chaos theory

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » Si deus me relinquit


Si deus me relinquit

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Si deus me relinquit

http://sh.uploads.ru/4Ctxv.jpg
◄ Мне снится кошмар. Значит наяву все не так плохо, и мы еще живы. ►

участники:Dante, Vergil, nightmare

время и место:недалёкое будущее

СЮЖЕТ
Бог покинул нас, отняв надежду на столь утопичное светлое будущее. Мы снова вместе, мы день за днём движемся к одной цели, но общим остались лишь леденящие душу кошмары. И в каждом из них смерть.

Отредактировано Vergil (2016-11-04 00:50:59)

0

2

Идёт снег. Он не прекращается уже несколько дней, но такая погода была хоть немного лучше, чем вечный морозный сумрак и покрытое тонкой коркой льда окружение. Он хоть немного отвлекал взгляд от той разрухи, что царила в городе, и скрывал закоченевшие и прожеванные демонами трупы. В такой погоде был ещё один плюс. Легко обнаружить демонические следы и оказаться готовыми к их нападению. Сейчас это было очень важно. Вергилий стремительно терял силы, и дело тут не только в слишком долгом отсутствии сна или пищи даже для нефилима. Вергилий теряет силы своего внутреннего демона, теряет силы, которые достались ему из пучины Ада. Это было видно невооруженным взглядом, но нефилим ни разу за всё время об этом не заикался. Он не слаб. Не может быть им. Хотя, даже твари из преисподней практически перестали его слушаться.
  Что же касалось Данте... Кажется, что-то изменилось после того случая, и теперь, если брат смотрит на него, то происходит это без прежней настороженности, недоверия и презрения. По крайней мере, в глаза это не бросалось. Главное, чтобы не появилась жалость, а всё остальное Вергилий в состоянии пережить. И не с таким сталкивался. Тем не менее, всё это перестанет иметь значение, если в ближайшие пару часов они не найдут место, где переночевать и не нарваться на стаю ангелов или табун демонов. Конечно, отбиться - это не самая большая проблема, но у них обоих сейчас слишком мало сил, что бы встречать каких-либо противников прямо в лоб.
- Последний мост обрушен. - шепчет Вергилий, глядя на единственный доступный им путь на другую сторону. Пожалуй, в его нынешнем положении главным недостатком является отсутствие возможности использовать Ямато для более быстрого перемещения. Амулета нет, нет и полноценных способностей. Какая ирония. В любом случае, сейчас им нужно искать другой путь, и пока что самый очевидный лежал прямо перед ними. - Лёд скорее всего уже достаточно прочный.
  Они могли затихариться в любом когда-то жилом доме, пробраться в подвал и там передохнуть, но если ем повезёт, и "перевалочная" квартира до сих пор в целости, у них будут все условия для нормального существования в течении как минимум нескольких дней и не придётся волноваться, что их обоих найдут. А их ищут. Снова изгои. Изгои среди демонов, ангелов, а теперь и для своего отца. И если первое и второе едва ли можно было подвергать сомнению, то действия Спарды стали... Едва ли не самым настоящим ударом. Ясно лишь одно - сейчас им дали шанс подумать и придти самим, но Вергилий не согласен. Он придумает, что им делать дальше, но сейчас нужно отдохнуть. Хотя бы переночевать.
  Лёд крепкий. Пожалуй, это была единственная приятная новость за последние несколько часов, если не дней. У них есть шанс добраться до места назначения, не пытаясь искать другие пути, вроде метро или канализаций. Это займёт слишком много времени. Так что удача наконец-то повернулась к ним своим кокетливым ликом, делая одолжение в виде замерзшей реки сквозь город. Медленно, осторожно, прислушиваясь к тихому треску льда, нефилимы двигались вперёд и смогли преодолеть весь этот путь без каких-либо эксцессов. И теперь им нужно просто идти дальше.
  Вергилий улыбается впервые за последние сутки, а всё потому, что дом на месте, а значит и квартира уцелела. Та самая на первом этаже. Небольшая в две крохотные комнаты, но зато защищены от любого вторжения со стороны сверхъестественных сил. Да и кто вообще поверит, что эта обшарпанная и ободранная дверь ведёт в квартиру миллионера и террориста. Конечно, всё это чтобы не привлекать внимания.
- Считай, что мы... Дома, что ли.

Отредактировано Vergil (2017-10-16 19:55:37)

0

3

Знакомая, занесённая снегопадом тропа, змеёй вьющаяся куда-то вперёд и обрамлённая ссохшимися и сплетёнными ветвями когда-то молодого кустарника, теперь, казалось, навечно лишёнными какой бы то ни было листвы, по обе её стороны уводила нефилимов всё дальше от проклятого последними событиями места. Вдали, куда не позволяет внимательней всмотреться пускай и медленно, но густо и большими хлопьями спускающийся на землю снег, доносятся человеческие крики, на зов которых при всём желании Данте прийти на помощь больше не успеет. Всё плотнее сгущающийся с каждым часом мрак, словно огромной живой массой подползает к ним со спины, однако предчувствие нашёптывало убийце демоном о тяжести их не самого приятного положения. В первую очередь, о тяжести не самого прекрасного положения второго сына Спарды. После встречи с отцом с ним происходило что-то совсем неладное, и это не смогло ускользнуть даже от Данте, вырисовывая в голове нефилима ужасные картины.

Снова и снова сон начинается одинаково.

Они идут той же дорогой, которой его ведёт брат. Нефилим помнит сон до ужасающих сознание мелочей: помнит, как Вергилий первым ступает на толстый слой льда; помнит, как братец совершает первые шаги по, казалось бы, устойчивой поверхности. И это происходит в далёком детстве, когда оба близнеца наивно полагали, что будут вместе всегда. Безмятежный смех Вергилия начинает казаться устрашающим только после пробуждения, а растаявший под ногами умника лёд – чем-то поистине безвыходным, потому что в следующую ночь Данте отчетливо видел его в этой проруби тонущим и при попытке помочь сперва ушёл вместе с ним ко дну. Затем наступает тьма – и он раскрывает глаза уже в аду, метая взгляд из стороны в сторону в поисках брата. Не находит. Нет, он не может его потерять.

Не хочет.

Данте на секунду закрывает глаза и снова оказывается в своём кошмаре. Он никогда не осмелится сказать близнецу напрямую об изнурительных снах, как и о том, что переживает за его состояние. Наяву, в воспоминаниях тот самый смех становится похожим на басовитый угрожающий рокот под продолжительный раскат грома. И только несколько секунд спустя демоноборец – не состоявшийся защитник человечества – понимает, что Вергилий только что обращался к нему. Его голос, подобно звуковым воспоминаниям, заставил Данте выйти из транса и даже проанализировать единственный выход из ситуации. Не из той, в которую их поставил Спарды – да, сделать выбор будет нелегко, но сейчас им, как минимум, необходимо отыскать не решение всех проблем, а ночлег. Известная Данте запасная штаб-квартира на сегодняшний день больше не пригодна для проживания. Дом окончательно снесён. Впрочем, как и большинство зданий в этом ныне разрушенном городе. Теперь этот город похож на мир вечного снега, зимней стужи, холода и смерти. Как странно и одновременно правильно звучит последнее в этом ряду… слово? Событие? Действие?

Всё-таки слово.

– Нужно скорее отыскать укрытие. В отличие от горячо любимого отца она не даст нам форы, – констатирует факт Данте, по-прежнему шагая с близнецом нога в ногу, а про себя размышляя о том, что ближайшие несколько месяцев – он надеялся, что не лет – Лимбо-сити будет знать только один цвет – белый. Цвет полного разрушения. И ещё один – алый. Цвет крови. К нему нефилим привык с проведённого в приюте детства.
Лёд был на удивление крепок. Преодолеть расстояние от одного берега реки к другому было даже проще, чем пересечь на переправной лодке Харона реку Стикс во время экскурсии в аду на пути к одному из сильнейших демонов – к «легендарному темному рыцарю. Не прошло и получаса, как не нарушаемая лишними разговорами тишина вновь была потревожена. Вергилий привёл их в какую-то лачугу – невысокий жилой дом с такой же жалкой небольшой квартирой, как тот трейлер, в котором Данте провёл «лучшие» годы своей жизни.
– Неплохо для миллионера, – на самом деле, Данте не жаловался на представшие его вору апартаменты. Так, просто – короткое замечание, которое со стопроцентной вероятностью будет Вергилием проигнорировано и которое само по себе ответа не требовало. – Знаешь, я ненавижу белый цвет. Теперь куда не взгляни – везде всё белое, равнодушное и спокойное. Я терпеть не мог эти качества в тебе. А сейчас я ненавижу себя. Я чувствую себя беспомощным, потому что не имею ни малейшего понятия, как тебе можно помочь и как поставить на ноги.

0

4

Горячо любимый отец. Конечно, Вергилий не питал никаких иллюзий относительно того, что будет, когда отец окажется на свободе. Он не рассчитывал, что это будет очередное воссоединение семьи, но в то же время всё же на что-то надеялся. Надеялся на понимание, одобрение. Надеялся на то, что отец будет доволен тем, что не смотря ни на что, его младший сын не бросил своего дела. Да, они вместе с братом убили Мундуса, но только у Вергилия хватило сил не бросить начатое и попытаться довести дело до конца. Проблема только в том, что Данте решил по-другому. А Спарда расценил это одним единственным образом. Младший сын его разочаровал, младший сын оказался не достоин обладать силой хозяина демонов. Не говоря уже о том, чтобы пользоваться силами его кровного брата. И знаете, на этом фоне январский мороз едва ли казался чем-то более страшным и неприятным. Но Данте прав. Отец сохранил обоим жизнь, ночной холод едва ли их пожалеет.
- Я уж думал, что нам придётся возвращаться в Ад. Там хотя бы потеплее. - забавно. Даже в Аду теперь для них нет места.
  На пороге квартиры Вергилий не на долго останавливается. Долго же его не было здесь. Сколько лет? Пять? Четыре года? Кажется, что времени прошло гораздо, гораздо больше. В квартире холодно, пыльно, совершенно не уютно, но привередничать не время. Им бы хоть какую-то крышу над головой получить, и это оказался единственный вариант. И, вообще-то, это была квартира далеко не миллионера. Студента, у которого после смерти приёмных родителей осталось какое-никакое наследство, но который определённо не мог позволить себе содержать целый особняк, в котором он жил прежде. Удивительно, что квартира, которую Вергилий приобрёл за относительные копейки, да ещё и не в самом крепком доме, осталась стоять на месте. Повезло, ничего не скажешь.
  Данте вдруг переключается с квартиры на состояние близнеца. Его явно коробит происходящее, потому что тот умудрился начать с ненависти к брату, а потом тут же сменить курс на беспокойство о нём.
- Всё не так плохо, как могло быть. - говорит нефилим, снимая с себя присыпанное снегом пальто. Как было бы хорошо точно так же снять с себя тяжесть от накрывших их обоих событий. - На ногах вроде как стою.
Ему даже удалось улыбнуться. Едва ли это становится заметным, но всё же это некоторый прогресс в его настроении. Однако, если отбросить все шутки и попытки не обращать на происходящее хоть какое-то внимание, всё не так уж хорошо. Да, могло быть хуже. И это хуже может настать в любой момент. Он медленно теряет свои способности, и в прошлом бою ему пришлось воспользоваться силой своего доппельгангера, но эта тварь очень скоро поймёт, что его хозяин начинает сдавать. И как скоро это случится? Вергилий понимает, что окружен со всех сторон. С одной стороны ангелы и демоны, которые жаждут их смерти, с другой - отец, который дорвался до власти и теперь хочет либо заставить своих сыновей примкнуть к нему, либо уничтожить. Если верить его мнению, то это величайшая милость - избавление. Внутри доппельгангер, который жаждет полностью подчинить его разум себе, и избавиться от него полностью едва ли возможно. И единственным, кто был рядом с ним всё это время, это его брат. Сперва не по своей воле, потом из любопытства, а теперь... А теперь почему? Вряд ли из жалости. Из-за чувства долга? Он ведь когда-то благополучно наплевал на него? Но теперь что-то изменилось, правда нефилим по-прежнему не ждёт ничего особо хорошего.
  - Располагайся где хочешь. Если мне не изменяет память, кровать столь же неудобная, как и диван. Но всё же лучше, чем ничего. - к сожалению, ничего более Вергилий предложить и не может.

Отредактировано Vergil (2017-03-10 22:54:30)

0

5

Вернуться из владений отца - это буквально встать со смертного орда после биты за жизнь против легиона демонов. Решения о том, чтобы не связываться со Спардой вновь, не озвучивалось никем из них, но для осознания всего дерьма, случившегося несколькими часами ранее, этого не требовалось, словно они находятся в далеком детстве, когда родители ставили их по углам, в разные концы комнаты, и братьям осталось только бросать друг на друга любопытствующие взгляды и перешептываться, если Спарда скрывался за дверью своего кабинета, а мать отлучалась по своим домашним делам.
Вот только разница на сей раз была колоссальная - скрывались они от отца, твердо решившего стереть с лица земли собственных детей, а не от простого наказания, коих за семь лет сознательной жизни было немало. Серые краски за окном не самой уютной квартиры и без того потрепанных близнецов - трейлер и тот казался нефилимы доброжелательнее, однообразие в какой-то степени даже подавляло какое-либо желание разговаривать. Усталые, они едва добрались до укрытия по чудом не треснувшему льду небольшой, но широкой реки. Путь кишел изголодавшимися по их душам демонами, и не останься у Данте сил вообще, те бы в два счета расправились с ними, двумя утомленными нефилимами. Но старший сын Спарды отчаянно лелеял надежду поскорей добраться до спасительных стен и крыши, укрыться в них и больше не чувствовать на себе разгневанных взглядов; забыть о своих не прекращающихся кошмарах.

Невозможно.

- Кто-то должен остаться на посту, - его голос звучит достаточно серьезно. Данте смотрит на брата с глубоким отчаянием, но не презрением, как это было раньше. Он буравит Вергилия взглядом, стоя в паре шагов от него уже несколько минут и даже не собираясь покидать своё место до тех пор, пока не огласит свой окончательный вердикт. С выражением усталой озадаченности старший нефилим отчетливо понимал, что едва ли его кровный родственник способен держать оборону в полную мощь, поэтому решением Данте обзавёлся однозначным и не подлежащим никакому, даже самому легкому обжалованию. - И первым в роли караульного выступлю я.

Усталость и недовольство заметно лились через край. Нет, вообще-то, при детальном рассмотрении, Данте действительно был хорошим малым, добрым, отзывчивым, ему не чуждо было милосердие и сострадание, но вот у людей, мало знакомых с ним, создавалось устойчивое представление об этом нефилиме как о ком-то, чье чувство собственной важности не знает границ, чье настроение всегда хмурое, как тяжелые ливневые тучи, чье безкультурье выражалось не только в дебоширстве, но и в большом количестве обесцененной лексики; несомненно, Вергилий наверняка думал о нем всегда примерно также, как и большинство шапочных знакомых безжалостного убийцы демонов, особенно если учесть множественные недовольные взгляды в сторону своей персоны, да тяжелые вздохни чуть ли не на все его слова.

Но ведь они братья. Это нормально. Нормально же?

- Как часто ты думаешь о том, что я буду способен снова пронзить тебя своим клинком? - Вот знаете, бывает порой такое отвратительное ощущение, когда понимаешь, что мир оказался не таким радужным местом, как думалось ранее, и даже его гадость по шкале от "все нормально" до "хуже некуда" умудрилась опуститься до отметки "как такое дерьмо вообще может случаться"; вот примерно так себя сейчас ощущал Данте, вконец убедившийся, что не было в его жизни большей глупости, чем идти на поводу своей импульсивности. Всё могло повернуться иначе. И сейчас он хочет узнать. Но узнать не то, насколько брат его может бояться. Он просто хочет убедиться в том, что Вергилий не будет сомневаться в нем; не будет остерегаться, с опаской смотреть в его сторону и ненавидеть. Тогда, возможно, они поднимутся на одну ступень выше к былым временам.

Отредактировано Dante (2017-03-08 21:41:18)

0

6

Вергилию уже не впервой падать. Кажется, он делает это даже чаще, чем поднимается, вопреки собственному характеру, собственному упорству, собственным планам. Чертовы планы, идеи, ожидания и надежды. Казалось бы, ещё неделю назад ему было нечего терять. Всё что было можно он потерял тогда, на руинах Лимбо-сити, когда брат насквозь пробил его сердце и едва ли пожалел об этом. На тот момент. А теперь? Они об этом до сих пор не говорили. Вергилий продолжает терять, и на этот раз самого себя. Он не долго пробыл на вершине величия преисподней, но уже успел привыкнуть ко вкусу настоящей силы, что питала его. А теперь из него медленно вытекали силы жизненные, даже слишком медленно. И его внутренний демон готовится этим воспользоваться.
  Нельзя поддаваться сну, нельзя позволять себе заснуть и снова погрузиться в кошмары, которые постепенно менялись вместе с теми эмоциями, которые Вергилий испытывал последнее время. К происходящему, к себе, к брату. Но вопреки всем желаниям и стремлениям, Данте высказывает своё желание быть первым на посту. Не доверяет своему близнецу? Или не верит в его силы? А может быть и то и другое? Данте, почему тебя стало невозможно понять? Хотя, Вергилий никогда его не понимал. Эта мысль заставляет его горько усмехнуться.
- Поступай, как знаешь. - пытаться переубедить его - это значит зря тратить и без того драгоценное время. Он бы мог в итоге поступить по своему, как это случилось когда-то с Лилит, вот только в данной ситуации была одна проблема. От того, что Вергилий лишит себя сна, Данте не станет менять своё охранительное бодрствование на относительно спокойный отдых. В любом случае, сна младшему нефилиму не видать, и спустя несколько секунд Данте задаёт вопрос, который заставляет Вергилия вспомнить, почему.
  Ты даже не представляешь, братец, что происходит с твоим близнецом по ночам. Как он снова и снова пытается противостоять тому демону, что является к нему в кошмарах. Как снова и снова видит холодный металл в груди. Ты не знаешь и не узнаешь, потому что Вергилий об этом не расскажет никогда. Однажды Данте увидел младшего нефилима в момент слабости и понял, что случившееся не прошло бесследно даже для столь холодного и бездушного существа, как Вергилий. Тот старался сделать вид, что ничего не произошло, но образ демона с изуродованным лицом близнеца до сих пор не отпускал его. И Вергилий с трудом сдерживается, чтобы не воспользоваться силой доппельгангера для искоренения этого наваждения. Он не думает об этом, Данте, он это видит всякий раз, когда закрывает глаза.
- Это не имеет значения, Данте. Рано или поздно ты просто сделаешь то, что хочешь. Я говорил тебе не один раз и скажу снова: в моих действиях нет обмана, я не догадывался о том, что произойдёт, когда отец окажется на свободе. Вот только когда всё закончится, и сила повелителя демонов вернется ко мне, что ты будешь делать, демоноборец?
  Этот вопрос не требовал ответа. Более того, Вергилий не хочет его слышать. Он знает, что брат будет защищать то, что ему дорого. И пока что сам Вергилий в это число не входит. И нефилим не питает надежд на обратное. Вергилий уходит от близнеца в соседнюю комнату, надеясь, что там ему удастся собраться с мыслями и придумать выход из той ситуации, в которой оказался непосредственно он сам. Вот только Вергилий знает, что ни черта он в одиночку не сможет.

Отредактировано Vergil (2017-10-13 19:55:40)

0

7

Если бы проводились по соревнования по фразам, что говорятся не тогда когда надо, и вопросам, что задаются, вместо куда как лучшего "промолчать", Данте бы без проблем выиграл первое место. Вряд ли это то, чем стоило бы гордиться, он и не делает этого, просто в очередной раз не хочет слушать ответ, не хочет слышать и зря спрашивает.

- Это не имеет значения сейчас, - отвечает он брату его же фразой, и в голос почти не прокрадывается ничего лишнего. Это даже правда, если они начнут, то это все растянется до утра. Или нет, Данте не задумывается о том, чего бы хотел сильнее, он слишком устал.

- Иди спать, - им всем пора спать, пускай и только один из них сейчас станет этим заниматься. Главное не задумываться о том, какая дрянь ему снится в последнее время, и что вместе с желанием наконец отдохнуть Данте не хочет закрывать глаза и проваливаться в сон еще несколько тысяч лет, по меньшей мере. Не туда, где ему снится такое. Поэтому, в какой-то мере, вызваться на дежурство - это редкой степени эгоистичный поступок, это еще одна возможность оттянуть сон так далеко, как это только возможно. Это вовсе не для Вергилия, который не сомневается. Отнюдь не так, как этого хотел бы Данте. Кто он такой, чтобы обсуждать мнение родного брата. Им всем пора отдыхать. Хотя бы элементарно сидя, не убегая в очередную бесконечную дорогу, которых в их жизни стало слишком много.
Данте закрывает глаза на две секунды, не больше.

Это сон, просто сон, - убеждает себя Данте, и на какое-то время ему удается в это поверить. Еще один отвратительно настоящий сон.

У Данте почти получается убедить самого себя, но все смазывается, раз за разом, меняются декорации, меняется погода, меняется сливающийся в монотонное гудение шум, не меняется лишь то, как он раз за разом протыкает мечом своего брата. Как тот раз за разом падает на колени, несколько раз просто валится на спину… Данте не запоминает эти кадры, ему достаточно ощущения и факта, что это происходит. В какой-то момент это становится слишком настоящим.

На его руках снова кровь, он не убивает, просто падает на колени рядом. Данте не помнит как это случилось, игнорирует факт слишком знакомого меча в груди, игнорирует, не верит и задыхается не хуже собственного брата. Лучше - тот уже мертв, а Данте только чувствует себя мертвым.

Очередной кошмар, - пытается твердить себе Данте и поверить, но ничего не исчезает. Сон слишком широко растягивает свои сети, чтобы он мог в это поверить и просто шагнуть из нескончаемой вьюги воспоминаний. Этот сон слишком реальный, чтобы быть сном.

0

8

Не имеет значения. Да, сейчас это действительно не имеет значения. Самое главное в данный момент - это найти способ справиться с той силой, которая оказалась на свободе, за которой Вергилий не смог уследить, вопреки возложенным на него обязанностям. И ведь это не удивительно. Спарда был для Вергилия в первую очередь отцом и частью их странной и по всем пунктам неправильной семьи, и уже потом нефилим мог назвать его величайшим темным рыцарем, сила которого не уступала силе сверженного повелителя демонов. И плевать, о ком идёт речь. О его брате или его же сыне. Вергилий просчитался. Он с трудом смог сохранить свой рассудок за то время, что провёл в преисподней, в то время как Спарда провёл в адской тюрьме больше тринадцати лет. Это не вечность. Это дольше и страшнее. После такого не возвращаются, и уж точно не возвращаются с благими намерениями. Близнецы испытали это на себе слишком хорошо. Вергилий оставляет своего брата молча, не проронив ни единого слова. Они друг друга поняли, и это случилось, пожалуй, впервые за долгое время. Возможно не до конца, но им хватило выдержки сообразить, что пора разойтись по комнатам. Данте понимает, что Вергилию нужно отдохнуть, а Вергилий видит, что брата пора оставить одного.
  Открывая дверь спальни, первым делом нефилим чует затхлый и застоявшийся запах, идущий от использованного всего раз, но не замененного вовремя постельного белья. Свет Вергилий не включает - электричество в любом случае отсутствует - но ему это и не нужно. Впереди аккуратно застеленная постель со сложенным пледом сверху; слева шкаф, где до сих пор лежат некоторые брошенные вещи; справа письменный стол с одиноко стоящей лампой на нем и слоем пыли покрывающей столешницу; в дальнем углу, рядом с закрытым серыми шторами окном стоит потертое и вечно скрипящее кресло. На его спинке лежит легка куртка. Вергилий помнит, как всё здесь оставил, но чувствует пустоту, которой прежде не ощущал. Здесь тихо, но эту тишину нарушают шаги брата в гостиной и собственное дыхание - слишком тяжелое. Здесь зябко, но этого холодка не хочется спрятаться и пытаться согреться. Здесь безопасно, но лишь до того момента, пока их не начнут искать целенаправленно и с удвоенной силой. Спарда дал им отсрочку, но ради чего? Не важно. Не имеет значения.
  Вергилий игнорирует кровать и садится в кресло. Так он сможет быстрее среагировать в случае опасности, так никто не сможет подобраться к нему со спины, так он сможет противостоять близнецу, если тот вздумает... Нет, этого не будет. Не может быть. Пустое сердце пропустило удар и дыхание сбилось. Вергилий не успел закрыть глаза, а кошмар уже просачивается в реальность. Тот самый кошмар, который преследует его все эти бесконечный и смертельно-холодные месяцы. Он не боится признаться сам себе, что ему страшно закрывать глаза. Он хочет остаться в мире, где его брат не пытается убить его снова. Во всяком случае в данный момент, но всё это лишь вопрос времени.
  Связь с реальностью теряется, когда на лицо нефилима падают первые хлопья холодного снега. Он снова один, сердце болит с новой силой, а в голове абсолютная пустота. Он не знает, где он и что происходит. Когда они оставили своё крохотное убежище и что вообще стало с чудом уцелевшей квартиры? Вергилий не успевает найти ответы на эти вопросы, они бессмысленны, когда вокруг тебя холод, острой сталью проникающий в самое сердце. Пальцы сжимают на груди потертую и поношенную ткань пальто. Вергилий приближается к темной фигуре, что стоит на коленях, и с каждым тяжелым шагом холод становится сильнее. Он крадётся вслед за ним, черными глазами на бледном лице смотрит ему в спину и готовится нанести удар в самое сердце.
  Морок рассеивается, когда Вергилий видит перед собой Данте. Настоящего, родного брата, а не то чудовище, которое жаждет ощутить его страх. На его руках кровь, перед ним вонзенный в покрытую тонким слоя снега землю Мятежник, но это он.
- Уйдём отсюда. - Вергилий касается его плеча. - Прошу, не бросай меня.
Что-то внутри нефилима дрогнуло. Всё это лишь кошмар, но чей? Сложно думать, сложно соединить бесконечный поток хаоса в одну единую мысль: Вергилий всю свою жизнь скучал по своему брату, и вот наконец-то он видит того, кто жалеет о содеянном и сделает всё, чтобы предотвратить его смерть. Вергилий хочет доверить ему свою жизнь и загладить свою вину, и плевать, что для этого потребуется.
- Не дай ему меня найти. - здесь, в этом кошмаре демоноборца, его самым страшным противником станет он сам.

Отредактировано Vergil (2017-10-16 22:30:21)

0


Вы здесь » chaos theory » внутрифандомные отыгрыши » Si deus me relinquit


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC