chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » for the greater good: chasing ghosts


for the greater good: chasing ghosts

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

chasing ghosts

http://funkyimg.com/i/2MKmQ.gif http://funkyimg.com/i/2MKmR.gif

участники:Геллерт, Альбус.

время и место:Берлин, резиденция Гриндевальда → Запретный Лес [Хогвартс] // март 1931-го.

СЮЖЕТ
Когда Хогвартсу грозит опасность, то терпению директора приходит конец. Только в этот раз источником угрозы оказался не уважаемый повелитель мира. Впрочем, для начала лучше разобраться. 

+1

2

[indent]Внутри него ярким пламенем горит злость, направленная на конкретных людей, вызванная конкретным событием. Оно яркими всполохами озаряет своеобразный магический щит над школой, пробирает до дрожи и дает осознать — что-то произошло. Это заставляет выйти из кабинета, чувствуя опасность, но она отступила. Точнее сработала какой-то защитный механизм замка. Какой точно даже Дамблдор не скажет с точностью, так как эта школа в принципе обладала просто невероятным запасом сюрпризов.

[indent]Кто знал, что она преподнесет новый.

[indent]По словам подоспевшего Горация буквально час назад пришли трое человек, представившихся посланниками уважаемой власти, представителями Берлина. Их спросили, к кому конкретно, они и ответили — к господину директору. Так как в школе в последние месяцы гостей хватает, то их решили не провожать, да и никогда до никому в голову из них не приходило идти мимо проложенного маршрута в директорскому кабинету. Какую магию они применили — неизвестно; с какой целью — загадка; ясно лишь одно — замку это не понравилось и он отреагировал. Кажется, гораздо сильнее, нежели предполагалось большинством. Это тут же убедило Альбуса в очевидном: школе попытались принести вред, а значит навредить и ученикам.

[indent]Кто-то не выполняет своих обещаний.

[indent]Найти преступников оказалось непросто. Возможно, они уже скрылись, а возможно ... при той силе, которая пронеслась по замку, и которую почувствовал почти каждый присутствующий в нем, от них могло не многое и остаться. Чисто на мгновение стало даже любопытно, во что эти трое полезли, и какова была их цель. Впрочем, Альбус хотел спросить непосредственно того, кто [с огромной долей вероятности] это и затеял. И от одной мысли, что Гриндевальд решил проигнорировать договоренности и провести свои эксперименты на Хогвартсе, Дамблдора бросало в неконтролируемую ярость. Потому что это был уже перебор.

///

[indent]— Он сейчас занят.

[indent]— Да мне плевать. — необычно грубо отвечает он несчастной ассистентке, которая пыталась намекнуть, что герр Гриндевальд на важном совещании. Он сейчас физически не может поговорить, только стоило ей столкнуться с недобрым взглядом прибывшего в Берлин директора Хогвартса, как она обреченно кивнула и направилась прочь. Вероятнее всего намекать, что лучше герру Гриндевальду прерваться, иначе Дамблдор прервет все сам. Раз и навсегда.

[indent]Томительное ожидание в кабинете вождя способствовало разве что иллюзии спокойствия. Альбус четко слышит звук открывающейся двери, поворачивается не сразу, но смиряет вошедшего Геллерта взглядом темным и злым. Внешняя иллюзия спокойствия разбивается об этот взгляд и саму атмосферу вокруг директора, будто если стать слишком близко, то злость будет ощущаться физически. Ничего хорошего от этого состояния лучше не ждать. Альбус нарушает свое молчание не сразу, отчасти вновь понимая, что все так же ищет оправдания и причины для плохих поступков человека, который совершил сотни преступлений. Ради блага или просто ради собственной прихоти — преступлений. И вновь эта череда оправданий, предупреждений, поиска истины, которой нет. Впрочем, бросить все и объявить войну тоже не выход, Альбус чувствует ответственность. Не за весь мир — совсем нет — за детей, которые испугались того, что увидели сегодня.

[indent]— Я, конечно, не тешил себя надеждами, что ты не позволишь себе вредить невинным детям, но знаешь, Геллерт ... я честно выполнял то, чего ты хотел. И взамен всему я попросил лишь об одном — о безопасности школы и её студентов. — он не кричал, но говорил хлестко и твердо, будто отрывая от себя каждое слово. —  Я так много попросил? И ведь я ничего не сказал на то, что ты и твои шавки превратили замок в проходной двор, каждый раз, когда захочется поговорить о насущном. Видимо, зря. — теперь в школу приходить будут иначе, по строгому контролю каждого, кому захочется сунуться в дела Хогвартса. — Ты проверяешь, как велико мое терпение? — он не дал магу даже слова вставить, — Оно не безгранично. Но для начала мне просто интересно. Зачем тебе понадобилось лезть в защитную магию школы? — требовательно, потому что этот вопрос и правда тревожил директора. Альбус злился, очень злился. — На этот раз я хочу получить ответы, Геллерт. — и плевать на чертов официоз, которому Дамблдор совершенно сейчас не следовал. То, что он вообще кое-как сдерживается в принципе значило высшую степень не то уважения, не то слабой попытки не сорваться с цепи окончательно. Подумать, что окружение было право и ничего хорошего из этой пародии на мирное сосуществование не выйдет.

+1

3

В большинстве случаем Геллерт не любит тянуть кота за хвост, а потому с делами предпочитал разбираться сразу и редко, когда передумывал на счет своих решений. Вот и сегодня его расписание было забито под завязку всегда «важными» встречами. Худшее оставлял напоследок, поэтому в его кабинет или в приёмную входили и выходили люди вот уже третий день подряд. Как надеялся сам хозяин – последний. Потому что говорить с некоторыми было просто невыносимо. Ему редко попадались интересные собеседники, увлекающие его в долгие рассуждения до самого рассвета, а то и дольше.

   Поэтому от собрания послов Италии он ничего хорошего не ожидал. Пару тройку раз рыкнет, недовольно посмотрит и готово. Шанс, что ему расскажут что-то новое и увлекательное был равен нулю. Как в общем-то и в другие дни и встречи. Часто, когда Геллерт приходил к такому умозаключению, что-то шло не по плану. К ним в кабинет ворвалась его помощница, одному Мерлину известно зачем её к нему приставили. Следить за диетой вождя, или что? Ибо другие полезные навыки у неё напрочь отсутствовали. Она разве что нравилась ожидающим его гостям и посетителям, непонятно по какой причине. Однако её быстрая поступь и сам факт того, что та прервала совещание настораживал. Очень мало на ум могло прийти причин столь необычного поведения. Главная, разумеется, вертелась на языке, так что ещё до того, как ему что-то успели нашептать на ухо, он спокойно спросил:

- Директор?

   Девушка кивнула, совсем не пораженная проницательностью, но с явными признаками волнения. Обычно, если Гриндевальд не мог принять Альбуса сразу же, то его как раз и развлекала юная работница. Чаем и разговорами. И то, что всё это было пропущено, а его звали появиться буквально немедленно, было не самым хорошим знаком.

   Немец кивнул и поспешил покинуть комнату, дабы поскорее узнать, что же такого случилось, раз лично директор Хогвартса его вызывает. Не письмом, не двухнедельным игнором или очередным замечанием его ошибки, а самолично в его кабинете. Месте, где тот больше всего уязвим. Честно сказать в какой-то момент Грин даже заволновался, но все сомнения развеялись, стоило зайти в свой кабинет и увидеть его.

   Напряженный, казалось, до самых кончиков волос, злой, нервный. Какова бы не была причина не сложно было догадаться, что Геллерту сейчас достанется по самое не хочу. Перед ним стоял, пожалуй, единственный человек во всем мире, кто мог безнаказанно на него кричать и явно собирался именно этим и заняться. И все же революционер решил начать с чего-то мирного, как приветствие.

- Давно не виделись, директор Дамб…, - его разумеется грубо прервали. Речь Альбуса была серьезной, каждое слово пропитано праведным гневом, и казалось предложение за предложением директор закипал все больше и больше.

   По началу Гриндевальд решил, что это относится к его участившемся визитам, однако не видел в этом ничего настолько серьезного, и чтобы хоть как-то касалось учеников. Лишь бы побольше подразнить бедного Дамблдора и просто пообщаться после череды скучных рабочих моментов или мероприятий. Но после слов: «Но для начала мне просто интересно. Зачем тебе понадобилось лезть в защитную магию школы?», немец потерял нить разговора и его смысловую нагрузку. Теперь потерялся всякий смысл в словах собеседника. И настолько он помнил с утра ему не докладывали ни о каких происшествиях в Британии или на территории школы. Конечно возможно, что тот был занят и пропустил несколько сообщений или не успел открыть письмо. Стол его уже довольно давно ломился от завалов неразобранных бумажек. Но вся информация от Альбуса поступала напрямую к нему и увы, сегодня ничего подобного еще не доставляли. 

- Увы, директор, ответов у меня нет, я вообще не понимаю, о чем идёт речь, может вы успокоитесь, присядете и объясните мне в нормальном тоне что произошло и как я с этим связан?

   Геллерт специально усилил вежливость своей просьбы, ибо иногда это помогало привести в чувства разбушевавшегося волшебника. Тот редко выходил из себя, но если такое происходило, то было известно всем, разрушения уже нельзя было пересчитать по пальцам. Это могло так же привести его в ещё большую ярость. С Дамблдором редко, когда можно было легко угадать, даже Грину.

- Что ты имеешь ввиду под «лезть в защитную магию школы»? Кто-то напал на школу? Почему ты решил, что это моя вина?

   Лучше всего было идти сразу напрямик, потому что честно сказать Геллерту самому не понравилась эта новость. Одно дело, когда Альбус бесился от его поведения и поступков, другое, когда подобное происходило на стороне. Не назвать это ревностью, скорее беспокойством.

+1

4

[indent]Альбус бы и правда хотел поговорить спокойно, беспристрастно — сохранить толику той выдержки, которую держал маской многие месяцы. Ему надоели эти игры, как же надоели. Настолько, что сейчас хочется высказаться еще о многом другом, но важен по-настоящему лишь Хогварст. Ради него это все и затевалось осенью, а не ради личных обид Дамблдора. Впрочем, последние тоже играли свою роль, подогревали и без того уверенное пламя злости, направленной не только на Гриндевальда, но и на всю его армию.

[indent]— У меня уже некоторое время возникает упорное ощущение, что ты не причем вообще. Тебе настолько все равно, чем занимаются твои люди и что они замышляют? Твоей самоуверенности можно посочувствовать. — холодно поинтересовался Альбус, но не сел. Вообще не оценил попытку его успокоить. Наверное, потому, что успокаиваться и не хотелось. Эти обвинения без конкретики, скорее для самого профессора, который все пытался взять себя в руки. Хотя бы по той простой причине, что Геллерт тогда вряд поймет причину всего. Но, Альбусу упорно казалось, что Гриндевальд знает, просто делает удивленный вид. Ему хочется так думать, чтобы ни в коем случае не смыть с террориста заботливо выстроенный в сердце образ человека, которому можно дать шанс. Или Альбус просто наивный идиот. Но, с другой стороны, обвинить нового властителя слишком легко — очевидно.

[indent]— Трое человек, представившись представителями из Берлина, проникли на территорию школы под предлогом встречи со мной. При этом они реально были таковыми, ведь даже я знаю, что двое из них точно мелькали здесь. — отчеканил он, засунув руки в карманы брюк, — И, как ты можешь представить, они не дошли до моего кабинета. Зато сработала защита замка. — мотнул головой, вспоминая зарево, — Магический купол просто вспыхнул ... мне не приходилось такого видеть. Чтобы они не сделали, но залезли глубоко.

[indent]Хорошо, что никто из студентов не пострадал. Магия защищала замок и его обитателей, но Дамблдор был не уверен в целях. Пытались ли они раздобыть какие-то специфические тайны замка, провести эксперимент или ... запугивали? Альбус справедливо считал, что Геллерту нет смысла отпираться именно сейчас. В любом случае директор это с рук не спустит произошедшее, нравится ли это вождю или нет. Нужно было меньше своих людей посылать на сомнительные миссии. Удивительно, что второй раз Альбус концентрирует свое внимание на Гриндевальде, и второй раз упускает его людей из виду в самый неподходящий момент — и удар наносится прямо в цель. От этой мысли в области груди на мгновение кольнуло — не от сожалений — от фантомной или не очень боли.

[indent]— Я доходчиво объяснил суть проблемы? Троица исчезла. Надеюсь, что их просто испепелило под давлением защиты, иначе я их найду и ничто им не поможет. — вернулся к цели визита директор, зло взирая на Геллерта, — Почему я решил, что это твоя вина? Это очевидно — это твои люди, которые подчиняются твоей власти. — из разряда очевидное невероятное. — И мне бы хотелось знать, что тебе там понадобилось. Пока я еще готов тебя слушать.

[indent]Альбус не угрожал, но он мог быть не дипломатичным. Сейчас он тоже следует интересам школы. Альбусу хочется просто понять, что на уме у человека, который будто специально искал способы вывести его из равновесия. И делал это с видом, словно Дамблдору все это мерещилось и на самом деле ничего такого герр Гриндевальд не хотел. Это уже начинало утомлять, пусть Альбус самолично выставил барьеры. Сейчас он стоит, внимательно взирая на вождя с таким видом, будто готовился к любому развитию событий. Последние месяцы, начиная с июля, не внушали лишних иллюзий о собственной безопасности. И неизвестно, что злило сильнее — Геллерта смена обещаний и решений или непредсказуемость, которую просчитать сложно даже ему.

+1

5

- Альбус я абсолютно не понимаю, о чем ты, - пытался вставить свои пять копеек, но безуспешно. Тот как будто с цепи сорвался и уже никого не слушал. Он говорил с таким напором, как будто от этого зависела его жизнь. Или чья-нибудь еще. Геллерт не понимал этой привязанности к ученикам, школе…маглам. На этом строились их многолетние ссоры и вражда. Недопонимание. Иногда Геллерт думал, что из-за этого и началась война и только Мерлин знает почему именно ему повезло выйти победителем. Он прав? Или же наоборот и это просто упорство и немного удачи? А дальше их ждет лишь мрак и полное отчаяние. Возможно это всего лишь ревность, собственнические порывы отнюдь не уравновешенного и поддающегося контролю Гриндевальда. По отношению к одному конкретному магу с огромными принципами, стоящими ему в противовес.

Снова начались упреки в сторону его управления. Дамблдор никогда не говорил прямо, только намеками, тонкими издевками, однако умудрялся бить в самый корень проблемы и каким-то образом способствовал их решению. Потому что Геллерт сразу же хотел все исправить, показать своё превосходство, талант, гениальность, равную сопернику. Если бы не эти порывы обоих все улучшить, в правлении Грина было бы много дыр, которые могли поспособствовать его свержению. Но мужчины были настолько поглощены своей игрой, друг другом, что даже не замечали этого. Их словесные баталии могли длиться часами, днями, а порой и неделями. Победителей не было, каждый оставался при своем мнении, а потом самостоятельно исправлял косяки. Немного по-детски, но таковы уж правила игры двух запутавшихся волшебников.

Так что новость о том, что его соратники действуют слишком самостоятельно сильно кольнули гордость и уверенность в своих силах. Неужели глупые пешки вновь решила действовать самостоятельно? Видимо жизнь ничему их не учит. Как не было от природы мозгов, так и не появилось. Поэтому ему так нравились разговоры с Альбусом и его компанию он предпочитал кому угодно. Не было этой напыщенности и лицемерия, ужасных идей и…наслаждения? Да, директор не радовался власти, противился вниманию, хотя и всегда был в его центре. Возможно поэтому подхалимы так его не любили и пытались выделиться. Любыми способами. И видимо зашли слишком далеко. А Геллерт не любил самостоятельность, подарки и прочее. Только полное подчинение. И когда его не получал, это могло стоить чьих-то жизней. К счастью, совершенно бессмысленных для него.

И тем не менее его прямой приказ ни при каких условиях не трогать школу был нарушен. Ему даже не доложили об этом. А Дамблдор уже знал и стоял перед ним с на удивление праведным гневом. Более спокойный, чем мог бы быть сам немец в такой ситуации. Это все выглядело очень странно и подозрительно. 

Пока директор продолжал обвинять во всем своего собеседника тот задумался и слегка прослушал красноречивые тирады.

- Мне тоже интересно знать, что мне там понадобилось, - как бы невзначай ответил мужчина и позвал свою помощницу, которая уже через секунду вошла в кабинет. Несколько слов, которыми они перекинулись показались слишком холодными, особенно после столь громких высказываний. Просто на самом деле Геллерту было не интересно пострадала ли школа, ученики. Напали и напали. Да, Альбус зол, обещание нарушено. Но самое главное для Гриндевальда было нарушение его приказа, а значит неподчинение. И он прекрасно понимал, что чтобы не сказал, все равно будет виноват в глазах озлобленного на него британца.

- Можешь показать кто именно это был? Или дать имена? - мужчина вздохнул, потирая переносицу и продолжил, все-таки решив попробовать вразумить Дамблдора старшего, - Я понимаю, в это сложно поверить, тем более в сложившихся обстоятельствах. Это был не мой приказ и подобное поведение нравится мне не больше, чем тебе. Сложно будет что-то узнать конкретное, раз от них не осталось и кусочка… Постараюсь выяснить все, что смогу и доложить тебе. На этом, думаю, все. Если ты конечно не решишь и дальше меня обвинять?

Этот разговор не мог закончиться так легко, Геллерт был в этом уверен. Помощница уже исчезла, оставалось только ждать и принимать на себя поток нецензурной брани и обвинений. Не самое худшее их «свидание» к слову.

+2

6

[indent]Геллерт не выглядел таковым, что мог быть причастен к этому инциденту, но ведь очевидные доказательства на лицо. Дамблдор не чувствовал себя настолько защищенным, как и свое положение, чтобы пропускать все происходящее мимо. Защита школы — его прерогатива, и Альбус любого порвет только, если кто захочет залезть в его школу и причинить вред драгоценным ученикам. Альбус обещал, он выполняет свои обещания столько, сколько может. Просто потому что у него не так много времени в запасе, чтобы долго и нудно разбирать чужие интриги, но [быть может] в этом-то и проблема. В поспешности. В постоянном поиске подвоха. В намерениях Гриневальда обмануть и использовать все на свою пользу — причинить вред тем, кого Альбус защищал. Это выматывало, а еще порождало внутреннюю паранойю, которой бы Альбус хотел не иметь. Просто потому что не знает, чему и кому ему верить в сложившейся ситуации. Но, на самом-то деле, очень бы хотелось обратного — наконец-то поверить.

[indent]— Зачем кому-то лезть в школу вне твоего приказа? — чтобы навредить репутации Гриндевальда, ведь о его позиции в вопросах Хогвартса и Дамблдора было прекрасно известно окружающим. Но, или они слишком отчаянные, или предполагали, что взвинченный и загнанный в своеобразную клетку директор сделает неверные выводы. И почти попали. — Я не знаю, что от них осталось. Честно говоря, они могут быть и живы, преподаватели должны просечь территорию школы на всякий случай. Но, я был бы благодарен, если бы ты выяснил, что происходит. — тоном, будто он не с повелителем мира говорит, а с одним из своих преподавателей, который не успел выяснить, из-за чего дети на факультете подрались. — Из школы и без того устроили проходной двор, но если еще раз подобное произойдет, я приму меры. — серьезно заявил профессор, потому что их и без того стоило принять. Меньше людей будет околачиваться и портить настроение, а вот одного конкретного немца-то не удержат никакие запреты. Будто бы Альбусу был нужен кто-то еще из посетителей. — Тебе это не понравится. — будто бы ему все происходящее прям нравилось, хотя это точно Дамблдор точно не знал. Предсказывать личные мотивы вождя оказывалось непростым делом.

[indent]— О, ты разрешаешь мне огласить весь список обвинений? — все еще выглядя крайне недовольно, Дамблдор склонил голову набок, сощурившись, — Нет, это не все. Предлагаю вам, мистер Гриндевальд, — опять эта ледяная вежливость, — самому посмотреть на последствия действий неких Вилмана, Бергмана и Уотерса. Прогуляетесь на свежем воздухе. — да, он серьезно предлагал ему посмотреть на прекрасные виды Запретного Леса, заодно посмотреть на тех, кто, возможно, выжил. Конечно, заняться немцу больше нечем, но Альбус как-то в этот раз меньше всего интересовался желаниями Гриндевальда.

[indent]Они аппарировали на мост перед территорией школы в несколько мгновений. Альбус внимательно посмотрел на замок, будто пытаясь оценить степень возможного ущерба, но он был —  это ощущалось до сих пор. Словно воздух был заряжен электричеством, оставляя после себя заметные следы магии. Сильной магии, защита сработала безукоризненно, и неясно ли не выплывет ли еще каких-то неожиданных нюансов. Альбус с самой сутью этой защитной магии разберется чуть больше, сейчас его больше нервирует присутствие чужих на школьной территории, которые или ранены, или могут оказаться опасными для окружающих.

[indent]—  Сюда. —  зайдя в двор, директор свернул в сторону, ведя вождя не по привычке в замок, а в сторону леса и огородов. —  У вас есть мысли по этому поводу? —  поинтересовался он, все еще не сходя со своей злости, но все же версию Геллерта хотелось услышать. Раз он утверждает, что не давал приказов.

+2


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » for the greater good: chasing ghosts


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC