороны.
- Закончила? - мрачно подытожил он, красный от кончиков ушей до мизинцев ног. Шутки шутками, а если эту девчонку не остановить вовремя, слушать ему целый парад пошлых географических эвфемизмов до самой ночи, - Вот можно подумать будто ты трахала девок, великое дело...
Смороженное Кагыр понял не сразу и запоздало прикусил язык. Прежде, чем Ангулема начала распространяться о своих похождениях, предпочтениях и вспоминать былые времена, рыцарь торопливо раскрыл злосчастную книженцию - на переплёт он и смотреть не мог.

- Хорошо, хорошо, хочешь читать научиться, говоришь? Так давай, ладно уж! - Кагыр открыл самое начало - там, где обычно авторы выражают благодарности и прочая, и прочая. Уж там никаких подвохов и подлянок быть не могло.
Заглавную страницу поэмы украшало посвящение, написанное размашистым, изящным почерком с кокетливыми завитушками. Кагыру этот почерк даже показался смутно знакомым, но внимания он не обратил. Кашлянув, рыцарь стал водить пальцем по бумаге вслед за прочитанным, чтобы Ангулеме легче было запоминать.
- "Моя драгоценная Ласочка! Как видишь, на сей раз преподношу тебе работу не моего пера, однако, не сомневайся, в этом фолианте таинств любви ты найдёшь не меньше, чем в стихах, посвящённых лично мной лично тебе. Я уверен, что даже столь изощрённая в искусстве страсти и искушённая поэзией личность, как ты, услада очей моих, обнаружишь немало нового для изучения. Особо внимательно советую тебе ознакомиться с главой десятой, там, где герой сего опуса, Христиан Серый, овладевает своей взысканницей в позе валета (там же есть и крайне подробная иллюстрация, художник, что творил для этой поэмы, маэстро в своём деле, клянусь цаплей!). Твой Юлиан, с бескрайним уважением и нежным поцелуем в твою сладкую, влажную..."
Лютик, блять!!!
- Кхм. Тут неразборчиво написано.
Прикусив язык, Кагыр торопливо перелистнул страницу. Нет, он всего ожидал, но какую же свинью ему подложил менестрель!

Отредактировано Cahir (2018-07-20 18:36:40)

+6

6

Ангулема ойкнула и отшатнулась резко назад, когда Кагыр хлопнул книжкой прямо перед ее миленьким лицом. Выглядя как настоящий разобиженный драный котенок, Ангулема нахмурила бровки и надулась на Кагыра за то, что тот ведет себя как вредный занудный хрен с горы, а не нормальный человек из их ганзы — неужели сложно так раскрыться перед ней-то? Если бы он начал перед ней распинаться, мол, так и сяк, Ангулемочка, проблемы у меня по этой части, конь не скачет и в Цинтре Цинтра не горит, то она ему, смилостившись, помогла бы что ли. Подобрала бы, так сказать, рецепт для оздоровления. И Региса не надо! Пф!

Вздернув бровку, Ангулема захотела заметить, что Кагыр даже звучит по-дурацки, когда произносит обычное человеческое «трахала», однако тот, подумав, что она сейчас ему все поведает о своих достижениях, резко вернулся к теме обучения. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

Молча покивав и присев поближе, чтобы смотреть, какие строки сейчас будет читать Кагыр, Ангулема стала продираться сквозь непонятные закорючки и тщетные попытки осознания, что это — буквы, и они складываются в слова. А те в предложения. Поломав зря голову, Ангулема стала просто слушать голос Кагыра, который с умным видом читал какое-то там обращение Лютика к своей разлюбезной Анариетте. Подозревая, что балабол и кутила Лютичек мог расписать в этом письме, Ангулема с самым невинным выражением лица стала кивать и заглядывать чуть ли не в рот Кагыру, пока тот не добрался до кульминации письмеца.

И тут ее просто порвало на кусочки от смеха!

Взвыв от хохота и согнувшись в три погибели, Ангулема рассмеялась так, как раньше в жизни не смеялась — аж до слез и боли в животе. Похлопав по плечу беднягу Кагыра, чье лицо уже давным-давно напоминало переспелый томат, Ангулема с трудом собрала воздух в легкие и стала ему, так сказать, психологическую помощь оказывать.

Да ладно? — издевалась чертовка. — Неразборчиво? Нет-нет, вернись обратно, у Лютика нормально с почерком, вроде! Кагырчик! — Ангулема решительно взяла лицо смущенного рыцаря обеими руками и направила на себя, чтоб тот не смел уворачиваться. — Ну скажи это, четко и громко: «ПИИИИИЗ-ДААААААА»! Писюлька! Говно, залупа, пенис, хер, давалка, хуй, блядина!

Разгоготавшись что есть мочи, Ангулема отпустила бедолагу и забрала у него книжку, выискивая самые знойные сцены в картинках и показывая ему, чуть ли не тыча в лицо.

Смотри, как весело! — не унималась она. — Неужели не хочешь, а? Ты, слушай, либо мужское тело лобызать желаешь, либо все плохо у тебя там… Либо влюбился в кого-то и держишь цветы несорванными. Не, ну если последнее, то фи на тебя. Неинтересный, — она поморщилась брезгливо. [nick]Angouleme[/nick][status]а я персик[/status][icon]https://data.whicdn.com/images/64065637/large.png[/icon][sign] [/sign][info]<div class="lzname"><a href=""><b>Ангулема, 17</b></a></div><div class="lzfan">the witcher</div><div class="lzinf"><b>прошлое//</b><br>» Континент<br> » кавайный элемент с помойным ртом<br>» зажить дорого-бохато</div>[/info]

+5

7

Отступать было некуда. Позади - похабные вирши Лютика, впереди - не менее похабные вирши некоей Эллы Янко.
- Ты сдурела?!
Нет, не то, чтобы Кагыр тешил себя наивной надеждой, будто бы истинного лица Ангулемы при дворе ещё не разглядели. Цинтрийская дворянка, за которую она себя выдавала перед Анной-Генриеттой, конечно же, не владела бы тем арсеналом матерных шуток, прибауток и восхитительных историй; не выгнали их взашей, наверное, лишь благодаря стараниям Лютика - языком тот работать умел. Во всех смыслах, вестимо. Холера! Какого дьявола он теперь вообще об этом думал?!
В общем, пугать Ангулему тем, что за такие выходки полетит её бесстыжая голова, а то и не только её, было заведомо бессмысленно. Другой управы на засранку Кагыр придумать не мог - Мильва за такие выходки уж давно бы её отлупила, а остальных доставать и смысла не имело, оставался он, слишком благородный, чтобы лупить девчонку, слишком мягкий, чтобы воспитывать, слишком вежливый, чтобы послать во все перечисленные Ангулемой места. Всё ведь продумала, шельма! И момент специально подобрала, поди ж...

- В кого мне влюбляться, в тебя, чтоли? - Кагыр уклончиво фыркнул - не потому, что боялся сойти в глазах Ангулемы неинтересным, а потому как уж точно не хотел лавины новых шуточек о том, что считал сокровенным и личным. Да и не нужно было этого никому знать, глупости всё, ерунда. Один раз уже сплоховал перед Геральтом и до сих пор ловил порой на себе его тяжёлый взгляд; догадайся об этом Ангулема - и о его душевных метаниях узнает весь Континент, от Боклера до Скеллиге, - К твоему сведению, у некоторых людей не одно вот это всё на уме. Если уж тебя так интересует чужая личная жизнь - пристань к ведьмаку и его пассии! А я здесь не за этим... Всем.
Ох, и хорошо же, что Ангулема не умела читать мысли. Иначе бы точно не обошлось без её звонкого визга, мол, да ладно, будто бы не за этим! От одной мысли о таком опошлении его чувств и мыслей щеки вспыхнули пуще прежнего. Нет, все же хорошо, что Ангулема не читала мысли. Если подумать, слишком уж многое могло приобрести совсем... Не тот смысл.

Иллюстрации мерзкой книженции совсем не помогали. Набрав воздуха в грудь, Кагыр мысленно попросил у Великого Солнца сдержанности, желательно, не хуже регисовой - так, чтобы при взгляде на эти художества в голову приходили лишь мысли о необычайной детализованности и подробности рисунков. Если этим в данном ключе вообще можно было восхищаться.
Невольно задержавшись взглядом на одной из картинок, Кагыр  нахмурился, склоняя голову набок и так, и эдак.
- Это вообще физически возможно? - пробормотал он машинально, но тут же одумался и мотнул головой. Приписка "Христиан ублажает Анастасию в позе валета" ему всё равно ничего не сказала. По правде говоря, картинки-то были и вовсе отвратительные в своей анатомической подробности. Прочитаешь такую вот книжечку и вообще род продолжать не захочешь, или вовсе в монастырь уйдешь от греха подальше.

- А ты, видать, буквы понимаешь куда лучше, чем говоришь. Давай-ка читай сама, хитрюга, я буду поправлять, где ошибёшься, - наконец нашел решение проблеме Кагыр, отталкивая от себя книгу, будто заразную крысу. Ангулема, само собой, и эдак найдет способ довести его до ручки, но теперь шансы были минимизированы. Перелистнув ещё пару страниц, Кагыр вдруг прыснул со смеху, - И что, кто-то правда седлает своих любовников в постели? У меня, помнится, в армии был один товарищ, просто помешанный на лошадях, мог из конюшни хоть неделю не вылезать. Вот бы его позабавило... Хотя он как-то не слишком интересовался... Ай, ладно, читай уже!

+4

8

В том-то и дело, что у дядечки Геральта поведение тупого быка-осеменителя, ничего нового, в отличие от того, что мог бы представлять ты, — стрельнув взглядом сощуренных глаз, заявила вздорная девица и поджала губы.

Это вот высокомерное и презрительное “в тебя что ли” очень глубоко задело Ангулему, но выражать свою обиду она не захотела. Будет она тут из-за противного характера зануды и ханжи Кагыра словами разбрасываться! Сдержится! Да, вот так непривычно, так нехарактерно для болтливой дурочки, ну и пусть!

Настроение было испорчено. Ангулема притихла и с хмурым лицом стала рассматривать красиво расписанный потолок и пропускала мимо ушей все то, что там болтал Кагыр. Когда тот похихикал над картинкой с позой Валета, Ангулема лишь вздернула бровь и деланно улыбнулась, после чего вновь вернула себе выражение полной незаинтересованности.

Она вздрогнула, когда Кагыр резко вернул книжку ей в руки. Фыркнув, Ангулема стала листать роман с яростно громким перелистыванием страниц и остановилась как раз на той, что соседствовала с особо грязной иллюстрацией. Улыбнувшись Кагыру подозрительно ласково, Ангулема стала пытаться читать.

“Пытаться” — ключевое слово. Буквы она, может, порой узнавала, но они никак не хотели складываться в адекватное произношение.

Я и-и-иссс… Спу-ка-ю, — хмурясь от потуги, читала Ангулема, ведя по нужному слову пальчиком, — в его. Расссс-к-ээээ-рый… Раскрый рот! Стон! Я сиспукаю в его раскрый рот стон? Чего? — замешкавшись, смутилась Ангулема и сильно изменилась в лице.

Она правда хотела научиться. Ну, где-то внутри что-то требовало стать лучше, чем она есть. В компании рыцарей и вельмож Ангулема не всегда могла кичиться одним только своим веселым нравом. Порой разговор все равно стекал к таким темам, в которых она совсем-совсем ничего не понимает. А чего-то не знать Ангулема привыкла… Но чувствовать из-за этого себя такой глупой и неинтересной — не совсем.

А еще ей очень непривычно испытывать стыд за то, что не может прочитать даже такие простые слова. Поэтому под внимательным взглядом Кагыра ей вдвойне неприятней. Она опускает плечи и совсем поникает, нервно поправляет волосы и закрывает с хлопком книгу.

Неправильно, да? — бубнит она себе под нос.

Отредактировано Angouleme (2018-09-16 14:43:26)

+4


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » смилуйся, Ангулема


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC